«Бархатный сезон»

Шлифовальщик

Бархатный сезон

Начальнику первого отдела НИПИ «Оберон» от начальника дежурной смены НП-11

Настоящим докладываю об очередном происшествии на территории объекта № 2 (полигон) института.

24.08 этого года в 3:05 дежурными инженерами НП-11 задержан посторонний. Гражданин вёл себя агрессивно, оскорблял участников задержания и пытался оказать сопротивление. Нейтрализовать задержанного удалось силами бодрствующей смены караула объекта № 2.

После задержания было произведено изъятие личных вещей упомянутого гражданина. Изъято:

— армейский вещевой мешок с образцами Т-32 (сумманты) в количестве 4 штук,

— устройство УВ-М,

— устройство ПКР-3,

— пистолет неопознанной марки иностранного производства,

— вскрытая коробка патронов к вышеуказанному пистолету.

Из документов задержанный обладал паспортом на имя Бочкарёва Всеволода Ивановича. Данный документ был необычного вида: страницы паспорта — альбомной ориентации, страница с фотографией последняя, на первой странице паспорта изображён двуглавый орёл. Возможно, такие паспорта делают за границей для потомков белогвардейцев.

В ходе экспресс-допроса, проведённого начальником караула, данный гражданин показал, что он из Российской Федерации. По его словам, Советский Союз распался на независимые государства по числу республик, входящих в него, и в этих государствах реставрирован капитализм. Также задержанный утверждает, что попал на территорию закрытого объекта по ошибке. Из этого следует, что он является либо сумасшедшим, либо желает замаскироваться под такового.

Направляю к вам вышеуказанного гражданина в сопровождении караульных на дальнейшее дознание.

Гостиница «Центральная» представляла собой трёхэтажную «сталинку» с обшарпанным фасадом и кое-где свежевставленными модными пластиковыми окнами. У центрального входа висела табличка с названием и непонятными аббревиатурами вверху. Внизу таблички шаловливая рука местного хулигана нарисовала пять неровных звёздочек, тем самым присвоив скромному заведению высокий отельный статус. Слева от входа — отдельное крыльцо, ведущее в кафе со скучным названием «У дяди Вани». Из дверей «культурного заведения» доносились звуки отечественного шансона: хриплоголосый певец изливал душу, сетуя на тяжёлые трудовые будни рядового уркагана.

Рядом с гостиницей высилось заброшенное здание с вывороченными оконными рамами. Проржавелая вывеска подсказывала, что в не очень давние времена здесь размещался ресторан «Лойва». Буква «А» опасно накренилась над тротуаром, из неё торчали разноцветные провода. Наверное, лет тридцать назад в такой же осенний дождливый вечер эта вывеска ярко горела, изнутри здания доносилась музыка, а у входа в ресторан толпились вышедшие покурить или подраться мужички.

С другой стороны гостиницы дружелюбно сиял огнями супермаркет «Юбилейный». Время от времени оттуда выныривали покупатели, волоча ярко-красные фирменные пакеты, набитые продуктами, зябко вжимали голову в плечи и ныряли под дождь.

Через дорогу виднелось мрачно-серая глыба заводоуправления. Плакат на стене здания утверждал, что Лойвинский крановый завод — предприятие двадцать первого века, что в общем-то и так очевидно. А на рекламном щите рядом с управой изображена одухотворённая физиономия какого-то местного политикана с фамилией Жарков, который, судя по тексту над его головой, хотел превратить город в туристический рай. Действительно, находящийся рядом с «пятизвёздочным отелем» ресторан «Лойва» — очень даже приметная достопримечательность для туристов!

Леночке вдруг захотелось немедленно вернуться домой. В её родном областном центре по вечерам шумно и весело, а здесь, в медвежьем углу — пусто и уныло. Шесть часов вечера, а улицы будто вымерли. Изредка пробежит прохожий, пряча от дождя голову в воротник, да из соседнего двора донесётся ржание местной шпаны. Девушка уже забыла, когда последний раз уезжала из дома. А в уныло-осеннем Лойвинске придётся торчать целые сутки.

От невесёлых мыслей Леночку отвлёк непосредственный начальник. Директор филиала Ромашин, кряхтя, вытаскивал из багажника своей «ласточки» огромный Леночкин чемодан. Забавное зрелище: волосы директора взъерошены, круглое лицо покраснело от натуги.

— Тяжко, Дмитрий Сергеевич? — не выдержала девушка. — Да вы материтесь, не стесняйтесь! Как по маслу пойдёт!

— Любовника ты туда, что ли, спрятала? — Ромашин кое-как выволок чемодан из недр багажника, едва не оторвав ручку. — Побольше не могла баул захватить?

— Это не баул, это косметичка, — хихикнула Леночка. — А что, из вас уже песочек посыпался? Я всё забываю, что вы уже пожилой.

