«Дары данайца»

Chigis

Дары данайца

Глава 1

С нулевого уровня

Никакого яркого света в глаза — пасмурно, ветрено, неуютно. Сзади, скрипнув, хлопнула старая обшарпанная дверь, отделяя семь лет неволи от новой жизни. Вот и сбылась мечта идиота — свобода! Свобода, которую ждал, и которой боялся. Ждал, не мог не ждать, ибо рожденный свободным, плохо переносит неволю. Вот только не надо мне лить в уши философские рассуждение вроде тех, что, мол, все зависит от точки зрения. Нравится жить под принуждением? Живите — я вам не судья, чтоб ему всю жизнь о смерти мечтать, а мне лучше своим умом, хоть и с некоторыми ограничениями. Теперь, почему я боялся того к чему стремился всей душой? Да потому, что за это время многое изменилось и забылось, да и резкий переход от одного состояния к другому сильнейший стресс. Как оно получится снова вписаться в реалии, тем более никто меня не ждет, и помогать не спешит. Добить, это пожалуйста, есть желающие, первое время даже пытались заказать, чтобы прямо в колонии оприходовать, но то ли не договорились, то ли банально "развели" заказчиков. Мне о заказе стало известно, когда и с меня хотели стребовать, чтобы перекупил заказ, но я только пожал плечами, нищ как церковная мышь, а и были бы деньги, все одно бы не отдал, никто же после этого не помешает честно исполнить заказ.

Порыв ветра подхватил с обочины пыль и бросил ее мне в лицо. Да уж, не слишком приветливо. Хм, что я там говорил о точке зрения, будем считать это издержками ветра свободы, он ведь не обязан быть ласковым и теплым. Запахнув получше куртку, наклонил голову, чтобы меньше пыли летело в глаза, и потрусил в сторону ближайшей остановки автобуса — место моего последнего содержания находилось не в центре города. Автобус пришлось дожидаться часа полтора, оказывается в это время у транспортников перерыв, ведь здесь ходит не городской транспорт — развозят народ до садоводств, кои расплодились еще во времена развитого социализма в неимоверном количестве, вот мне и посчастливилось отдохнуть лишний раз и подумать о смысле жизни. Несколько раз рядом с остановкой притормаживали проходящие машины и предлагали подвезти, но приходилось отказываться, верить в бескорыстную помощь меня отучили еще до событий, круто изменивших мою жизнь, а начинать с конфликта в первый же день своего освобождения не хотелось. Денег у меня при скромных тратах максимум на две недели, за это время я должен найти источник дохода, именно источник, так как устроиться на нормальную работу с таким недавним "прошлым" мне не светит. Вернее работу найти можно, а вот зарплату к ней уже несбыточная мечта, да и не получится ничего пока с работой, негде мне в родном городе жить, все, что было до, растворилось в небытие времени. Единственно на что я могу рассчитывать, это скромный летний домик в садоводстве, в двадцати километрах от города прямо с противоположной стороны от того места где я сейчас находился, по непонятной причине обойденный вниманием нашими законниками. Так и или иначе, но путь мне сегодня предстоит прямо туда, пытаться искать жилье в жилом муравейнике пока не самая здравая идея.

Участок выглядел неприглядно, покосившийся от времени забор, заросли бурьяна и с большими трудами открывающаяся калитка. Искать ключ от двери домика не пришлось, замок был выдран грубо, с мясом, а чтобы потом дверь не хлопала на ветру, подперли ее старым трухлявым поленом. Естественно, "доброжелатели" вынесли в неизвестном направлении все, за что могли заплатить хоть малейшую наличность. Догадываюсь, кто именно это мог быть, но как я уже говорил сегодня разборки мне эти ни к чему, а вот с долгами разбираться придется, так что после небольшого обследования отправился к председателю садоводства, или как оно там сейчас называется.

— Освободился? — Неприветливо буркнула Сергеевна и распахнула шире дверь. — Ну, проходи, коль пришел.

Вот сколько лет прошло, а характер у председателя садоводства ничуть не изменился, все так же считает себя офигенно востребованной и все так же смотрит на других свысока. А вот то, что она попытается сейчас с меня поиметь все что можно и нельзя, это без вариантов, такой она человек, хватательные рефлексы у нее развиты с рождения и только смерть избавит ее от этого. Поэтому за жизнь с ней говорить не стал, сходу обозначил свое желание зафиксировать факт надругательства над своей недвижимостью, и потом полчаса переругивался, требуя немедленно идти составлять акт осмотра. Знала ли председатель о взломе? Конечно знала, поэтому и не хотела идти, пыталась под всякими предлогами послать меня далеко и надолго, но выбора то у меня все равно нет, стоит сегодня дать слабину и потом уже ничего никому не докажешь. Так что спустя два часа правление в количестве трех человек было вынуждено составить акт осмотра повреждений недвижимого имущества и подтвердить факт кражи имущества движимого. Даже заставил вписать шланг, через который у меня осуществлялся отбор воды от общей сети садоводства, что вызвало у всех недоумение и даже смешки. Ага, смейтесь, смейтесь, как бы потом плакать не пришлось.

