«Осененные гвардейским стягом. Повесть»

Осененные гвардейским стягом. Повесть (fb2) - Осененные гвардейским стягом. Повесть 712K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Алексей Матвеевич Гущин

ОТ АВТОРА

С каждым уходящим годом все дальше отдаляются от нас суровые и героические времена войны. Отечественной войны. Времена, когда стоял вопрос: кто кого? История решила его безошибочно.

Но время скоротечно. Уходят из жизни солдаты войны, ее свидетели, и в памяти молодых поколений тускнеют события беспримерных сражений, даты, названия. Такова логика развития.

Но мы не вправе предавать забвению святое. В наших силах сохранить для потомков примеры, достойные подражания.

В годы войны мне выпала честь водить в боевые походы один из прославленных наших кораблей - крейсер «Красный Кавказ», которому суждено было занять особое место в истории советского Военно-Морского Флота: с него началась наша морская гвардия. Это событие вписано в летопись Великой Отечественной войны буквами правительственного Указа от 4 апреля 1942 года.

Как бывший командир крейсера, я хочу рассказать сегодня нашей молодежи о подвигах ее отцов и старших братьев - о тех, кто, не щадя жизни, отстаивал Отечество, кто грудью защищал город русской морской славы Севастополь, кто прорывался на помощь осажденной Одессе и штурмом брал Феодосию.

Да будет память о них священна!…

А. Гущин, гвардии контр-адмирал в отставке,

бывший командир гвардейского крейсера

«Красный Кавказ»

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ночь.

Восемьдесят первая военная ночь спустилась над Черным морем. Порывистый ветер разводит крупную волну; покатые валы, белые гривы которых различимы даже в темноте, с шуршанием обтекают корабль, разбиваются о его крутые скулы, обдавая холодными брызгами рубку и мостик. Ни огня, ни постороннего шума - лишь розный гул котельных вентиляторов да тяжкое дыхание ночного моря врываются в уши. Но эти звуки привычны, и временами кажется, что мы в учебном походе, что вот-вот по трансляции последует отбой тревоги и люди разойдутся по кубрикам и каютам.

Однако такие мысли гаснут, едва успев зародиться, и сознание властно обращает тебя к суровой действительности, к тому, о чем думаешь даже во сне. Война. И поход не учебный, а самый что ни есть боевой, в котором возможны и потери и жертвы. И над всем этим одна мысль - тяжелая и горькая: мы идем на помощь осажденной Одессе - расстреливаемой из орудий, умирающей от недостатка пресной воды, истекающей кровью, но не сдающейся.

Вглядываясь в темноту, в ту сторону, откуда доносится все усиливающаяся артиллерийская канонада, вспоминаю первые дни августа, начало немецкого наступления на Одессу и шум, который подняла гитлеровская пропаганда по этому поводу. «Одесса падет в два-три дня!» - кричали фашисты. Более того: обнаглевшие оккупанты назначили даже день взятия города - 10 августа 1941 года. В этот день в Одессе должен был состояться парад немецких войск, после чего, по мнению горе-стратегов «третьего рейха», следовал «отдых и конец войны».

Но враг жестоко просчитался. На защиту Одессы встала Приморская армия, морская пехота, береговая артиллерия флота и, конечно, сам флот. И вот уже второй месяц двадцать вражеских дивизий перемалываются под стенами Одессы. Само собой разумеется, что назначенный на 10 августа парад пришлось отложить. Его перенесли на 20 августа, затем на 1 сентября, после чего разговор о триумфе был поспешно скомкан и замят.

Все учли в своих планах немецкие генералы, не учли лишь одного стойкости защитников Одессы. А ими стала не только армия - весь город. Все население Одессы в те незабываемые дни работало на оборону. По решению городских партийных и советских организаций с 20 августа на оборонительные работы ежедневно направлялось по 10-12 тысяч человек, до 100 автомашин и 400 подвод.

Было создано три рубежа обороны. Передовой рубеж имел протяженность до 80 километров и проходил в 20-25 километрах от города. Второй рубеж, главный, был удален от города на 15-17 километров, и, наконец, в 6-10 километрах от Одессы находился рубеж прикрытия. Все они были насыщены всевозможными огневыми точками, дотами, дзотами, подходы к которым прикрывались противотанковыми рвами, проволочными заграждениями, минными полями. Кроме того, в самом городе имелись внутренние полосы обороны, насчитывавшие около 250 уличных баррикад.

