«Печник»

Андрей Говера

Печник

Дед уже третьи сутки отхаркивал черную слизь прямо на постель.

Мы с мамой и папой хоть и жили давно в городе, но про деда никогда не забывали. Раз в три месяца старались приезжать на выходные, а в новогодние каникулы, пять из десяти дней, проводили у него в селе. Моего деда зовут Вениамин Евгеньевич. В Российской современности такое имя, и подобные этому Аристарх, Порфирий, уже сложно встретить, в городе так точно. По этой причине и по причине моего слабого интеллектуального развития к пяти годам (да я не всегда был умен и гениален) я называл деда первое время Вина Мин, и даже долгое время говорил ему, что он китаец. Было всегда приятно и весело вспоминать свои догадки уже в зрелом возрасте, все обычно дружно смеялись, а дед улыбался так широко и открыто, что морщины на его постарелом лице расправлялись, как гофрированные шторы в моем доме.

Но уже довольно продолжительное время он не мог так откровенно хохотать, даже дышать ему было сложно. Первые признаки ухудшения общего самочувствия начались сразу после смерти бабушки. К депрессии, связанной с утратой «души моей», как называл её дед, добавились резкие боли в груди, общее повышение утомляемости, а также резко атаковавшая его старость. Мы естественно поддерживали его, как могли, несколько раз предлагали переехать к нам в город, но он горделиво отказывался, продолжая «со скрипом» в коленях и свистом в легких хозяйствовать у себя во дворе и доме. Буквально через несколько месяцев после смерти бабушки, он продал корову, отдал соседке безвозмездно три козы, договорившись на то, что она будет предоставлять ему каждый день по литру молока из-под козы в период ее лактации. Оставил он только кур. Как он говорил, что «без яиц мужик – не мужик, даже если ему 72 года». Видимо возраст на чувство юмора влияет слабо.