«История одной любви. Окончание»

Петр Ингвин

Кваздапил

История одной любви

Окончание

Часть третья

Мурадости

Пролог-напоминание

— Дай телефон. Сними блокировку.

— Блокировки нет. — Машка затравленно оглянулась и сжалась так, что превратилась в величину отрицательную. — Саня, не надо…

— Надо. Теперь точно надо.

Открыв галерею, я листал фотографии, и волосы потихоньку вставали дыбом. Машка и Захар фиксировали свои экзерсисы с прилежностью отличников: вот они дома, вот они в городе — сегодня, пока я ждал сестренку на ужин. В конце альбома — они здесь, на моей кухне. Будто на десерт.

Меня корежило изнутри, и отшатнувшаяся Машка на всякий случай осталась на небольшой дистанции. Я быстро листал в обратную сторону, и выкатился снимок из следующего альбома.

— А это что?!!

Черная рука на белой груди. Черная — в прямом смысле, а не как недавно подкалывала сестренка.

Бывает так: на мониторе все исчезает, и — мертвый фон без проблеска. Такое преображение произошло с Машкиным лицом. Про фигуру и говорить нечего, крюк мясника показался бы примером правильной осанки. Сестра даже не взглянула на экран, бледные губы прошептали:

— У нас в классе есть негр, он ходит с Катькой Крапивциной, но он же негр, мне было интересно, какие они. Он был не против.

Еще бы он был против. Телефон моей в руке задрожал. Казалось, в груди сейчас что-то треснет и сломается.

Следующее изображение показало ту же пятерню, но уже не на груди. Совсем не на груди. Моя рука вновь потянулась к ремню.

— Саня! — Машка попятилась.

— Кваздик!

С другой стороны ремень перехватила Хадя. Я молча оттолкнул ее и вырвал ремень. Хадю отбросило в стене. Маша раскрыла рот в немом крике. Тушка содранного с нее халата спланировала павшей птицей на сердобольную защитницу маленьких. Машка убегала, пряталась, прикрывалась, а я стегал не глядя, куда придется.

— Интересно, говоришь? — Злость из меня лилась, как пена из перекипевшего кофе. — А вот это не интересно? И это я еще не все посмотрел, не так ли, Машулька?

Звонок в дверь совместился с громким стуком:

— Откройте, полиция!

Ситуация — нарочно не придумаешь. Разыскиваемая за убийство Хадя… Я и ремень, как два сапога пара… Сестренка со следами побоев…