«Об украинском литературном языке: некоторые факты»

Михаил ДЗЮБЕНКО

Об украинском литературном языке: некоторые факты

«Как ни смотреть на вопрос об украинском языке с политической стороны, но интерес к этому языку, несомненно, возрос необычайно», – писал сто лет назад замечательный русский языковед С. М. Кульбакин. Это же касается и вообще украинской культуры, что неудивительно, поскольку Украина (Малороссия) оказала на Московию (Великороссию) существенное культурное влияние, как бы к нему ни относиться: достаточно сказать, что сам феномен поэзии (версификаторства) пришел в Россию с Украины. Излишне напоминать, что и никоно-алексеевская церковная реформа проводилась в значительной степени с учетом опыта реформ киевского митрополита Петра Могилы.

Украинские язык и культура вовсе не представляют собой terra incognita: несмотря на все сложности, в основном политического характера, они интенсивно изучались и в дореволюционное, и в советское время, с новой интенсивностью изучаются сейчас. Достаточно назвать имена академиков А. А. Шахматова, В. Н. Перетца, Ф. П. Филина, Н. И. Толстого, Л. А. Булаховского, а также А. М. Селищева, А. Н. Кожина, В. В. Нимчука и многих других.

Тем удивительнее встречать в СМИ вздорные, непрофессиональные суждения – вроде тех, что украинского народа не существует, украинский язык – это просто испорченный русский (или его диалект), а украинскую культуру выдумали в генштабе Австро-Венгерской армии.

Напомним некоторые факты.

Литературный язык создается на основе естественного. Украинский язык, наряду с русским и белорусским, принадлежит к группе восточнославянских языков индоевропейской языковой семьи. Эти языки восходят к одному из диалектов праславянского (естественно, бесписьменного) языка, на котором говорили племена, занимавшие до Р. Х. земли между средним течением Днепра и Западным Бугом. Затем ареал их обитания резко расширился, захватив Балканский полуостров, достигнув Эльбы, Ильменя, междуречья Оки и Волги. На основе ряда близкородственных диалектов в VIII-IX вв. образовался язык восточных славян, который исследователи достаточно условно называют прарусским и который через 150-200 лет получил письменность. Однако к этому времени прарусский язык уже не представлял единства: племенное дробление, следы которого сохранила нам «Повесть временных лет» в названиях двенадцати племен, не могло не отразиться и на языке, распавшемся на ряд диалектов. Современные восточнославянские языки (русский, украинский и белорусский) сложились на базе как раз этих диалектов. Процессы языковой дифференциации шли параллельно с возникновением нескольких центров, вокруг которых происходило культурно-политическое сосредоточение как славян, так и варягов и местных финно-угорских племен. Наряду с Новгородом Великим на севере, Ростовом на северо-востоке, на юге такими центрами были Киев, Галич и Владимир Волынский. Уже с XII века в южнорусских говорах появляются следующие общие черты, характерные для будущего украинского языка:

1) вместо севернорусского взрывного [г] в украинском языке произносится длительный так называемый фрикативный [ɣ], переходящий в [h]. Это произношение сохраняется и в южных говорах современного русского языка, в переходной зоне между русским и украинским, оно же закрепилось и в практике богослужебного чтения, в том числе старообрядческой;

2) вместо русского [в] перед согласным и в конце слова произносится, а в начале слова и пишется губно-губной [ṷ]=у: пра[ṷ]да, удова. Такое же произношение характерно и для южнорусских говоров;

3) такой же [ṷ] слышится вместо [л]: во[ṷ]к, да[ṷ];

4) перед гласными так наз. переднего ряда образования (и, е, а) согласные произносятся твердо, поэтому, например. тихо звучит как т[ы]хо, а береза как б[э]р[э]за;

5) сочетание согласного с [j] заменено одним двойным (усилившимся) согласным: судья – суддя;

6) в определенных позициях редуцированные ъ и ь проясняются в полные гласные ы и и, которые затем во многих украинских говорах совпадают в и: шия – ср. рус. шея, зелений – ср. рус. зеленый;

7) в определенных позициях старые о и е переходят в i (через удлинения и дифтонгические сочетания): нiс – ср. рус. нос, шiсть – ср. рус. шесть;

8 ) такую же замену проходит и общерусский звук м, на письме обозначавшийся буквой ѣ: лic – ср. лес, вiра – ср. вера;

