«Чужой»

Анжелика Дин

Чужой

Новый год я встретил в чужой квартире в Измайлово. Открыл глаза утром 1 января и даже не понял – где я? Рядом со мной лежат кот и кошка – красивые, упитанные, я раньше терпеть их не мог, а сейчас смирился. Они такие же брошенные, как и я. Хозяин приносит им еду, и уходит к своей девушке, а они ждут его и бездельничают. В одной квартире меня ждет йорк Дин – самый умный и самый добрый пес на свете, а в другой квартире – мой секретарь – тряпичный спаниель. Я назвал его секретарем, потому что он меня дисциплинирует. Живот у моего секретаря порвался, я просил маму зашить, но она ничего не слышит. Задолбали ее все, и я – в первую очередь. Все пишет свои статьи, от которых один гемморой. Ну, я ее понимаю – надо на что жить, и кредиты платить.

Мы должны были вместе встретить Новый год в нашей квартире, с моим секретарем, но поссорились. Я напился, обидел ее и уехал на такси по адресу в Измайлово. Сплю уже три дня и думаю: «Почему меня все гонят, и нет у меня нормального дома?»

Помню, как я плакал, когда дедушка с бабушкой увозили меня в Липецк, к моим родителям. Мне было полтора года, но я помню. Чувствовал, что ничего хорошего меня там не ждет. Дедушка с бабушкой останавливались в лесу, качали меня в коляске, чтобы я перестал плакать, я засыпал на время, но все равно чувствовал, что не надо мне оставлять мой дом. Интуиция меня не подвела. Родители с первых дней стали ругаться, и вскоре мы уехали обратно. А я уже привык к тому дому и даже полюбил его. Но я не жаль, что уезжаю, потому что мой отец набросился на мою мать с кулаками, бил ее, а я, тогда трехлетний мальчик, достал палку от пылесоса из кладовки, и стал защищать маму.

Когда мы вернулись к дедушке и бабушке, опять начались ссоры теперь уже мамы с ее родителями по разным причинам. Мне казалось, что я живу в дурдоме. Я очень любил и маму, и дедушку с бабушкой, и не знал – чью сторону мне занимать. Меня разрывали буквально на части. Когда мама решила уехать в Москву, я ее отпустил с чистым сердцем. Видел, что ей трудно жить с родителями, что она – несчастная, и целыми днями ждал ее возвращения. Мама приезжала очень уставшая, нервная, спала по пол дня, а потом играла со мной. Я провожал ее с дедушкой на вокзал и не мог сдержать слез.

Анжелика Дин

Чужой

Новый год я встретил в чужой квартире в Измайлово. Открыл глаза утром 1 января и даже не понял – где я? Рядом со мной лежат кот и кошка – красивые, упитанные, я раньше терпеть их не мог, а сейчас смирился. Они такие же брошенные, как и я. Хозяин приносит им еду, и уходит к своей девушке, а они ждут его и бездельничают. В одной квартире меня ждет йорк Дин – самый умный и самый добрый пес на свете, а в другой квартире – мой секретарь – тряпичный спаниель. Я назвал его секретарем, потому что он меня дисциплинирует. Живот у моего секретаря порвался, я просил маму зашить, но она ничего не слышит. Задолбали ее все, и я – в первую очередь. Все пишет свои статьи, от которых один гемморой. Ну, я ее понимаю – надо на что жить, и кредиты платить.

Мы должны были вместе встретить Новый год в нашей квартире, с моим секретарем, но поссорились. Я напился, обидел ее и уехал на такси по адресу в Измайлово. Сплю уже три дня и думаю: «Почему меня все гонят, и нет у меня нормального дома?»

Помню, как я плакал, когда дедушка с бабушкой увозили меня в Липецк, к моим родителям. Мне было полтора года, но я помню. Чувствовал, что ничего хорошего меня там не ждет. Дедушка с бабушкой останавливались в лесу, качали меня в коляске, чтобы я перестал плакать, я засыпал на время, но все равно чувствовал, что не надо мне оставлять мой дом. Интуиция меня не подвела. Родители с первых дней стали ругаться, и вскоре мы уехали обратно. А я уже привык к тому дому и даже полюбил его. Но я не жаль, что уезжаю, потому что мой отец набросился на мою мать с кулаками, бил ее, а я, тогда трехлетний мальчик, достал палку от пылесоса из кладовки, и стал защищать маму.

Когда мы вернулись к дедушке и бабушке, опять начались ссоры теперь уже мамы с ее родителями по разным причинам. Мне казалось, что я живу в дурдоме. Я очень любил и маму, и дедушку с бабушкой, и не знал – чью сторону мне занимать. Меня разрывали буквально на части. Когда мама решила уехать в Москву, я ее отпустил с чистым сердцем. Видел, что ей трудно жить с родителями, что она – несчастная, и целыми днями ждал ее возвращения. Мама приезжала очень уставшая, нервная, спала по пол дня, а потом играла со мной. Я провожал ее с дедушкой на вокзал и не мог сдержать слез.