«Последний Хватабыч»

Олег Татаренко

Последний Хватабыч

– Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи.

Пневматика автоматических дверей вагона сработала безукоризненно и почти бесшумно. Состав тронулся и плавно стал набирать скорость. Сердце бешено заколотилось, кровь пульсацией прошла по вискам и… Ничего не случилось.

– Да быть такого не может! Вымерли тут все что ли?! – Кузьма Фомич раздражительно ударил тростью о пол вагона.

– Дедушка, держитесь за поручень и не кричите так. Следующая станция действительно «Сокольники». Вы что, станцию свою проехали?

– Станцию? Да я тут жизнь свою проехал, может быть! – рявкнул Кузьма Фомич, но тут же боязливо оглянулся.

На него никто не обратил внимания, что было не удивительно. Пассажиры, стоявшие возле деда, были заняты делами более важными. Уши в наушниках, глаза в наладонниках. Только эта девчушка старика и услышала, да и то, только потому, что только вошла. Но уже спустя минуту достала из сумочки мобильный телефон, деловито постучала пальцем по экрану и тут же надела наушники.

«Пронесло», – подумал Кузьма Фомич, – «Пронесло и пронеслось. Жизнь пронеслась».

Помогая себе тростью, старик медленно побрёл к свободному месту полупустого вагона и присел.

Уже несколько раз за сегодняшний день Кузьма Фомич совершал вояж от станции «Черкизовская» до станции «Сокольники». Именно на этом промежутке московской подземки прошла его не совсем светлая молодость.

За окном вагона мелькали дежурные огоньки туннеля Московского метро, в памяти мелькали прожитые дни. Огоньками вспыхивали воспоминания.

Олег Татаренко

Последний Хватабыч

– Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи.

Пневматика автоматических дверей вагона сработала безукоризненно и почти бесшумно. Состав тронулся и плавно стал набирать скорость. Сердце бешено заколотилось, кровь пульсацией прошла по вискам и… Ничего не случилось.

– Да быть такого не может! Вымерли тут все что ли?! – Кузьма Фомич раздражительно ударил тростью о пол вагона.

– Дедушка, держитесь за поручень и не кричите так. Следующая станция действительно «Сокольники». Вы что, станцию свою проехали?

– Станцию? Да я тут жизнь свою проехал, может быть! – рявкнул Кузьма Фомич, но тут же боязливо оглянулся.

На него никто не обратил внимания, что было не удивительно. Пассажиры, стоявшие возле деда, были заняты делами более важными. Уши в наушниках, глаза в наладонниках. Только эта девчушка старика и услышала, да и то, только потому, что только вошла. Но уже спустя минуту достала из сумочки мобильный телефон, деловито постучала пальцем по экрану и тут же надела наушники.

«Пронесло», – подумал Кузьма Фомич, – «Пронесло и пронеслось. Жизнь пронеслась».

Помогая себе тростью, старик медленно побрёл к свободному месту полупустого вагона и присел.

Уже несколько раз за сегодняшний день Кузьма Фомич совершал вояж от станции «Черкизовская» до станции «Сокольники». Именно на этом промежутке московской подземки прошла его не совсем светлая молодость.

За окном вагона мелькали дежурные огоньки туннеля Московского метро, в памяти мелькали прожитые дни. Огоньками вспыхивали воспоминания.