Счастье любой ценой (epub) - Счастье любой ценой 423K (книга удалена из библиотеки) (скачать epub) - Айрин Лакс

Annotation

В автомобильной аварии я потеряла не только мужа, но и ребёнка. Сейчас у меня есть только одно желание: стать мамой. Я обратилась за помощью к брату-близнецу погибшего мужа. Но я понятия не имела, какую цену мне придётся заплатить…   В тексте есть: властный герой, любовь по принуждению, очень эмоционально 18+

Айрин Лакс

Глава 1. Янина

Глава 2. Янина

Глава 3. Янина

Глава 4. Янина

Глава 5. Янина

Глава 6. Янина

Глава 7. Янина

Глава 8. Янина

Глава 9. Янина

Глава 10. Янина

Глава 11. Янина

Глава 12. Владимир

Глава 13. Владимир

Глава 14. Владимир

Глава 15. Владимир

Глава 16. Владимир

Глава 17. Янина

Глава 18. Янина

Глава 19. Янина

Глава 20. Янина

Глава 21. Янина

Глава 22. Владимир

Глава 23. Владимир

Глава 24. Владимир

Глава 25. Янина

Глава 26. Янина

Глава 27. Янина

Глава 28. Янина

Глава 29. Янина

Глава 30. Янина

Глава 31. Янина

Глава 32. Янина

Глава 33. Янина

Глава 34. Янина

Глава 35. Янина

Глава 36. Янина

Глава 37. Янина

Глава 38. Янина

Глава 39. Янина

Глава 40. Янина

Глава 41. Янина

Глава 42. Янина

Глава 43. Янина

Глава 44. Янина

Глава 45. Янина

Глава 46. Владимир

Глава 47. Янина

Глава 48. Янина

Глава 49. Владимир

Глава 50. Владимир

Глава 51. Янина

Глава 52. Янина

Глава 53. Янина

Глава 54. Янина

Глава 55. Алина (жена Владимира)

