«Психоделики сегодня»

А. Крутских

Психоделики сегодня

… наше обычное бодрствующее сознание… - это всего лишь одна частная разновидность сознания, тогда как везде вокруг нас за тончайшей завесой находятся потенциальные возможности сознания всецело иного… достаточно лишь приложить усилия, и мы почувствуем, что они рядом… Ни одно описание вселенной в её целостности не может быть окончательным, если оно не принимает во внимание эти другие формы сознания. Всё зависит от того, как их рассматривать, - ибо они не являются продолжением обычного сознания. Они расширяют спектр восприятия, хотя и не дают готовых описаний; они открывают новые пространства, но не предлагают их карты.

 William James The Varieties of Religious Experience New York: Modern Library, 1902; pp. 378-379

  Применение психоделических препаратов в современном индустриальном обществе будет сложной темой для будущих историков культуры. Их влияние оказалось широким и на редкость глубоким, однако, зачастую трудно определимым. К настоящему моменту миллионы людей из разных социальных слоев в Европе и Соединенных Штатах имеют опыт использования психоделиков; они использовали их для того, чтобы уйти от обычного бодрствующего сознания, от самого себя, в качестве психотерапии, люди искусства употребляли их для повышения творческих способностей; психоделики также сформировали базис для метафизических и магических систем, послужили основой для создания целого ряда ритуалов и символов в группах диссидентов, людей, отличающихся от массы; их использование осуждалось и защищалось, рассматривалось как политический акт или еретический религиозный обряд. С начала 1960-х годов история психоделиков неотделима от эпизодов, известных теперь как движение хиппи. Когда хиппи были в центре общественного внимания, психоделики также не сходили со сцены; как только хиппи аккультурировались, теряя свои отличительные черты, но превознося многое в нашу культуру, психоделики отошли на периферию общественного сознания, но они продолжают оказывать такое же тонкое, почти неуловимое влияние.

История. Психоделики как социальный феномен

Несмотря на длительную историю использования психоделиков, эти вещества практически не оказывали влияния на массовую европейскую или американскую культуру до относительно недавнего времени. Первым "новым" психоделическим веществом, которое вызвало социальные противоречия в Европе и Соединённых Штатах, был оксид азота (I), или закись азота - N₂O. Его появление связано с несколькими известными в науке именами. Открыл его в 1772 году Joseph Priestley, а Humphry Davy, учитель Фарадея, в 1798 году полностью исследовал его действие. Оксид азота был не более чем эзотерическим развлечением для элиты до 1840-х годов, когда Horace Wells и William Morton ввели его в стоматологическую практику в качестве анестетика; до сих пор оксид азота (I) широко используется в анестезиологии.  

Достижение состояния изменённого сознания приводит к попыткам создания новой философии или религии, и оксид азота не был исключением. В 1874 году американец Benjamin Poul Blood написал брошюру, озаглавленную "Открытие анестетиков и сущность философии". William James, прочитав её, испытал метафизическое просветление; написанные им отрывки содержат философские размышления об индуцированном различными препаратами мистицизме и до сих пор не потеряли своей ценности. Однако ни психоделическое действие закиси азота, ни схожесть некоторых его эффектов с действием эфира и хлороформа, широко используемых в XIX веке, всё-же не стали предметом большого внимания общественности. Частично это можно объяснить очень короткой продолжительностью действия, тем, что закись азота вызывает амнезию - это приводит к утрате вызванных переживаний, а также трудностями при хранении и транспортировке газа. Но даже более важным является то, что не было социального прецедента для публичного признания его вплоть до психоделической революции 1960-х, усилившей поиск препаратов, изменяющих сознание, и предоставившей идеологию.

Быстрое развитие экспериментальной физиологии и фармакологии в конце XIX века привело к обширному поиску новых препаратов в народных фармакопеях и экстрагированию активных начал. Среди многих открытых или синтезированных препаратов (включая кокаин и аспирин) был мескалин - наследник опия, каннабиса и анестетиков как средств для создания искусственного рая. О кактусе пейот было смутно известно из записей испанских летописцев, антропологов и путешественников. Научное изучение мескалина началось в 1880 году, когда женщина из Ларедо (Техас) разослала образцы пейота нескольким исследователям, в том числе и Людвигу Льюину из Parke-Davis. Ludwig Lewin исследовал эктракт пейота на животных и в 1888 году опубликовал первое научное сообщение о новом препарате. С этого момента интерес рос медленно, но неуклонно, усиливаясь восходом религии пейота. В 1895 году мескалин был выделен, а в 1919 - синтезирован. Европейское фармакологическое общество и общество Parke-Davis обозначили пейот как стимулятор дыхания и сердечной деятельности, однако он не стал таким важным терапевтическим средством как опиум, каннабис или закись азота. Вместо этого он использовался экспериментально для изучения сознания и психических расстройств; кроме того, его принимали ученые, интеллектуалы и артисты для исследования незнакомых областей сознания. Интоксикация мескалином рассматривалась как возможная химическая модель психоза; эта идея была предложена в 1890-х, примерно в то же время зарождалась и сама концепция шизофрении.