«Жертва (СИ)»

— Слышишь, Люций, — она склонилась ниже, к кругу, в голосе проскользнуло что-то похожее на мольбу, — я не грешила и должна попасть в Рай. Но я обещаю свою душу тебе, если спасешь ее.

Она положила руку на одеяльце и ласково провела по нему, пачкая его и лицо малышки в крови из незаживающей раны.

— Люций!

Она замерла в ожидании. Надежда медленно таяла.

Но вдруг все звуки исчезли, казалось, время замедлило свой ход. И тут возник он. Вот так просто, даже воздух не шелохнулся.

— Ты права, ведьма, я был здесь, — демон стоял, уперев руки в бёдра, всё такой же полувидимый, полуреальный. На нем был разноцветный клоунский костюм, лицо разрисовано гримом, смотрящимся жутко в сочетании с черными, словно сама бездна, глазами. В них не было жизни, не было сочувствия или любви.

«Мертвые», — подумала Амалия, увидев его впервые.

— Ты просишь ее о спасении, — он кивнул на спящую девочку, — но я не понимаю зачем. Они не успокоятся, пока не перебьют вас всех. Будут преследовать, пока не увидят смерть каждого из вас.

Сложив за спиной руки, демон, словно акула, стал бродить по кругу, не сводя с малютки внимательного взгляда. Казалось, в его глазах впервые разгоралось что-то похожее на интерес.

— Девочка с самого начала была мертвой. Как и ты, как и все твои соплеменники.

— Она моя дочь. И я хочу, чтобы ты спас ее, — твердо заявила Амалия, бесконечно обрадованная, что он все-таки пришел. — Пожалуйста, Люций.

— От этих вот? — он обернулся в сторону появившихся вдалеке охотников. — Тяжёлая работа, и ты знаешь это, женщина. Они запечатали даже естественные порталы, ведущие в Ад. Не навсегда, конечно, для этого они слишком слабы и самоуверенны. Здесь я не более чем одинокий человек. Вот разве что увидеть меня сложнее, — усмехнулся он, растягивая в жуткой улыбке перепачканные краской губы.