— От такого чемодана не только песочек посыплется! — проворчал директор, переводя дух.

— А что ещё? — невинно задрала брови Леночка.

Дима не ответил. Надулся, сразу видно. Обиделся, что Леночка назвала его пожилым. Она, разумеется, сделала это специально, чтобы позлить директора филиала. Но девушка считала, что она недалека от истины. Тридцатитрёхлетний человек с точки зрения её двадцати с небольшим лет и подросткового склада характера — самый что ни на есть пожилой, если не престарелый.

Взопревший директор поднял чемодан и попытался заволочь его на крыльцо подъезда.

— Оставьте, я сама! — крикнула Лена и почти вырвала ручку чемодана из холёной руки Ромашина.

Она терпеть не могла проявления «рыцарства» от мужчин. Знаем, проходили! Сперва чемодан поднести, потом вперёд пропустить, затем ручку поцеловать и так далее по нарастающей. И этот такой же. Лучше сразу пресекать на месте всяческие поползновения!

Вредная Леночка, постоянно поддёргивая сползающую с плеча сумочку, еле доволокла свою габаритную ношу до стойки администратора. Видимо, в гостинице «Центральной» проживало не так много постояльцев, потому что администраторша тут же отреагировала на появление молодых людей.

— Ромашин Дмитрий Сергеевич, Васина Елена Александровна? — уточнила она, заглядывая в журнал регистрации и бронирования.

— Да, нам должны оставить два номера, — заявил директор филиала.

Женщина выдала будущим постояльцам по анкете и велела заполнить.

— Какое сегодня число? Двадцать шестое октября две тысячи десятого года… — бормотала себе под нос девушка, аккуратным почерком заполняя форму.

— А в двухместный номер нас можно поселить? — закинул удочку Дима, устав переносить паспортные данные в анкету.

Глаза у него замаслились, как у кота. Представил, видать, себя в двухместном номере с Леночкой. Девушка нахмурилась, а администраторша с неприязнью покосилась на сластолюбца Ромашина.

— Вы супруги? — строго спросила она.

— Почти… Не расписаны.

— Ну, так о чём тогда разговор! Как бронировали два одноместных, так и будете жить. Надумали, тоже мне!

Ромашин недовольно побурчал: «Вот деревня! Как в монастыре!», а Леночка удовлетворённо хихикнула.

— А отдохнуть у вас культурно где можно, Тамара Павловна? — поинтересовался Ромашин, скользнув глазами по бейджику на груди администраторши.

— Смотря, что значит «культурно», — охотно ответила та. — Для кого культура в музее, а для кого и в кабаке. Под нами, слышишь, грохочет музыка? «Дядя Ваня», чтоб его! Тоже культурным заведением считается…

— А боулинг есть в городе? — не отставал Дима.

— Да всё есть, и боулинг, и наркоманы и хулиганы… — проворчала Тамара Павловна. — У себя в городе что ли не натешились? Я-то думала, вы за суммантами сюда приехали или за другими вещичками. А, может, меняльщиками решили заделаться, кто вас поймёт…

— Ну, сумманты, само собой. Одно другому не мешает, — не растерялся Дима.

Лена, зная редкое умение шефа беседовать на незнакомые темы, улыбнулась.

— Я знаю, где подешевле взять, — заговорщицки прошептала администраторша. — Если что, обращайтесь…

Леночкин номер, находящийся в самом конце коридора, по провинциальным меркам был шикарным: телевизор с несколькими рябящими каналами, электрический чайник, санузел. Батареи, правда, на ощупь чуть тёплые, да от окна тянуло холодом (к сожалению, в Леночкином номере пластиковые окна ещё не вставили), зато в углу комнаты стоял обогреватель, а на кровати лежали два одеяла. Ночку перетерпеть можно.

Девушка раздёрнула шторы, и настроение её моментально испортилось. Надо же, как «повезло»: окно выходило на соседнее здание — искорёженный ресторан «Лойва». Леночка, покопавшись в бездонной сумочке, нашла пачку сигарет, выудила одну, открыла форточку и мрачно закурила. Надо бы поменьше курить, лениво подумала она. Голос у неё от сигарет стал скрипучим. Один клиент, сволочь, так и попросил по телефону: «Позовите, пожалуйста, девушку-менеджера с прокуренным голосом».

Говорят, это самообман курильщиков, что табак успокаивает нервы, но после сигареты настроение заметно улучшилось. Леночка закинула в рот жвачную подушечку и решила заняться полезными делами. Перво-наперво необходимо распаковать огромный баул с нужными вещами: косметикой, ночной пижамой и ненавистным деловым костюмом для завтрашней презентации. Потом надо будет принять душ и, наконец, спокойно и вдумчиво ответить на все телефонные сообщения, которые сыпались всю дорогу в огромном количестве. Как и все её сверстники, Леночка не могла прожить без сотового; на общение по телефону она тратила по несколько часов в сутки.