Глава 56. Алина

Глава 57. Владимир

Глава 58. Янина

Глава 59. Янина

Глава 60. Владимир

Глава 61. Янина

Глава 62. Владимир

Глава 63. Владимир

Глава 64. Янина

Глава 65. Владимир

Глава 66. Янина

Глава 67. Владимир

Глава 68. Владимир

Глава 69. Алина

Глава 70. Янина

Глава 71. Янина

Глава 72. Янина

Глава 73. Янина

Глава 74. Янина

Глава 75. Янина

Глава 76. Янина

Глава 77. Владимир

Глава 78. Янина

Глава 79. Янина

Глава 80. Янина

Глава 81. Янина

Глава 82. Алина

Глава 83. Янина

Глава 84. Янина

Глава 85. Владимир

Глава 86. Владимир

Глава 87. Владимир

Глава 88. Владимир

Глава 89. Янина

Глава 90. Владимир

Глава 91. Янина

Глава 92. Алина

Глава 93. Алина

Глава 94. Алина

Глава 95. Янина

Глава 96. Янина

Глава 97. Владимир

Эпилог

Айрин Лакс Счастье любой ценой

Глава 1. Янина

Шок. Наверное, именно из-за него я не чувствовала почти ничего. Ни крови, стекающей по лицу, ни боли, когда медики ловко вытащили самый большой осколок стекла и наскоро скрепили лоскут кожи, срезанный почти до самого мяса. Меня поместили в машину скорой помощи и увезли. Синяки, сотрясение головного мозга, швы на лице. Я выжила. А моему мужу не повезло. Он погиб. Межсезонье… Ярослав ещё не успел «переобуть» автомобиль. Обычная история, каких миллионы: он не справился с управлением. Резкий поворот, автомобиль занесло и на большой скорости впечатало в фонарный столб. Перед легкового автомобиля «Nissan» сплющило, как гармошку. Подушка безопасности в недавно купленном авто не сработала, оно было подержанным. В машине была установлена подушка-обманка. Надписи «airbag» на панели и руле оказались лишь элементом предпродажной подготовки, потому что машину с установленным муляжом можно продать успешнее. Кто-то наварился на продаже этого автомобиля, а я потеряла самое дорогое. Смысл своей жизни. Дальнейшие дни проходили как во сне: рядом суетились люди, что-то обсуждали и говорили о похоронах, о цвете гроба и размере костюма на покойника. А я не могла даже заставить себя посмотреть на Славу: его не было. Тот, кто лежал в гробу, не был им. Слава где-то в другом месте, он просто вышел… Вышел покурить и заболтался с приятелем по телефону, как это всегда бывает… Но сейчас он вернётся. Должен вернуться. Он всегда возвращался, но сейчас у него очень важный разговор. Очень-очень важный… — Эй, эй! Надо на свежий воздух вывести! Выведите. Сколько у гроба сидит? Как в отключке. Меня выволокли силой на прохладный воздух. Начало ноября… Поздний вечер. Ветер качает ветки деревьев и заунывно воет. Ищу глазами мужа: он всегда стоял с левой стороны крыльца, опершись спиной о стену, и курил. Но его нет. Накатывает осознание произошедшего. Опираюсь, как и он, об эту проклятую стену, стараясь удержаться. Получается плохо. Ползу вниз, обречённо, как дождевая капля, скатывающаяся по стеклу. Меня подхватывают, хлопают по щекам. Больно. Обжигает. Особенно с той стороны, куда наложили швы. Прямо напротив моих глаз оказываются зелёные омуты. — С-с-слава? — шепчу я. — Слава? Слава? — Куда лезешь? Володя, уйди! Не видишь, она от горя почти тронулась… Уйди, говорят тебе, только хуже делаешь!.. — Идите на хрен все! — зло огрызаются пухлые губы. Славкины… Нет. Не его. У Славы нет крошечной родинки над левым уголком губы. У этого есть. Это тот, другой, брат-близнец Славы. Владимир. Он подхватывает меня под локоть и уводит прочь. Ноги подгибаются в коленях, как сломанные спички. Слышу голос мамы: — Куда ты уводишь Яну? — Подальше отсюда, — отрывисто отвечает Владимир, сажая меня на заднее сиденье автомобиля. — Так нельзя, Володя, — пытается образумить его моя мама. — Вы, что ли, не видите, что ей плохо? — резко спрашивает Владимир, яростно хлопая дверью автомобиля. Владимир и моя мама спорят. Так громко, что слышно через закрытые двери. — Ей и будет плохо, Вова!.. Муж погиб. Яна и будет плакать и убиваться. Это естественно. Ей тяжело сейчас. — Надо увезти, чтобы она его хотя бы не видела. Я же говорил, что не надо покойника в дом заносить! — Как это не надо? Так положено! — упрямится мама. Она знает всё: как должно поступать и как правильно делать. Поэтому Слава «ночевал» последний раз в нашем доме. — Кем, блядь, положено? Вы знаете, как надо делать? Вот сидите и читайте молитвы у покойника. А Янину нужно увезти. Завтра ещё похороны, а она после травмы не отошла. Мама ещё что-то пытается сказать, докричаться до Владимира, но тот садится в автомобиль и оборачивается ко мне: — Ты как? Смотрю в его-не его лицо, любимое и ненавистное одновременно. Больно смотреть. Невыносимо. Ложусь на заднем сиденье внедорожника, отвернувшись лицом к спинке сидений. — Поехали, значит, — говорит Владимир, заводя мотор автомобиля. Наверное, ему тоже тяжело. Брат-близнец погиб. Именно на Владимира свалилось всё: организация похорон, разборки со страховой компанией. И это только начало. Бизнес-идея Славы оказалась неудачной. Мне придётся продавать дом в счёт уплаты долгов, и нужно как-то закрыть кредит в банке. Или в кредитном договоре предусмотрен форс-мажор в виде смерти? У меня голова пухнет от огромного количества проблем и вопросов. Они все скачут в моей голове, как безумные паяцы, по кругу. А я не могу сосредоточиться ни на одной из них, постоянно возвращаясь к точке обратного отсчёта. Удар, грохот, тишина. Слава ушёл…

