«Мосток. Июль сорок первого»

Посвящается моему деду Пятилетову Ивану Григорьевичу, русскому солдату, погибшему при освобождении Крыма в мае 1944.

Солнце начало заползать на верхушки берез, цепляясь за макушки сосен и елей. Длинный летний день порядком притомился и мечтал об отдыхе. Мечтал и капитан Кайда, смочив теплой водой из фляжки, пересохшие в трещинах, губы. Покрасневшими от пыли и солнца глазами, он смотрел на белесый проселок, который круто бежал вниз к неширокой речке. Небольшое озеро, по берегам густо поросшее зеленым камышом, яркими бликами играло с июльским солнцем. Речка, плавно вытекая из озера, ныряла под деревянный мост, шириной в одну машину и текла дальше, постепенно набирая ход.

– Как будто и войны нет, – подумал Кайда и вздохнул. Дорога, заполненная в основном беженцами, за мостом, делала плавный поворот и ползла вверх, на гряду, по дуге идущую над озером и густо поросшую лесом.

– Товарищ капитан, звали? – сбоку раздался хрипловатый голос старшины Васюты. Кайда кивнул в сторону лежащей под ними местности:

– Звал. Смотри, место идеальное для засады. Если этот мосток рвануть, будет пробка. Бьем по хвосту и, колонна зажата.

– А, откуда вы знаете про Мосток? Карты ведь этого района у нас нет, – удивился старшина.

– Это я про мост сказал. На той стороне, на бугре ставим батарею на прямую наводку. Устроим немцам западню, – капитан поднес к глазам бинокль.

– Тут деревня имеется, километрах в десяти, если по проселку ехать. Мосток называется. Рядом с ней, железнодорожная станция. А, железка прямиком на восток идет, – рассказывал Васюта.

– Старшина, ты же не местный. Откуда знаешь? – Кайда, перестав разглядывать противоположный склон, повернулся к бойцу. Тот, хмыкнул:

– Я срочную в саперном батальоне проходил. Наша рота, прошлым летом, аккурат здесь работала два месяца. Успели построить полукапонир для двух пушек. Должны были еще доты строить, но не успели. Командование передумало или что. В общем, перевели нас западнее, потом передали к вам, в 210-ю дивизию.

– Полукапонир? Отлично, только что-то не вижу на валу сооружений. Мелколесье одно, – капитан разглядывал крутой склон.

– Заросло все за год. Мы, когда работали, деревья не трогали. Наоборот, приезжали артиллеристы и объяснили, что для сектора обстрела вырубят кустарник непосредственно перед боем, – почесал кончик носа Васюта.

Посвящается моему деду Пятилетову Ивану Григорьевичу, русскому солдату, погибшему при освобождении Крыма в мае 1944.

Солнце начало заползать на верхушки берез, цепляясь за макушки сосен и елей. Длинный летний день порядком притомился и мечтал об отдыхе. Мечтал и капитан Кайда, смочив теплой водой из фляжки, пересохшие в трещинах, губы. Покрасневшими от пыли и солнца глазами, он смотрел на белесый проселок, который круто бежал вниз к неширокой речке. Небольшое озеро, по берегам густо поросшее зеленым камышом, яркими бликами играло с июльским солнцем. Речка, плавно вытекая из озера, ныряла под деревянный мост, шириной в одну машину и текла дальше, постепенно набирая ход.

– Как будто и войны нет, – подумал Кайда и вздохнул. Дорога, заполненная в основном беженцами, за мостом, делала плавный поворот и ползла вверх, на гряду, по дуге идущую над озером и густо поросшую лесом.

– Товарищ капитан, звали? – сбоку раздался хрипловатый голос старшины Васюты. Кайда кивнул в сторону лежащей под ними местности:

– Звал. Смотри, место идеальное для засады. Если этот мосток рвануть, будет пробка. Бьем по хвосту и, колонна зажата.

– А, откуда вы знаете про Мосток? Карты ведь этого района у нас нет, – удивился старшина.

– Это я про мост сказал. На той стороне, на бугре ставим батарею на прямую наводку. Устроим немцам западню, – капитан поднес к глазам бинокль.

– Тут деревня имеется, километрах в десяти, если по проселку ехать. Мосток называется. Рядом с ней, железнодорожная станция. А, железка прямиком на восток идет, – рассказывал Васюта.

– Старшина, ты же не местный. Откуда знаешь? – Кайда, перестав разглядывать противоположный склон, повернулся к бойцу. Тот, хмыкнул:

– Я срочную в саперном батальоне проходил. Наша рота, прошлым летом, аккурат здесь работала два месяца. Успели построить полукапонир для двух пушек. Должны были еще доты строить, но не успели. Командование передумало или что. В общем, перевели нас западнее, потом передали к вам, в 210-ю дивизию.

– Полукапонир? Отлично, только что-то не вижу на валу сооружений. Мелколесье одно, – капитан разглядывал крутой склон.

– Заросло все за год. Мы, когда работали, деревья не трогали. Наоборот, приезжали артиллеристы и объяснили, что для сектора обстрела вырубят кустарник непосредственно перед боем, – почесал кончик носа Васюта.