— Долги когда закроешь? — Поинтересовалась Сергеевна, отдавая мне, подписанный всеми и зафиксированный круглой печатью экземпляр акта.

— Долги? — Я сделал удивленный вид. — Ну, долги отдавать это святое, если они есть, конечно. Вы пока сделайте расчет, а потом посмотрим, когда получится закрыть.

— А чего там смотреть? — Сходу насупилась председатель. — Есть утвержденные правлением начисления, платим с сотки, так что смотри, не смотри, а платить все одно придется.

— Ну, придется, так придется, — пожал в ответ плечами, — но детальный расчет тоже нужен, надо же знать за какие грехи расплачиваться. Завтра после обеда подойду, там и разберемся.

Можно было бы и сегодня с Сергеевны наглость сбить, да сил уже нет, день трудный получился, а мне еще поесть приготовить надо, да на ночь как-нибудь обустроиться. Так как домик "обносили" алкаши по ночам, то двух захоронок, сделанных как раз на такой случай, заметить не смогли, много туда на самом деле не спрячешь, но кое-что осталось. Продукты за семь лет естественно стали несъедобными, но зато минимальный набор посуды сохранился, да и маленькая плитка с газовым фонарем тоже пришлась кстати — после замены электроснабжения в садоводстве лет пять назад, домик подключать в отсутствии хозяина не стали. На днях надо будет озаботиться приобретением электросчетчика, без электричества тут совсем грустно, да и с баней тоже нужно что-то решать, печку оттуда также стащили. После того как основательно подкрепился кашей, благо газовые баллончики сохранились в идеальном состоянии, занялся обустройством постели. Кровать грабителям не приглянулась, еще бы, вытащить ее без разборки тяжело, а ценности она никакой не представляет, матрас достал с чердака бани, он у меня там находился в качестве дополнительного утепления потолка, оттуда же достал и две подушки. Не то чтобы этот комплект выглядел хорошо, но и не такой уж отстой, сойдет перекантоваться на первое время, а потом посмотрим. Чистое постельное белье у меня тоже хранилось так, чтобы его не могли обнаружить сразу, поэтому на ночь я устроился как белый человек, правда дополнительно пришлось утепляться старым тулупом из козла, оно и понятно, домик холодный, а на дворе не Май месяц, середина апреля.

Нас утро встречает прохладой! Нет, не так чтобы уж очень прохладно, но и хорошего мало, плюс пять не способствует равномерному загару, поэтому водичку для бритья пришлось подогревать дополнительно. Дальше забота о хлебе насущном, и неспешный, вдумчивый обход владений, как бы мне не хотелось, а участок надо продавать. И кто его в таком состоянии купит за нормальную цену? Следовательно, придется хорошо потрудиться: очистить землю от многолетнего бурьяна, обиходить выжившие кусты смородины и крыжовника, обозначить дорожки, грядки…, короче сделать из навоза конфетку. Кстати, с удобрениями у меня вряд ли получится — денег нет, и в ближайшее время вряд ли будут, поэтому надо искать альтернативный путь повышения плодородия почвы. Хотя, если подумать, семилетний отдых земли должен хорошо сказаться на урожайности. Домик тоже надо кое-где подправить и подкрасить, а то слишком уж он мрачно смотрится.

— Так, что у нас здесь? — Берусь внимательно изучать подготовленную для меня справку о задолженности по платежам. Спустя пять минут понимаю, что наша председатель как всегда верна своему годами наработанному имиджу. — Нет, так не пойдет. Участок зарастал без хозяина семь лет, а ты расчеты ведешь как будто все эти годы там кто-то жил.

— Так, а мне-то, какое до этого дело? — Тут же возражает Сергеевна. — На правлении решили платить с сотки, а как там она используется, меня не касается.

— Вот именно, ты правильно говоришь — "Используется". А мои сотки никак не использовались, по причине объективного отсутствия владельца. — Тут же нахожу возражение.

— И кого это волнует, — ухмыляется председатель, — сам виноват.

— Виноват или не виноват — суд решил, а что не мог пользоваться личными сотками не по своей воле — факт. А раз землей не пользовались, значит и многих затрат, которые ты сюда вписала не должно быть.

— А что тебя не устраивает?

— Ну, вот к примеру, ты указываешь затраты на воду, но воды на моем участке не было.

— А мне это откуда известно? — Подпрыгивает Сергеевна. — Может у тебя там кран подтекает.

— Какой к черту кран? — Приходится мне повышать голос. — Ты вчера в акт вписала, что нет там никаких кранов, и вообще участок к воде не подключен.

Председатель замирает с открытым ртом, теперь до нее доходит, зачем я настаивал на включение в акт кражи сантехнических приспособлений.

— И все затраты на электричество тоже надо будет убрать, вы даже провода к домику не протянули. — Добавляю вдогон.