«Я пацифист, девственник, трезвенник, вегетарианец»

Евгений Козлов

Я пацифист, девственник, трезвенник, вегетарианец

Моя жизнь одиночный протест.

Смысл жизни – нравственность, поэтому я пацифист, девственник, трезвенник, вегетарианец. Книгу посвящаю самому себе, как впрочем, и все мои жизненные зарисовки говорят в первую очередь обо мне, о моем отношении к чему-либо, я рассказываю о моем восприятии мира. Ошибка многих заключается в том, что они во всех моих высказываниях видят не меня, но себя, это и есть доказательство того душецентризма, о котором я говорил в Агнозисе. Во всем мы видим только самих себя. И это неплохо, пусть и в этой книге читатели узрят свое отражение. Или же пусть наблюдают одного меня, чтобы в который раз не оскорбиться. Ведь мои современные книги, написанные мною, тридцатилетним, не принимаются для публикации, по той причине того, что они якобы кого-то могут оскорбить. Что ж, здесь стоит констатировать, что я живу в мире, где правда о людях оскорбительна. В таком мире быть честным писателем крайне трудно, и это одна из тех причин, почему я постепенно оканчиваю свою литературную деятельность, с этим видом творчества и самовыражения я неуверенно прощаюсь, особенно отказываюсь от больших форм выражения своей мысли. Я создаю книги вот уже пятнадцать лет и это немалый срок. Все эти годы я писал на бумаге, создавал рукописи, потом превращал рукопись в электронный формат, это много часов труда, каждодневного труда, отчего теперь мои глаза быстро устают, особенно от чтения текста. Многие считают, будто я начинающий писатель, когда на самом деле я заканчивающий писатель. В общем-то, моя литература конечна, она настолько нравственна, что придумать нечто более нравственное и совершенное попросту невозможно. Я всегда стремился к завершенности, к полной осознанности жизни. Впрочем, сама всемирная литература свой век отживает, и скоро она вовсе перестанет быть кому-то нужной, я похороню ее своим талантом, и сделаю это безвозмездно.

Евгений Козлов

Я пацифист, девственник, трезвенник, вегетарианец

Моя жизнь одиночный протест.

Смысл жизни – нравственность, поэтому я пацифист, девственник, трезвенник, вегетарианец. Книгу посвящаю самому себе, как впрочем, и все мои жизненные зарисовки говорят в первую очередь обо мне, о моем отношении к чему-либо, я рассказываю о моем восприятии мира. Ошибка многих заключается в том, что они во всех моих высказываниях видят не меня, но себя, это и есть доказательство того душецентризма, о котором я говорил в Агнозисе. Во всем мы видим только самих себя. И это неплохо, пусть и в этой книге читатели узрят свое отражение. Или же пусть наблюдают одного меня, чтобы в который раз не оскорбиться. Ведь мои современные книги, написанные мною, тридцатилетним, не принимаются для публикации, по той причине того, что они якобы кого-то могут оскорбить. Что ж, здесь стоит констатировать, что я живу в мире, где правда о людях оскорбительна. В таком мире быть честным писателем крайне трудно, и это одна из тех причин, почему я постепенно оканчиваю свою литературную деятельность, с этим видом творчества и самовыражения я неуверенно прощаюсь, особенно отказываюсь от больших форм выражения своей мысли. Я создаю книги вот уже пятнадцать лет и это немалый срок. Все эти годы я писал на бумаге, создавал рукописи, потом превращал рукопись в электронный формат, это много часов труда, каждодневного труда, отчего теперь мои глаза быстро устают, особенно от чтения текста. Многие считают, будто я начинающий писатель, когда на самом деле я заканчивающий писатель. В общем-то, моя литература конечна, она настолько нравственна, что придумать нечто более нравственное и совершенное попросту невозможно. Я всегда стремился к завершенности, к полной осознанности жизни. Впрочем, сама всемирная литература свой век отживает, и скоро она вовсе перестанет быть кому-то нужной, я похороню ее своим талантом, и сделаю это безвозмездно.