«Преступление и наказание»

Владимир Дмитриевич Наконев

ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ

«Prometo decir la verdad, toda la verdad, y nada mas que la verdad»[1]

ИЗ ИСТОРИИ

Его Новое Величество, унаследовав трон, быстренько сгонял в Рим к Папе, навестил соседей и отправился в отпуск, который прервал лишь для вручения спортивных кубков за парусные гонки. И амнистию забыл объявить. Отдохнув, он, в качестве Верховного Судьи поручкался со всеми приглашёнными на расширенное заседание Верховного Суда. Посыл ясен: не писяйте, всё будет как при Папе.

Это заседание транслировалось по телевидению и давало впечатляющую картину коррозии системы. В стране более 16000 человек, защищённых от юридического преследования. «Что охраняем, то и имеем». Эти защищённые — экс судьи, прокуроры, адвокаты и некоторые бывшие высокопоставленные полицейские и правительственные чины. И первое, что они сделали, это внесли в заветный список Его Бывшее Величество.

Как и любой живой организм, система самодостаточна. «Рука руку моет». Имея гарантированную защищённость, эта организация функционирует по отработанной схеме: отправляют за решётку обвиняемого или подозреваемого с припиской «без права выхода на свободу под залог». Подержав с полгода на тюремной диете, начинают действо: адвокат приносит известие, что в результате упорной борьбы с обвинением удалось добиться возможности выхода на свободу за небольшую сумму в 46 млн. евро для бывшего казначея правящёй партии, 500 тыс. евро для бизнесмена-китайца или 35 тыс. евро для такого лоха как я.

Заплатив, ты имеешь право слинять и нафиг ты никому больше не нужен.

«С паршивой овцы — хоть шерсти клок». Таким образом, избежало длительного заключения русскоговорящее тело, «приближенное к императору» вместе с моим адвокатом. Всего за несколько тысяч общеевропейских тугриков. Если клиет предпочитает хлебать тюремную баланду, начинается торг. Адвокат без устали носит послания от обвиняющей и надзирающей сторон, о снижении залога с 46 млн. до 200 тыс. евро для бывшего казначея, 200–300 тыс. для бизнесмена-китайца или 23 тыс. в моём случае. Кто думает, что адвокаты пиринейщины предназначены для чего-то другого, глубоко заблуждается.

Кто соглашается, выходит на свободу. Кто не может заплатить или не желает расставаться с нажитым «непосильным трудом» продолжает оздоравливаться под южным солнцем в местах для этого не предназначенных.