* * *

В какой-то момент меня укачало. Наверное, я заснула. Но просыпаюсь от ощущения того, что меня придавливает, будто комьями земли. Давит и душит. Влажный, тяжёлый запах. Хриплю, пытаясь выбраться, и не понимаю, почему это не получается сделать. — Тише-тише. Это просто куртка. Я сейчас уберу. Низкий голос, хрипловатый. У Славы голос немного другой, более мягкий. А это не он. «Не он», — опять напоминаю себе, садясь на заднем сиденье автомобиля. Провожу рукой по плечам, словно отряхиваюсь. — Это просто куртка. Ты уснула, я укрыл тебя своей курткой. И правда, это всего лишь кожаная чёрная куртка, сильно пахнущая им и его парфюмом, осевшим теперь и на мне. — Где мы? — За городом, — честно отвечает Владимир. — Гнал по кругу, не мог остановиться. Но здесь тихо… Вылезаю из салона автомобиля. Уже поздняя ночь. Город виднеется вдалеке змейкой из ярких огней. По коже ползут мурашки от холода и сразу начинают стучать зубы. Владимир опять тянется ко мне со своей курткой в руках. — Не надо. Я так хочу постоять. — Замёрзнешь. — Пускай. У меня уже зуб на зуб не попадает: ветер выдувает последние остатки тепла из тела и жадно облизывает мокрые ресницы. Владимир опять оказывается рядом, всё-таки набрасывая куртку на плечи. — Уйди. Дай побыть одной. Раздражённо веду плечом, сбрасывая куртку. — Надень, бля, — злится мужчина, набрасывая куртку снова. Он сжимает руками плечи, не давая скинуть верхнюю одежду и на этот раз. — Уйди! Уйди! — кричу, захлёбываясь криком. Владимир встряхивает меня за плечи и разворачивает, насильно стискивая в объятиях. — Уйди! Я бью Владимира кулаками по груди и пытаюсь достать до его кожи ногтями даже через ткань джемпера. Хватка рук становится только сильнее. Бессильно бьюсь и дёргаюсь на месте, но не могу сделать и шага прочь от него — не позволяет. Остаётся только кричать до хрипоты, размазывая слёзы по щекам. Кожа щёк начинает гореть. Особенно там, где наложены швы или есть крошечные порезы. Владимир молча переносит мою истерику, позволяя проораться и повыть, как раненому животному. Обречённо утыкаюсь лбом в мужскую грудь, твёрдую, словно камень, сипло произнося: — Лучше бы ты умер вместо него. Лучше бы ты… Владимир ничего не отвечает, только пульс учащается, и сердце грохочет, как молот на наковальне. Он отстраняет меня от себя и сажает во внедорожник. Но не садится сам, а прохаживается вдоль машины, закуривая те же самые сигареты, что и Слава. — Не кури, — прошу я. Владимир поступает с точностью до наоборот: ядовито смеётся, выпуская струю дыма мне в лицо, и только после этого затаптывает сигарету носком ботинка в землю. Заводит мотор и несколько мгновений молча сидит за рулём. — Куда тебя отвезти? Обратно? К вам… — матерится, поправляя себя. — К тебе домой? — Нет. Не надо. Мне всё равно, куда ехать. Лишь бы подальше оттуда. Не могу. Он там лежит. И я жду. Знаю, что не придёт. Но как будто в голове щёлкает: а вдруг? Не хочу. Владимир кивает и заводит автомобиль, включает автомагнитолу на полную громкость. Мощные басы бешено долбятся в барабанные перепонки. Очень тяжёлая музыка. Даже не знаю, что это. Какой-то тёмный хаос. Позволяю заполнить ему себя полностью, прячась за его спасительным рёвом. Это была самая длинная ночь в моей жизни. Владимир привёз меня к себе, разул и отнёс на кровать, положив поверх покрывала, как хрупкий сувенир. Я подтянула колени к груди, пытаясь понять, есть ли ещё что-то внутри меня, живое и настоящее? Кажется, не было ничего. Я не спала, разглядывая темноту, клубящуюся по углам комнаты. Владимир тоже не спал. Он сидел на полу у кровати, как сторожевой пёс, изредка поворачивая голову в мою сторону. Проверяя, сплю или нет. Не спала. Как и он…

