«Красный не значит плохо»

Александр Конобеев

Красный не значит плохо

Последний день моего пребывания на гражданке был самым ярким за всю мою жизнь. Я сидел дома и смотрел телевизор, когда ко мне в комнату буквально влетел М.

– Гуляем, туса! – крикнул он, но почти сразу его возбуждение перешло в недоумение. – А где, собственно, туса?

– Какая туса? Ты опять нажрался? Я не устраивал проводы и ты об этом знаешь.

Плюхнувшись на диван рядом со мной, М. достал из кармана своих широких штанов банку пива.

– Я знаю. – сказал он и открыл банку. Сделав пару глотков, он продолжил – И я пришёл это исправить. Я явился к тебе, чтобы позвать на вечеринку, которая проходит совсем недалеко. И ты, мой друг, пойдёшь со мной. Или я тебе тут всё заблюю.

М. наклонился вперёд и приоткрыл рот. Поняв, что он исполнит свою угрозу в любом случае, я потащил эту тушу в туалет. Там, пока М. отправлял содержимое своего желудка в сточные воды, и частично на мой пол – его толстая задница всё время переваливала на бок, я посмотрел в зеркало и провёл рукой по бритой голове. Симпатичность это то, чем как правило обладают исключительно окружающие, но не ты. Острый нос, тонкие губы и слишком большой лоб. Неудивительно, что она меня бросила… Ну, хватит ненужных мыслей. Иногда нет выбора, кроме как переть напролом. Я не хотел уходить, а мир не хотел принимать меня дальше без военного билета. Баш на баш. Один год жизни взамен на красную книжонку. Кроме того, институт решил, что я недостойный абитуриент, так что отсрочки мне не видать. Изначально я хотел устроить тусовку. Мы с М. даже обсудили все детали и приготовили квартиру, убрав все ковры и предметы, не способные выдержать падения на пол. Но в последний момент я передумал и всё отменил. Такое бывает в последний день. Настроение просто пропадает. Однако у М. такого не было в его последний день. Ох и напились мы тогда. Я не помню половины вечера. Позже он поведал мне, что был печален в тот день и решил просто напиться. А вот меня хватило лишь на то чтобы отменить вечеринку и просиживать штаны перед телевизором.

Изрыгнув остатки своего алко-ужина, М. уселся рядом с унитазом.

– Блин, чувак! А кто будет смывать? – спросил я у М., нажав на кнопку. Сейчас он не знал, что такое кнопка.

– Ты. – ответил он, вытирая остатки с подбородка. – Это ведь твой толчок.

– Ты просто омерзителен, знаешь?

Александр Конобеев

Красный не значит плохо

Последний день моего пребывания на гражданке был самым ярким за всю мою жизнь. Я сидел дома и смотрел телевизор, когда ко мне в комнату буквально влетел М.

– Гуляем, туса! – крикнул он, но почти сразу его возбуждение перешло в недоумение. – А где, собственно, туса?

– Какая туса? Ты опять нажрался? Я не устраивал проводы и ты об этом знаешь.

Плюхнувшись на диван рядом со мной, М. достал из кармана своих широких штанов банку пива.

– Я знаю. – сказал он и открыл банку. Сделав пару глотков, он продолжил – И я пришёл это исправить. Я явился к тебе, чтобы позвать на вечеринку, которая проходит совсем недалеко. И ты, мой друг, пойдёшь со мной. Или я тебе тут всё заблюю.

М. наклонился вперёд и приоткрыл рот. Поняв, что он исполнит свою угрозу в любом случае, я потащил эту тушу в туалет. Там, пока М. отправлял содержимое своего желудка в сточные воды, и частично на мой пол – его толстая задница всё время переваливала на бок, я посмотрел в зеркало и провёл рукой по бритой голове. Симпатичность это то, чем как правило обладают исключительно окружающие, но не ты. Острый нос, тонкие губы и слишком большой лоб. Неудивительно, что она меня бросила… Ну, хватит ненужных мыслей. Иногда нет выбора, кроме как переть напролом. Я не хотел уходить, а мир не хотел принимать меня дальше без военного билета. Баш на баш. Один год жизни взамен на красную книжонку. Кроме того, институт решил, что я недостойный абитуриент, так что отсрочки мне не видать. Изначально я хотел устроить тусовку. Мы с М. даже обсудили все детали и приготовили квартиру, убрав все ковры и предметы, не способные выдержать падения на пол. Но в последний момент я передумал и всё отменил. Такое бывает в последний день. Настроение просто пропадает. Однако у М. такого не было в его последний день. Ох и напились мы тогда. Я не помню половины вечера. Позже он поведал мне, что был печален в тот день и решил просто напиться. А вот меня хватило лишь на то чтобы отменить вечеринку и просиживать штаны перед телевизором.

Изрыгнув остатки своего алко-ужина, М. уселся рядом с унитазом.

– Блин, чувак! А кто будет смывать? – спросил я у М., нажав на кнопку. Сейчас он не знал, что такое кнопка.

– Ты. – ответил он, вытирая остатки с подбородка. – Это ведь твой толчок.

– Ты просто омерзителен, знаешь?