«Тихое баронство»

Глава 1. Грустный праздник

Стаху Тихому уже не раз приходилось убивать. Но сейчас, когда на него, в его же башне, благожелательно смотрит волшебница, специализирующаяся на акушерстве, и по-деловому выясняет, не желает ли он смерти своей супруге, ждущей ребёнка, барону становится как-то совсем не по себе.

По-своему поняв молчание Стаха, женщина поспешила заверить:

— Да, если не предпринять меры, первый крик ребёнка совпадёт с последним стоном его матери. Я приму любое ваше решение, но рождение волшебника, впоследствии могущим стать минимум магистром магии, по многим причинам предпочтительней жизни выносившей его простолюдинки.

Голосом барона можно было резать стекло:

— Проводите ритуал! Жизнь конкубины мне не менее дорога, чем жизнь будущего сына. Даже если ребёнок родится просто одарённым, он всё равно будет мне дорог. И ещё… Такой же ритуал, скорее всего, потребуется и другой женщине.

Дела житейские

Глядя на закрывшуюся за акушеркой дверь, думаю: То ли я чего-то не понимаю, то ли меня вновь проверяют. Как вам предложение убить Мимику, ради того, чтобы родился ребёнок с сильным магическим даром? Точнее сказать, дар уже есть и настолько сильный, что женщина, пусть одарённая, но не из старого магического рода, без нужной наследственности, сможет его выносить лишь ценой собственной жизни.

Альтернатива имеется, даже совсем несложная — провести ритуал и ограничить дар младенца. Это усилить невозможно, а убрать легко. В результате и мама, и малыш живы — здоровы, но о будущем сильном волшебнике забудьте. По мне так нормальный результат — многие живут без магии и, поверьте, неплохо живут.

В общем, категорически отказываюсь убивать конкубину, и лишь тогда узнаю, что без отсечения дара три четверти детей умирают вместе с матерью.

Сам не пойму, как не убил эту тётку. Видимо, она что-то прочитала в моих глазах, быстро свернула разговор, пообещала срочно подготовить ритуал и сбежала из кабинета.

Микаэлу сохранил, но моего ребёнка носит ещё и Лаура. Ей тоже потребуется ритуал, а как его провести? Ладно, женщина далеко, так ведь и слишком высоко сидит. Ей даже письмо передать сложно, а коли передашь, послание наверняка прочитают посторонние. Впрочем, время есть — день зачатия случился на месяц позже, чем у Мимики.