Глава 2. Янина

Похороны и «девять дней» стали для меня ещё одним испытанием. Но худшее было впереди. Я спала в доме, казавшемся теперь чересчур огромным для меня. Мне было душно, я почувствовала слабость, но пыталась уснуть. Мне это удалось с большим трудом. Я проснулась от того, что начало тянуть низ живота. Не очень сильно, но боли были как будто схваткообразные. Я встала и пошла в душ, холодея от мысли, что это может быть выкидыш. Вот тут всё и началось. Сильное кровотечение, но боли особой не было, низ живота так же противно тянуло. Я поняла, что у меня всё же случился выкидыш. На пятой неделе беременности. Элементарная проверка в женской консультации показала, что ребёнка у меня больше нет. — На удивление чисто всё вышло, — обрадовала меня врач-гинеколог. — Можете попытаться зачать ещё раз. — Ещё раз? — автоматически спросила я, не видя для себя дальнейшего пути. — Конечно. Вы молодая, здоровая девушка. Но стресс губителен для беременного организма. Побольше отдыхайте, гуляйте на свежем воздухе. И обязательно пробуйте ещё. Дети — это чудо. Дети — это чудо… А капризная судьба решила отобрать у меня это чудо. Решила отобрать в тот момент, когда наши отношения с Ярославом вновь наладились, и глупые размолвки остались позади. Мама уехала обратно в деревню очень быстро: у неё было своё хозяйство, и в городе она не хотела оставаться. Тут для неё было слишком шумно и многолюдно. — Приезжай ко мне, отдохнёшь, наберёшься сил, Яночка! — Нет, мама. Мне нечего делать в деревне. — А тут есть чем заняться, да? — Да, мама. Нужно разобраться с делами Ярослава… Дела у Ярослава шли даже хуже, чем я думала. По факту мне для выплаты задолженности по заработной плате и за аренду офисного помещения в центре города пришлось выгрести все накопления, что у нас были. Многообещающий проект Ярослава по поставке офисного оборудования провалился с треском. У меня голова пухла от цифр и кредиторов, осаждающих пороги: «дай-дай-дай»… Кто-то шёл на уступки, кто-то туманно намекал на иной вариант решения проблемы. Мне не хотелось, чтобы из меня силой выбивали долги, поэтому отдала всё накопленное. Потом решила поставить дом на продажу. Я расплатилась почти по всем долгам мужа. Если удастся продать дом по хорошей цене, то денег хватит, чтобы купить однокомнатную квартиру и разобраться с долгами окончательно. Я хотела продать дом как можно быстрее. Меня тяготил его вид. В особенности стены, каждая из которых хранила воспоминания о муже и о нашем браке. Неидеальном, со своими проблемами и сложностями, но ценном для меня. Я судорожно пыталась придумать, чем занять свой вечер, чтобы не сходить с ума от безысходности, как вдруг заметила возле дома припаркованный внедорожник брата Ярослава. Я замерла на месте. Владимир заметил меня и вылез из автомобиля, поздоровавшись. — Привет, Янина. Владимир был одним из немногих, кто произносил моё имя в полном варианте, не сокращая до Яны. — Привет. — Я видел