9) в определенных позициях согласные к, г, х переходят в ц, з, с: рука – руцi. В современном русском языке такого перехода нет, но он был в старославянском и древнерусском языках;

10) в 3-ем лице ед. ч. ряда глаголов утрачивается конечный -т: несе – ср. рус. несет;

11) в дат. п. ед. ч. м. р. распространяется окончание -ови (-еви): кожухови – ср. рус. кожуху;

12) сохраняются формы звательного падежа: мамо;

13) формы глаголов 1 л. мн. ч. наст. вр. образуются с помощью окончаний -мо: пишемо;

14) в качестве главного члена в безличных предложениях используются краткие причастия на -но, -то: Останній екзамен складено, школу закін¬чено.

Этот список можно было бы расширить.

Древнейшие восточнославянские памятники, относящиеся к южнорусской области, датируются XI веком. Это Сборники 1073 и 1076 годов, Евангелия Мстиславово (ок. 1115), Юрьевское (ок. 1120) и Галицкое (1144). Они созданы на церковнославянском языке и слишком бедны данными, хотя в них и можно встретить отдельные фонетические черты будущего украинского языка. Памятники же с несомненными чертами украинского языка встречаются с XIV века.

Что касается лексики, то в середине ХХ столетия американский лингвист Моррис Сводеш предложил использовать расхождения между словами устойчивого базового словаря как инструмент для оценки степени родства между различными языками. В лексико-статистический список Сводеша из ста слов входят личные и вопросительные местоимения, некоторые глаголы, обозначающие движение, элементарные физиологические функции и ощущения, обозначения размеров, цвета, космических явлений, животных, родства и т.д. При расхождении родственных языков за одно тысячелетие меняется примерно 10% общего словаря. На сегодняшний день сравнение списков Сводеша для русского и украинского языков дает 86% общности; иными словами, расхождение между языками началось даже более тысячи лет назад. Для сравнения: лексические совпадения русского с белорусским составляют 92%, русского с польским – 77%. Сопоставление польского с чешским дает 89% лексических совпадений, однако никому не приходит в голову называть польский диалектом чешского или наоборот. Впрочем, надо заметить, что данные лексикостатистики именно для славянских языков лингвисты не считают абсолютно надежными, поскольку славянские народы и после расхождения языков продолжали тесно общаться, заимствуя друг у друга лексические единицы.

Тем не менее сказанного достаточно для вывода о том, что русский и украинский являются совершенно самостоятельными языками, разошедшимися в своём развитии в самом начале истории Руси.

Обманываясь происхождением самого термина, некоторые думают, что «литературным» является язык художественной литературы. На самом деле речь идет о письменном, относительно нормированном и кодифицированном языке в противоположность устному, ненормированному. При возникновении литературного языка никакой художественной литературы в современном понимании (т.е. основанной на вымысле) не существовало и существовать не могло. Это был в первую очередь официальный язык – священных текстов, законов, договоров, поучений; с течением времени к ним добавлялись различные правительственные постановления, деловые документы, официальная переписка, публицистика, нормативные грамматики и словари, общеобразовательная литература. Так в результате сознательной деятельности носителей культуры создается некая средняя языковая норма. Как писал замечательный русский ученый М. И. Шапир, язык официального быта «потенциально адресован всем без ограничения членам данного общества; он с самого начала стремится собрать максимум воспринимающих». С этим связано еще одно его важнейшее качество – универсальность: развитый литературный язык устроен таким образом, чтобы его средствами можно было передать практически любое содержание.

Важнейшей характеристикой литературного языка, и это необходимо подчеркнуть особо, является целенаправленный, искусственный характер его разработки. Развитие литературного языка основано на человеческой воле. Он не эволюционирует исключительно сам по себе: пользующийся им социум направляет его развитие.

Литературному языку противостоит разговорный, ненормированный, необработанный язык неофициального быта, диалекты, просторечие. Впрочем, он вполне может отражаться и в письменной речи; таков, в частности, язык новгородских берестяных грамот и некоторых секторов интернета.

По мере развития искусства, и в частности художественной литературы, развивается и соответствующий язык. Он ориентирован на изменение, на поиск новых выразительных возможностей и на оригинальность. При этом языки литературный, разговорный и художественной литературы вступают во все более сложное взаимодействие; в частности, не меняя своего функционального назначения, они абсорбируют элементы друг друга.