«Хочу тебя напрокат»

— Я решу твои проблемы. Но взамен…

Напрягаюсь, не знаю, что он потребует.

— Семь, — говорит с едва заметной улыбкой.

— Семь миллионов? — спрашиваю с облегчением.

Если вопрос только в деньгах, то я с лёгкостью расстанусь с семью миллионами.

— Семь ночей, крошка.

Изумлённо смотрю на широкое, волевое лицо друга моего отца.

За прошедшие три года лицо мужчины стало ещё жёстче, черты заострились, придавая мужчине сходство с опасным хищником.

Семь ночей?

Должно быть, я просто ослышалась. Не может быть, чтобы он потребовал от меня такого.

Но он качает головой, повторяя:

— Семь ночей, крошка. Ты должна будешь мне семь жарких ночей.

— Ты сошёл с ума! Ни за что!

— Это временно. Хочу тебя… напрокат. Ты перешла дорогу серьёзным людям. Семь ночей — не такая большая плата.

Эмоции не дают мне усидеть на месте. Я подскакиваю и сжимаю пальцы в кулаки.

Перед глазами темнеет от ярости и ненависти. Мне хочется вонзить ногти и расцарапать его лицо до крови. Но сейчас он хозяин положения, а я всего лишь его гостья.

Темирхан не торопит меня, лениво болтает квадратным стаканом со скотчем. Отпивает немного, смотря на меня поверх гранённого стекла.

— Ты можешь отказаться.

— Ну, конечно! — отвечаю с нервным смехом. — Бизнес отберут и саму меня, возможно, убьют!

— Твой отец всегда осторожно вёл дела, но в последнее время его словно подменили. Он начал зарываться.

Разумеется. Потому что в последнее время папа сильно сдал, и я взялась за управление его бизнесом. Я пыталась поступать так, как говорил отец, но у меня не получилось не наломать дров.

Одна из ошибок оказалась фатальной. Она может стоить мне жизни и бизнеса.

Если только мне не помогут.

Во всём мире я знала только двоих мужчин, способных решить любую проблему: отец и его друг.

Отец покоится в могиле, а его друг смакует собственное превосходство.

Темирхан никогда не уступал мне. Ни в прошлом, когда считался моим опекуном, ни сейчас.

Особенно сейчас.

В память о последней встрече этот мужчина не сделает ни одной поблажки ради меня.

— Мне нужна помощь, — цежу сквозь зубы.

— Я согласна. На твои условия.

— Я решу твои проблемы. Но взамен…

Напрягаюсь, не знаю, что он потребует.

— Семь, — говорит с едва заметной улыбкой.

— Семь миллионов? — спрашиваю с облегчением.

Если вопрос только в деньгах, то я с лёгкостью расстанусь с семью миллионами.

— Семь ночей, крошка.

Изумлённо смотрю на широкое, волевое лицо друга моего отца.

За прошедшие три года лицо мужчины стало ещё жёстче, черты заострились, придавая мужчине сходство с опасным хищником.

Семь ночей?

Должно быть, я просто ослышалась. Не может быть, чтобы он потребовал от меня такого.

Но он качает головой, повторяя:

— Семь ночей, крошка. Ты должна будешь мне семь жарких ночей.

— Ты сошёл с ума! Ни за что!

— Это временно. Хочу тебя… напрокат. Ты перешла дорогу серьёзным людям. Семь ночей — не такая большая плата.

Эмоции не дают мне усидеть на месте. Я подскакиваю и сжимаю пальцы в кулаки.

Перед глазами темнеет от ярости и ненависти. Мне хочется вонзить ногти и расцарапать его лицо до крови. Но сейчас он хозяин положения, а я всего лишь его гостья.

Темирхан не торопит меня, лениво болтает квадратным стаканом со скотчем. Отпивает немного, смотря на меня поверх гранённого стекла.

— Ты можешь отказаться.

— Ну, конечно! — отвечаю с нервным смехом. — Бизнес отберут и саму меня, возможно, убьют!

— Твой отец всегда осторожно вёл дела, но в последнее время его словно подменили. Он начал зарываться.

Разумеется. Потому что в последнее время папа сильно сдал, и я взялась за управление его бизнесом. Я пыталась поступать так, как говорил отец, но у меня не получилось не наломать дров.

Одна из ошибок оказалась фатальной. Она может стоить мне жизни и бизнеса.

Если только мне не помогут.

Во всём мире я знала только двоих мужчин, способных решить любую проблему: отец и его друг.

Отец покоится в могиле, а его друг смакует собственное превосходство.

Темирхан никогда не уступал мне. Ни в прошлом, когда считался моим опекуном, ни сейчас.

Особенно сейчас.

В память о последней встрече этот мужчина не сделает ни одной поблажки ради меня.

— Мне нужна помощь, — цежу сквозь зубы.

— Я согласна. На твои условия.