объявление. Ты продаёшь дом? — Да, я решила продать дом. — У тебя проблемы? Дела у Славы… — Владимир сделал паузу, словно подбирал слова, чтобы не обидеть меня. — Дела у Славы не всегда шли хорошо. — Я знаю. — Тебе нужны деньги? Сколько? — резко спросил Владимир. Я всегда поражалась разнице между братьями. Близнецы. Одинаковая внешность за исключением родинки у Владимира. Разумеется, жесты и привычки у них были иные, и голос у Владимира немного грубее. Но какие же разные у них были характеры! Ярослав был человеком лёгким и позитивным, словно весеннее солнце. А Владимир напоминал бетонную плиту, придавливающую своей монументальностью и резкой грубоватостью. — Мне не нужны деньги. Владимир вздохнул и открыл дверь внедорожника, подтолкнув меня в спину. — Залезай. Поехали поужинаем. — Я не стану с тобой ужинать. Это ни к чему. — Ни к чему твой бледный вид и отказ от еды. Посмотри на себя: отощала, джинсы на тебе едва держатся. Где та Янина, что вскружила голову моему братцу? Владимир помолчал и добавил: — И не только ему. Слова Владимира отозвались где-то внутри трепетной дрожью. — Мы договорились с тобой не вспоминать о том происшествии, — ответила я. — Договорились, да. И скоро я не смогу вспомнить о нём даже при всём своём желании, потому что меньше всего ты сейчас напоминаешь ту горячую девчонку, плавившуюся от ласки. Я возмущённо вздохнула, с удивлением отметив, что за две с лишним недели, прошедшие после похорон, это были первые эмоции, испытанные мной и отличающиеся от той безнадёги и тоски, что кружили над моей головой. Владимир воспользовался моим замешательством и бесцеремонно затолкал меня в автомобиль. — Куда поедем, Янина? — Никуда, Владимир. Что ты хочешь от меня? Взгляд Владимира пробежался огненной волной по моей коже. Он сжал челюсти и стиснул руль, барабаня по нему пальцами. — Хочу вытащить тебя из чёрной ямы депрессии. — Рано, Владимир. Очень рано. Ещё даже сорока дней не прошло. — А мне кажется, будто уже целая вечность пролетела перед глазами. Не убивайся, Янина. Жизнь продолжается. Я усмехнулась. — Твои слова по вкусу напоминают туалетную бумагу. Жизнь продолжается, найди себе увлечение, не сиди без дела. — Последние слова мне не принадлежат. Я понимаю, что сейчас прошло ещё очень мало времени… — Всегда, — перебила я его. — Что? — Мне всегда будет казаться, что прошло очень мало времени. — Хорошо, — поднял руки Владимир. — Я не стану говорить, что ты заблуждаешься. Это твоё право — оплакивать мужа. Но оплакивая его, не хорони себя. Пожалуйста. Просьба из уст Владимира звучала непривычно. Она взрывала простой и понятный мир, раскалывая его на части. Напоминаю себе, что с Владимиром не может быть просто. — Поэтому я ещё раз спрашиваю, Янина. Куда поедем? — Не хочу, честно. Дело даже не в еде. Многолюдные места, яркий свет, смех. Праздник жизни продолжается, но только для меня он как кость поперёк горла. — Хорошо, — сказал Владимир. — Тогда поехали ко мне?