К середине августа общая численность советских войск, сосредоточенных в Одессе, достигла 35 тысяч человек, но тем не менее перевес в силах был в пользу немцев, которые к этому времени стянули под город 18 дивизий. В таких условиях требовалось немедленное создание единого центра обороны. И он был создан: решением Ставки Верховного Главнокомандования от 19 августа 1941 года образовывался Одесский оборонительный район (ООР), на который целиком возлагалась ответственность за оборону Одессы. В состав ООРа вошли соединения и части Отдельной Приморской армии, Одесской военно-морской базы и часть состава Черноморского флота. Создание единого командования всеми силами армии и флота, оборонявшими Одессу, упростило и улучшило управление войсками, позволило значительно шире и целеустремленнее использовать ресурсы большого промышленного города для нужд обороны.

Ее задачам была подчинена работа всех городских предприятий. Было организовано собственное производство вооружения и ремонт боевой техники. На заводе имени Октябрьской революции рабочие наладили выпуск танков. Базой для этого служили имевшиеся в городе тракторы. За время обороны на заводе было изготовлено 55 танков и 40 отремонтировано. Помимо этого, трудящиеся Одессы дали фронту 3 бронепоезда, свыше 1200 минометов, 200 тысяч гранат, десятки тысяч мин и много другого вооружения.

Одесса давала фронту и людские резервы. Немало жителей города вступило в ряды народного ополчения. Только одесский комсомол направил на фронт свыше 18 тысяч человек.

Славные революционные и боевые традиции города, где в 1905 году поднял красный флаг восстания броненосец «Потемкин», проявились в дни обороны с новой всеохватывающей силой. С беззаветным мужеством дрались под Одессой полки морской пехоты, набранной из моряков-добровольцев, черноморские корабли под бомбежками и обстрелом доставляли в окруженный город подкрепления, продовольствие и боеприпасы, громили коммуникации немцев огнем тяжелой артиллерии.

Сегодня мы в первый раз шли под Одессу. Поход не был неожиданностью. Мы давно ждали его, и командир бригады крейсеров Черноморского флота капитан 1-го ранга С. Г. Горшков уже 5 сентября объявил нам о нем. «Красному Кавказу» надлежало прибыть в Одессу в район между Большим Фонтаном и Аркадией и подавить там огневые точки противника.

В напряженном ожидании проходит час за часом. Тьма уступила место рассветному сумраку. И вскоре все находившиеся на мостике увидели далеко впереди огромное зарево. Казалось, горело само море. Но то был обман: прямо по курсу перед нами в огневых сполохах вставала Одесса.

Гнев и боль стеснили наши сердца. Одесса… Город белокаменных дворцов, тенистых каштановых аллей, синих булыжных мостовых. Город, воспетый и прославленный писателями. Край гордых, красивых и смелых людей. Дерибасовская, Оперный театр, Потемкинская лестница. Город Пушкина и декабристов, цитадель свободомыслия.

И этот город пылал! Фашистские варвары разрушали его мосты и набережные, его памятники и священные места!…

Зарево разрасталось, занимая полнеба. Клубы черного дыма застилали горизонт. По мере приближения крейсера к назначенному месту все ярче разгорались красные костры пожарищ; багровые отблески заплясали по броне корабля, по стволам орудий, по каскам наблюдателей и зенитчиков.

В точно назначенное время «Красный Кавказ» прибыл в заданный район. Якорь к отдаче изготовлен, и, пока его отдают, я вызываю на мостик командира артиллерийской боевой части капитан-лейтенанта Коровкина. Нам предстоит сложная стрельба: крейсер должен огнем своего главного калибра разрушить оборонительные сооружения немцев, удаленные от моря на десятки километров. Такую стрельбу надо корректировать, то есть посылать на берег корректировочный пост и по его заявкам вести стрельбу. Именно об этом мне и нужно поговорить с Коровкиным. Капитан-лейтенант не заставляет себя ждать.

- Кто пойдет в составе поста? - спрашиваю я.

- Командиром старший лейтенант Мартынов, наблюдателем краснофлотец Бердников, радистом - старшина 1-й статьи Бовт, - не задумываясь, отвечает Коровкин.