Писцы, сидевшие по стеночкам на низких лавках, с чернильницами на шеях и с перьями в сальных волосах, хихикнули.
— За батьку я, — сказал Степан, изумляясь своему осевшему голосу.
— Мертвым святые Зосима и Савватий не помогают…
Писцы опять хихикнули. Другой подьячий, молча трудившийся за угловым столом, строго взглянул на них.
— Не должен был атаман давать тебе отпуск, — гнусил волокитчик.
«Твое какое дело, слюдяная рожа?»
В Степана вдолбили уважение к старшим — основу казацкого порядка. Он отмолчался. Подьячего несло:
— На вас, донских воров, денег не напасесси! Одного жалованья кажно лето до трех тыщ посылаем, да хлеба, да вина… Весь толк от вас — Азов тревожите, докуку нам творите.
Степан не мог стерпеть поношения Дона. Он тут был один казак, прочие — московская мелочь.
— Вас без Донского войска татары бы живьем сглодали!
Подьячий приподнялся и выбросил вперед острый кулачишко. Степан небрежно отклонился, кулак уехал в пустоту. Обиженный подьячий оглянулся на писцов: чего не помогаете? Писцы боялись.
— Пошел прочь! — проскулил подьячий.
— А деньги-то? — изумился Степан.
Без денег ему не только в Соловки, до Дона не добраться. Он прохарчился в дороге дочиста. Ныне с утра не ел. Живот стянуло от голода и обиды. Он требовал положенного по закону. Закон качался, рушился средь бела дня.
В полутьме сеней Степан почувствовал такую злобу, что, кажется, не пожалел бы жизни, а изувечил волокитчика. Но даже голоса не поднял. Чутье подсказывало: выжди, притворись! Тут и дворяне притворяются, такая жизнь.
Спустя минуты три товарищ волокитчика, сидевший за угловым столом, вышел в сени — в мягких сафьяновых сапожках и сером кафтане.
— Тоскуешь, казак?
— Где справедливость, осударь?
Комментарии к книге «Огненное предзимье: Повесть о Степане Разине», Вячеслав Александрович Усов
Всего 0 комментариев