«Опустошенная Испания»

Димитр Димов

Опустошенная Испания

САН-СЕБАСТЬЯН

Здесь есть роскошные отели с зимними садами, дансинги, казино, теннисные корты и площадки для игры в гольф. Здесь вы увидите самых красивых женщин, самых элегантных мужчин. Но здесь же пот миллионов рабочих и крестьян, эксплуатируемых на фабриках и в феодальных поместьях. Здесь рай только для привилегированного сословия. Вот оно, это сословие, я его вижу сейчас. Как изысканны манеры этих людей, для которых до вчерашнего дня республика была кошмаром, которые считают нормальным, что испанские ученые с мировой известностью живут в мансардах, рабочие получают позорно мизерную поденную плату и что люди, превращенные в бессловесный скот, обрабатывают почти даром земли герцога Альбы.

Я вхожу в отель «Кантабрико». Если судить по его местоположению (у самого пляжа) и по интерьеру – это один из наиболее фешенебельных отелей в городе. Но почему ресторан пуст и официант так невесело подает мне меню? Очень просто. Европа воюет, и в Испанию почти не едут туристы. Что касается самих испанцев, которых я видел в кондитерской, они предпочитают обедать в своих виллах. Все это па руку путешественникам с тощей валютой. За то, что предлагается, цены минимальные, а официанты, поскольку им нечего делать, – сама любезность. Сажусь за столик у открытых окон, отсюда я могу смотреть на Ла-Конча, Санта-Клару и океан. Панорама блистает золотом и синевой. Заиграл утренний оркестр. Меню великолепное. Но эта роскошь и покой омрачены черной тенью, которая не позволяет мне наслаждаться. Это мысли о Болгарии. Когда я уезжал из Софии, продуктов там становилось все меньше, качество их – все хуже, а сирены раздирали ночной мрак все чаще. Эти мысли приходят ко мне сейчас в силу контраста, и я с трудом их прогоняю.

Пока я любуюсь синим простором залива, я забываю о Софии. В эти минуты Испания кажется мне самой счастливой страной на свете, где всё – только краски, только блеск и знойные пейзажи, где нет ни смерти, ни крови и слез. Таковы чары Сан-Себастьяна, города, который заставляет вас забыть о муках мира и о своих собственных тревогах, юрод, где чувство прекрасного неизбежно обволакивается нравственной тупостью и эгоизмом. Но мне кажется, что это чары любой фальшивой красоты. Парнасское ослепление старо как мир.