Глава 3. Янина

Предложение Владимира прозвучало двусмысленно. Но Владимир тут же исправился: — Извини, Янина. Я не имею в виду ничего дурного. Просто поужинаем. У тебя мама обратно в деревню уехала? — Уже уехала, — ответила я, понемногу оттаивая и расслабляясь рядом с Владимиром. Да, он выглядел почти как мой погибший муж. Но он был совершенно другим. Обмануться, по крайней мере, мне, было очень тяжело. — Значит, некому заставлять тебя питаться как положено? Этим займусь я. Я слабо улыбнулась, слушая урчание мотора. Владимир развлекал меня беседой. Он старался, он даже пытался быть вежливым и внимательным, хотя это не в его стиле. Владимир всегда был циничным, грубоватым и наглым. Иногда даже чересчур наглым. Но сейчас рядом со мной в автомобиле сидел мужчина, сильно отличающийся от того Владимира, которого я знала. — Что заказать? — спросил он, придерживая руль одной рукой. Второй рукой достал телефон, ища нужный номер в телефонной книжке. Меня вдруг накрыло паникой. Слава делал точно так же. Незадолго до аварии. Мой муж собирался перезвонить приятелю и искал номер в телефонной книжке, поглядывая то на дисплей смартфона, то на дорогу. И не успел среагировать как надо. Если бы не летние шины, возможно, мы бы отделались легко, но увы… Видя, как Владимир точно так же ковыряется в сотовом телефоне, я начинаю паниковать. Меня придавливает сверху толщей земли. Я задыхаюсь, едва выдавливая из себя. — Смотри на дорогу. Убери телефон. — Мы едем очень медленно. Сорок километров в час. — Убери телефон! — Янина… — Убери! — кричу я. — Останови машину! Сейчас же! Останови. Владимир заматерился, автомобиль резко прижался к обочине. Я вывалилась из салона, чувствуя себя трухой, рассыпающейся по земле. Присела на корточки, пытаясь дышать, и жадно хватала холодный воздух открытым ртом. Владимир остановился позади меня, тоже присев. — Ты как, Янина? Тяжёлая рука легла мне на плечи. Владимир приобнял меня, прижимая к себе. — Дышать легче? — Легче. — Вставай. — Нет. Не хочу. Не поеду никуда. Просто вызови такси, я уеду домой. — Думаешь, с чужим таксистом будет безопаснее, чем со мной? — Владимир поднял меня и легонько встряхнул. — Я уберу телефон. Это из-за Славки? Он за рулём был увлечён телефоном? — Да… — Тогда никаких телефонов. Поехали. Владимир не тронулся с места, обняв меня, и осторожно погладил по голове, прежде чем помог забраться в высокий внедорожник. У Владимира большая квартира. Просто огромная, хорошо обставленная, по последнему слову техники и дизайна. Но какая-то холодная и пустая. Я зябко поёжилась. — В зале включен камин, — Владимир подвёл меня к креслу и подкатил его к камину. — Это лишнее, — сказала я, глядя, как мужчина подкатывает столик на колёсиках, останавливая его сбоку от меня. — Нет. Сейчас позвоню, привезут чего-нибудь перекусить. Владимир позвонил, сделав заказ, и уселся напротив. Его взгляд пробежался по моему лицу. Такой тяжёлый взгляд, который чувствуешь всей своей кожей. — Расскажи, что с бизнесом Славки? — Бизнес? Его, можно сказать, нет. Уже точно нет. Я закрыла все долги. Почти все, — поправила я себя. — Осталось совсем немного. — Немного — это сколько? — спросил Владимир. — Послушай, Владимир. Это не твои заботы. Ты и так очень хорошо мне помог, организовав всё с похоронами. Я бы не смогла… Мой голос начал предательски дрожать. Владимир резко нагнулся, накрыв мои дрожащие пальцы своими горячими ладонями. — Ты не одна, Янина. Тебе не нужно пытаться утащить все проблемы на себе. Лицо Владимира оказалось слишком близко от моего. Если не смотреть на его губы, можно представить, что это Слава… Нет. Не получится. У Славы никогда не было такого говорящего взгляда. Поэтому я осторожно освободила свою руку, обхватив себя за плечи. — Владимир. Ты обещал… — Да, обещал, — резко выпрямился он. — Но тяжело видеть тебя такой. Как будто тебя сломали и собрали кое-как, не заботясь о состоянии. — Меня на самом деле сломало, — грустно усмехаюсь я, думая в первую очередь даже не о Славе, а о неродившемся ребёнке. — Я тебе помогу, Янина. Скажи только, чем именно? Или вернее, как именно можно тебе помочь? Я покачала головой: — Пока никак. — Упрямая чертовка! Но если что-то понадобится, ты всегда можешь обратиться ко мне. Не думая ни о чём, просто попроси или намекни. Я помогу, сделаю всё возможное… Владимир не бросает слов на ветер. Слушая мужскую резкую речь, я уверена, что всё так и будет: он поможет мне, если я попрошу его. — Хорошо, Владимир. Я обращусь к тебе, если мне что-то понадобится. — Может, не будешь обращаться так официально? — морщится Владимир. — Почему? Красивое имя, хорошо звучит… — машинально отвечаю я. — Неужели? Хм… Радует. Владимир поднимается, остановившись около меня, словно собирается что-то сказать или сделать, но его прерывает звонок в дверь: привезли еду. Владимир, как гостеприимный хозяин, разложил еду из картонных упаковок по тарелкам. — Поешь хотя бы немного, Янина. Я начинаю ковырять вилкой в содержимом тарелок только для того, чтобы не расстраивать брата погибшего мужа. Его внимание и забота непривычны. Владимир, скорее всего, тоже делает усилие над собой. Надо сказать спасибо ему хотя бы за это. Я обязана ему многим. Мы… Мы обязаны ему многим. Я и Слава.

