«Оплошка»

Посреди большой и высокой комнаты стояли два демона: среднего роста, худющие, с выступающими мослами. Коричневый цвет кожи, местами покрытой клочками шерсти, длинные пальцы с крючковатыми когтями. Человеческие, но вычурно-гротескные лица, как рисуют в шаржах, абсолютно гладкие, без следов растительности. Волосы одинаковым пробором зачёсаны назад. Жёлтые глаза без ресниц, оттопыренные уши. Покрытые тёмным налётом зубы, никогда не знавшие зубной щётки. Из одежды имелись только короткие зелёные шорты с дырками сзади, откуда высовывались длинные хвосты.

– Вы разыскали человека, который мне нужен? – раздался вкрадчивый голос.

– Да, светлейший, мы его нашли. Это было нелегко, – подобострастно сказал один демон тонким альтом.

– В соответствии с Вашими инструкциями, – прогнувшись, добавил другой демон. У него был дефект речи, букву «н» произносил мягко – «нь»; как позже выяснилось, с буквой «л» были те же проблемы.

Прямо перед демонами на небольшом возвышении стоял громадный чёрный письменный стол, за ним трон с высокой спинкой на вертящейся ноге. В этом троне и сидел обладатель вкрадчивого голоса, видна была только его лысая макушка. Казалось, сидящий рассматривает большущую политическую карту мира, висящую на стене. Сразу над картой была закреплена картина Карла Брюллова «Последний день Помпеи».

Справа от демонов пылал камин, слева во всю стену была намалёвана фреска, изображающая день Страшного Суда: черти тащили грешников в ад, а сверху над ними посмеивались белокожие типы с крылышками за спиной. Окон в комнате архитектор не предусмотрел, её освещала – помимо камина – лишь синяя крутящаяся лампочка под потолком.

– И кто он? – полюбопытствовала лысина.

Демон без дефектов речи достал из кармана маленький блокнот:

– Саня Сидоркин, карманник, рецидивист. Тридцать пять лет. Отвечает всем требованиям.

– Я бы хотел выбрать для задания кого-нибудь другого, только не карманника! – резко возразил троновладелец. – Неужели во всей России он один с нужными параметрами?