«Тайный брак»

Стеша стремглав выбежала в коридор и снова вернулась с выражением испуга на миловидном лице.

— Молодой барин приехал! — сообщила она, таинственно понижая голос, хотя в комнате, кроме них двоих, никого не было.

— Что ты?! — побледнев, воскликнула Людмила.

— Ей-богу, правда! Малашку встретила я в коридоре, бежала барыне доложить. А дальше мне Семен Яковлевич попался, шел комнату молодого барина отпирать. Уж и вещи их несут. Слышите?

Людмила с испугом оглянулась на стену, у которой стояла ее кровать, и услышала за нею глухую возню: растворяли двери и окна, вносили тяжелым сундуки, и, хотя разобрать слов разговаривающих между собою людей было невозможно, Людмиле показалось, будто она различает голос брата. Смущение ее с минуты на минуту усиливалось, и она растерянно проговорила:

— Как неожиданно он собрался! Уехал на полгода, раньше Рождества мы его не ждали… и письма не прислал, что едет.

— А вы, барышня, извольте скорее одеваться, — сказала Стеша, приглашая барышню подойти к столику с тазом и прочими принадлежностями для умывания. — Братец, как приберутся, так к маменьке пройдут и вас, чего доброго, туда вызовут.

— Мне надо сперва повидать бабиньку. Макарке прикажи ждать, — прибавила она, накидывая на плечи пудермантель и поспешно выбегая в коридор, который вел к винтовой лестнице на антресоли.

Тут было помещение той, которую все звали старой княгиней. Оно состояло из нескольких комнат с отдельным ходом с парадного крыльца для знакомых княгини. Она и хозяйство вела отдельно от семьи внука, занимавшей весь остальной дом, в котором другого внутреннего сообщения, кроме вышеупомянутой лестницы, не было.

— Можно к бабиньке, Марья Ивановна? — спросила Людмила у старушки, отворившей ей дверь, обитую войлоком.

— Можно, можно, барышня, пожалуйте. С ангелом вас, красавица, позвольте ручку поцеловать, — проговорила с неподдельной нежностью в голосе старшая горничная княгини, вводя Людмилу в длинную светлую комнату с диваном и стульями, обитыми черной кожей, вдоль стен и большим киотом, наполненным образами, с горящей перед ними лампадой.