Глава 4. Янина

Слава занимал денег у брата на открытие бизнеса. Владимир дал ему не полную сумму, но всё равно очень много. Но Слава всё феерично провалил. И нужно сказать Владимиру спасибо хотя бы за то, что он не требует своих денег обратно. Не только не требует, но и предлагает помочь разобраться с долгами. Аппетит приходит во время еды. Я на самом деле начинаю есть, впервые хорошо ощущая чувство голода. Взгляд Владимира теплеет, когда невесомо касается моего лица. Я порываюсь встать и убрать тарелки после ужина, но Владимир сам загружает грязную посуду в посудомоечную машину и наливает мне бокал белого вина. Я сначала отказываюсь, но потом выпиваю вино, замирая на несколько долгих минут в кресле у камина. Чувствую, что меня начинает клонить в сон, и надо бы встать, поблагодарить за гостеприимство и уйти. Холодный и пустой дом ждёт меня, чтобы накачать тоской и безысходностью. Его стены уже воют от нетерпения, жаждая сжать меня в тисках. Особенно зал… Иногда мне кажется, что в темноте виднеются очертания гроба. Как будто его занесли в дом и оставили там навсегда. — Не торопись никуда, Янина. Так что с домом? Решила продать? — Давай не будем говорить о деньгах. — Разве я сейчас говорю о деньгах? — удивляется Владимир, прогуливаясь по комнате. — Просто спрашиваю о доме и о том, что ты собираешься делать дальше. — Дом надо продать. Я не могу там находиться. Хочу купить квартиру и желательно подальше. — Помочь тебе? — тут же предлагает Владимир. — Володя… — вырывается у меня. Он резко оборачивается на звук моего голоса, жадно всматриваясь в моё лицо. Надо передохнуть и вновь вернуть разговору холодное вежливое обращение, напоминаю я себе. Но что-то уже щёлкнуло, сойдя с места, и навряд ли вернётся обратно. — Не надо, прошу тебя. — Надо будет разговаривать с клиентами, общаться с назойливыми риэлторами. Ездить по городу, искать варианты. Я могу помочь. Пожалуйста? Я молчу. Меня разрывают противоречивые эмоции. Я хочу как можно скорее разделаться с проблемой в виде дома, но понимаю, что за желанием Владимира помочь стоит гораздо большее, чем родственные чувства. И я, и он: мы оба это прекрасно знаем. — На время можешь пожить у меня, — продолжает Владимир. — У тебя? — я, не скрывая сарказма, спрашиваю: — Ты понимаешь, как это будет выглядеть со стороны? — Мы родственники. И я ни слова не сказал о том, что буду жить здесь же. У меня же есть дом, ремонт в нём почти закончен. Я могу жить там, а в квартиру заселить тебя, Янина. Слова Владимира заставляют меня устыдиться своих помыслов. Я чувствую, что к щекам приливает жар. — Нет, спасибо. Не надо, правда. — Хорошо. Тогда давай по-другому. Можно снять квартиру на время, пока я решаю вопрос с продажей твоего дома. Идёт? — Я не должна соглашаться. — Не должна. Но тебе хочется это сделать. Я перевожу дыхание. Иногда мне кажется, что Володя знает меня гораздо лучше, чем я сама. — Ты прав, Владимир. Я просто не могу себя заставить вернуться в дом. Я возвращаюсь, но каждый раз возникает ощущение, будто с меня сдирают кожу живьём. — Тогда надо расстаться с этими стенами как можно скорее, — подводит итог всему Владимир. — Сколько ты реально хочешь за него получить? Создаётся ощущение, что цену ты поставила наобум. Я теряюсь: цифры разлетаются в моей голове. — Не знаю, — честно признаюсь. — Я посмотрела рыночные цены и выставила примерно такую же. Я не очень хорошо разбираюсь в недвижимости. — Я займусь этим, посмотрю, выставлю объявление, найду расторопного риэлтора. Я не обману тебя. Ни единой копейкой. Доверяешь? — Доверяю ли я тебе? — смеюсь горько. — Думаешь, у меня есть веские причины для этого? — Да, прости. Причин нет. Логично и правильно было бы держаться подальше друг от друга. Но в мире так мало правильного, а чувства вообще не поддаются логическим объяснениям. Владимир останавливается напротив. — Пойдём, я покажу тебе спальню. Сегодня ты останешься здесь. А завтра найдём тебе квартиру. — Нет, — начинаю паниковать я. — Всё нормально, Янина. У меня пятикомнатная квартира. Я найду себе другой угол. Владимир говорит, что найдёт себе другой угол, но приводит меня в свою спальню. Там пахнет им: его парфюмом. Разложена куча вещей, рассказывающих о хозяине больше его самого. — Спасибо, правда. Я благодарю Владимира, принимая одежду, потому что у меня с собой нет даже пижамы. Торопливо, словно вор, крадусь после душа обратно в спальню. Мужская футболка пахнет кондиционером после стирки белья. Она кажется очень тёплой, уютной. Видно, что хозяин её часто надевает: футболка разношена и очень-очень мягкая. Я оставляю один из бра включенным, ложась под пуховое одеяло, думая о том, что впервые просто собираюсь лечь и поспать, не терзаясь болезненными воспоминаниями. И я устала, жутко устала. Я чувствую себя столетней старушкой, стоящей на пороге смерти: трагические события подкосили мои силы и уверенность в себе. В голове всплывают строчки из песни: «Весна подарит нам стимулы жить». А я понимаю, что мне самой нужно придумать этот стимул. Внезапно чувствую лёгкое движение со стороны двери. Прекрасно понимаю, что в комнате я уже не одна.

