«Пришелец»

Да, это мое место. Мое и только мое. Мое – по праву первого. И пусть кто-нибудь только попробует сюда сунуться. Братики и сестричка остались в другом доме. В доме, где мы родились и росли, где все было знакомым и безопасным. Дорогу обратно уже не найти. Долгие поиски не увенчались успехом.

Это случилось неожиданно. Утром, когда все еще спали, меня схватили. Схватили и запихнули в темноту. Меня заперли. Заперли наглухо. Вырваться было невозможно. Мой голос срывался от надрывного крика. Тело обессилело от тщетных ударов в невидимые стены. Потом все задрожало и затряслось. Рокочущий страшный гул безжалостно бил по ушам не умолкая ни на секунду, заглушая мои истошные вопли. Резкая, отвратительная вонь наполнила воздух и дыхание перехватило. Меня швыряло и колотило не переставая. Затем все прекратилось. Грохот и рычание смолкли. Темница распахнулась и меня вывалили наружу. Свет ударил в глаза. Меня тошнило, голова кружилась, дышать по-прежнему получалось с большим трудом. Было непонятно, что страшнее – оставаться на месте или бежать неизвестно куда. Мое тело инстинктивно вжалось в землю и замерло. Послышались знакомые голоса, потом опять этот душераздирающий звук. Гул удалялся, становился тише, и наконец, совсем смолк. Теперь можно было оглядеться и позвать своих. На зов откликались только вороны и собаки, а место было совсем незнакомым. Бескрайнее поле на сколько хватало глаз. Оставаться на открытом пространстве всегда небезопасно. Надо было срочно убираться. Идти пришлось долго. Голод, страх и надежда найти родной дом гнали меня вперед. А потом, неожиданно подул ураганный ветер. Стало темно. Над головой то и дело ужасно грохотало и сверкало, а в довершении всего, сверху немилосердно полила вода. Единственным укрытием могла стать лишь темневшая вдалеке полоса деревьев. Быстро бежать по мокрой высоченной траве оказалось очень непросто. По пути пришлось перепрыгивать через канаву, и конец был близок, когда раскисшая земля на краю глубоченного рва предательски заскользила. К тому моменту, как удалось добраться до предполагаемого укрытия, с меня уже лило в три ручья. Молодые тоненькие деревца росли на некотором расстоянии друг от друга, и редкая крона не спасала от ливня. Мое тело абсолютно вымокло и тряслось от холода так, что стучали зубы. Ветер гнул стволы и ломал ветки. Бежать дальше было некуда. Сразу за деревьями начинался высокий глухой забор. Ноги несли меня по узкой тропинке вдоль этого непреодолимого препятствия. Накатила паника. И вдруг, уже нежданно, мне улыбнулась удача. Плотная изгородь резко сменилась редким покосившимся штакетником, сквозь щели которого виднелось гигантское старое дерево. Под ним был навален какой-то хлам, и там наверняка можно было укрыться. Найти дыру в дряхлой ограде не составило труда. Вблизи оказалось, что к

Да, это мое место. Мое и только мое. Мое – по праву первого. И пусть кто-нибудь только попробует сюда сунуться. Братики и сестричка остались в другом доме. В доме, где мы родились и росли, где все было знакомым и безопасным. Дорогу обратно уже не найти. Долгие поиски не увенчались успехом.

Это случилось неожиданно. Утром, когда все еще спали, меня схватили. Схватили и запихнули в темноту. Меня заперли. Заперли наглухо. Вырваться было невозможно. Мой голос срывался от надрывного крика. Тело обессилело от тщетных ударов в невидимые стены. Потом все задрожало и затряслось. Рокочущий страшный гул безжалостно бил по ушам не умолкая ни на секунду, заглушая мои истошные вопли. Резкая, отвратительная вонь наполнила воздух и дыхание перехватило. Меня швыряло и колотило не переставая. Затем все прекратилось. Грохот и рычание смолкли. Темница распахнулась и меня вывалили наружу. Свет ударил в глаза. Меня тошнило, голова кружилась, дышать по-прежнему получалось с большим трудом. Было непонятно, что страшнее – оставаться на месте или бежать неизвестно куда. Мое тело инстинктивно вжалось в землю и замерло. Послышались знакомые голоса, потом опять этот душераздирающий звук. Гул удалялся, становился тише, и наконец, совсем смолк. Теперь можно было оглядеться и позвать своих. На зов откликались только вороны и собаки, а место было совсем незнакомым. Бескрайнее поле на сколько хватало глаз. Оставаться на открытом пространстве всегда небезопасно. Надо было срочно убираться. Идти пришлось долго. Голод, страх и надежда найти родной дом гнали меня вперед. А потом, неожиданно подул ураганный ветер. Стало темно. Над головой то и дело ужасно грохотало и сверкало, а в довершении всего, сверху немилосердно полила вода. Единственным укрытием могла стать лишь темневшая вдалеке полоса деревьев. Быстро бежать по мокрой высоченной траве оказалось очень непросто. По пути пришлось перепрыгивать через канаву, и конец был близок, когда раскисшая земля на краю глубоченного рва предательски заскользила. К тому моменту, как удалось добраться до предполагаемого укрытия, с меня уже лило в три ручья. Молодые тоненькие деревца росли на некотором расстоянии друг от друга, и редкая крона не спасала от ливня. Мое тело абсолютно вымокло и тряслось от холода так, что стучали зубы. Ветер гнул стволы и ломал ветки. Бежать дальше было некуда. Сразу за деревьями начинался высокий глухой забор. Ноги несли меня по узкой тропинке вдоль этого непреодолимого препятствия. Накатила паника. И вдруг, уже нежданно, мне улыбнулась удача. Плотная изгородь резко сменилась редким покосившимся штакетником, сквозь щели которого виднелось гигантское старое дерево. Под ним был навален какой-то хлам, и там наверняка можно было укрыться. Найти дыру в дряхлой ограде не составило труда. Вблизи оказалось, что к