«Мои палачи»

- Не могу, Юль, - он встряхивает меня, и волосы в такт, качнувшись назад, снова рассыпаются по плечам. - Тс-с, не надо меня бояться, - большим пальцем он смахивает с моей щеки набежавшие слёзы. - Я ведь никогда тебя не трогал, Юлечка? И не трону. Наоборот, - Артур отпускает моё лицо. Одной рукой зажимает мои запястья и наматывает на них ремень, вяжет. - Если ты так любишь трахаться с другими - я готов тебе это устроить. Только есть условие, - его губы, дрогнув, растягиваются в подобие улыбки, - пощады не проси.

- Артур, - шепчу. Дергаю связанными руками. Рефлекторно отступаю назад, кресло не оставляю, как щит, катится впереди меня. - Ты про что? Давай поговорим, пожалуйста.

Он не хочет. Оборачивается на стук в дверь и громко сообщает:

- Открыто!

Мы в кабинете администратора ресторана, вокруг полумрак, горит лишь настольная лампа, но из коридора добавляется света. Зажигательная попсовая музыка с банкета на пару секунд звучит громче, у брата Артура свадьба, их счастливый день - мой кошмар, музыку, как и мою надежду на лучшее - тут же приглушает хлопнувшая дверь.

Смотрю на вошедших. Их двое. Один поворачивает замок в ручке, запирается. Второй кивает Артуру.

Они высокие, крупные, это мужчины. Вместо лиц пластмассовые маски котиков, выделяются белыми пятнами.

- Начнём? - весело спрашивает Артур. Быстро шагает ко мне. Выдирает у меня кресло. Плюхается в него и откатывается к стене.

- Артур, хватит, - от страха повышаю голос. Шмыгаю за длинный стол. - Выпусти меня. Пусть они отойдут от двери. Это кто, вообще?

- Это твои палачи, Юля, - Артур лениво закидывает ногу на ногу. - И они никуда не уйдут. Пока не накажут тебя. Раздевайся. Не бойся, плохо они тебе не сделают.

Я прослежу.

В зале мелькают вспышки фотоаппаратов, журналисты задают вопросы, конференция идет третий час.

На стене растянут большой проектор, там бегают человечки с автоматами - компания Артура выпустила новую видео-игру, и с самого утра тянется скучная презентация.

Сижу в конце зала и пилю ногти. Мне это совсем неинтересно, я в этом ни черта не смыслю, но муж просил разделить с ним его успех.