Глава 5. Янина

Владимир обходит огромную двуспальную кровать и внезапно ложится поверх одеяла. В горле становится сухо, как будто самум, ветер пустыни, дыхнул мне в глотку жарким дыханием. Я настораживаюсь. — Не дёргайся, Янина. Я просто… — Просто не стоит, Владимир. — Знаю. И я ничего не делаю. Я просто лежу поверх одеяла. И между нами — вот… Владимир перекатывается на бок и протягивает руку в мою сторону. Кончики мужских пальцев замирают в нескольких сантиметрах от моего лица. — Даже рукой не достать, — усмехается он. — Да. И не надо доставать. Не стоит даже пытаться, прошу. — Прошло очень мало времени, — говорит Владимир. — Потом немного полегчает. Я прикусываю губу, не зная, что ответить на эти заверения будущего счастья. От них веет солнечным теплом, а мне кажется, что я увязла в иле на дне глубокого озера, куда не проникают лучи солнца. — Для тебя мир летит в тартарары, а я не могу думать ни о чём другом, кроме того, что мне до безумия нравится жена погибшего брата, — тяжело вздыхает Владимир. — И это плохо. Аморально, порицательно, отталкивающе. Да как угодно, только не хорошо. Но это же есть. И ты об этом знаешь. — Знаю. — Нам было хорошо вдвоём. Тогда… Владимир разглядывает меня, не таясь. В зрачках отсвечивает огонёк настенного бра, дрожит и пляшет от малейших движений головы. — Да, ровно до того момента, как я узнала, что ты — это ты. Это было гнусно и подло с твоей стороны, Владимир. И лучше не напоминай мне о том происшествии. Потому что больше всего мне хочется убежать. — Не надо, — просит Владимир. — Но теперь ты знаешь, что я до сих пор к тебе чувствую влечение. Это была лучшая ночь в моей жизни. Долгое молчание вновь прерывается. — В последнее время вы ругались со Славой. Он знал, что мы с тобой переспали? — Нет, — обрываю я его. — Не знал. И теперь уже никогда не узнает. Ругались мы не из-за этого. Хватало многих других мелочей, досадных и назойливых. Но потом всё наладилось. Благодаря беременности. Новость о том, что я беременна, примирила меня и Славу, до этого ссорящихся по всяким мелочам. Мы по-разному смотрели на многие вещи, а иногда беззаботность Славы меня выводила из себя. Он жил легко, затевал планы один другого грандиознее, начинал, бросал, хватался за что-то другое и шёл дальше… — А ты часто думаешь о том, что было между нами? — продолжает допытываться Владимир. — Нет, — мгновенно отвечаю я. И в этот момент я безбожно вру. Вру уверенным и резким тоном. Владимир лежит на кровати ещё некоторое время и, пожелав мне спокойной ночи, уходит. Я нагло соврала ему о том, что не думала о прошлом. О той единственной ночи, что мы провели вдвоём. Я думала об этом гораздо чаще, чем следовало. Потому что меня это возмутило до глубины души. Владимир меня вывел на предельный уровень эмоций. Тогда мне казалось, что ещё немного — и я буду готова его убить. Когда увидела, что со мной был не Ярослав, а Владимир…

Глава 6. Янина

 

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Купить на ЛитРес →

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY