«Забытое письмо»

Екатерина Дроздова

Забытое письмо

Не сомневаюсь, что и вам когда-нибудь приходилось разбирать вещи своих бабушек и дедушек. Среди этих залежей можно найти много любопытный вещиц, а иной раз и абсолютно антикварные предметы. Они десятилетиями могут пылиться в чуланах и ждать именно ваших рук, которые приведут их в порядок и по достоинству их оценят.

Недавно и мне приходилось разбирать «клады» бабушкиных сундуков, а точнее дедушкиных. Необходимость эта была вызвана уходом его из жизни, – фронтовика, человека особенного, символизирующего для меня целую эпоху. Эпоху уже далёкую и почти не знакомую, где было место геройству, отваге, самопожертвованию во имя веры, надежды и любви. Искренней, безоглядной и всеобъемлющей любви к семье, друзьям, а главное к Родине.

Таким был и мой дед. Я часто наблюдала, как выходит он на берег Дона и долго-долго сидит на нём, вглядываясь куда-то в даль. О чём мой дед думал в эти минуты, он никогда не говорил, да я никогда и не спрашивала. А теперь всё пытаюсь понять его мысли. Быть может, он вспоминал своё далёкое детство, давно ушедших друзей или долгие месяцы, проведённые в фашистском плену? А может, жалел о чём- то сделанном или наоборот не сделанном? Нет, дед умел жить так, что жалеть ему не о чём не приходилось. Поэтому, несмотря на свою занятость не приехать проститься с ним я просто не могла. Не могла не выйти на берег Дона и не посмотреть на заливные луга и пшеничные поля той деревни, в которой жил дедушка. В которой проводила каждые свои школьные каникулы и я. В которой мне всё остаётся таким дорогим, таким родным и очень любимым.

Приехав в эту деревню, я сразу почувствовала удивительную лёгкость и степенность. Всё здесь вновь напомнило мне о беззаботном детстве. Тут, кажется, ничего и не изменилось, те же дома, те же водяные колонки у дорог, всё так же шумят верхушки пирамидальных тополей, словно приветствуя меня, и точно так же, как и я когда-то бегает по улицам счастливая детвора, наполняя воздух своим звонким смехом. Только вот тополя шумят, скорее грустной музыкой, и с колонок, почему-то сняли рычаги.

– Куда же подевались рычаги, бабушка? – спросила я у проходящей мимо старушки.

– Сняли, как же. Вода то, нынче, не бесплатная. Платить-то, с колонки, кто будет? – ответила старушка.

– А раньше кто платил?

– Кто его знает дочка, должно совхоз платил.