«Оттенки»

Старики из Мяэтагузе

— Некогда мне! — заявил Матс своей старухе, предложившей ему пойти с коромыслом по воду, а сам полез на печку.

— Что у тебя за спешная работа, всегда-то тебе некогда? — сказала старуха. — Спишь целыми днями… как тебе только не надоест валяться! Старик сосед жалуется, что у них работник дрыхнет — аж сено под ним плесневеет. Будь под тобой сено — такая же история получилась бы! Хворост кончился, дров тоже нет, а ты и не позаботишься их раздобыть. Пошел бы хоть разровнял подстилку у коровы, а то скотина чуть не вниз головой стоит, зад в потолок упирается, и передние ноги как в колодце. Кормушка совсем утопает в навозе. Овечий закут осел, овца вечно через загородку перескакивает и лезет к корове за кормом. Думает, верно, что найдет там чего получше, а оно все одно и то же — мох да березовые ветки; что положишь, то и заберешь — будет, что ли, корова сухие ветки есть… Послушай, на самом-то деле, мог ты бы хоть сена принести для овцы из того стога, что на краю болота. Много ли ей одной нужно, а там сено, может, чуть получше, чем дома. Работы у тебя все равно нет никакой… Ну и житье у человека: ест да спит… Слышь, ступай-ка, принеси пару ведер воды; у тебя ведь сапоги целые — снег за голенище не набьется…

Матс и в ус не дует, знай себе потягивает махорку, которую он сам вырастил у себя в саду и которая тлеет в трубке, потрескивая и распространяя вокруг запах паленой овечьей шерсти. Наиприятнейший запах для Матса, лежащего на печке, ему ведь «некогда».

Старуха, однако, не оставляет его в покое. Она снова заводит тот же разговор сначала, повторяет его в другом виде, в другом порядке, — прямо музыкальная пьеса с вариациями.

Матс долго-долго слушает эту музыку. Наконец его терпение истощается. Он вдруг шевелится, не так чтобы очень резко, а так — словно пытаясь сделать резкое движение, и отзывается с печки:

— И не надоест тебе наконец ворчать! Не устала еще языком молоть? Он у тебя днем и ночью работает, точно крупорушка. Человеку, может, хочется над чем-нибудь поразмыслить, а ему не дают и не дают — все время эта болтовня. Что ты жалуешься? Делай свою работу, а я — свою, тогда и будут, как говорится в Священном писании, «все домашние дела в порядке».