«Проводник душ»

Андрей Красников

Темные боги

Проводник душ

— Ты хочешь обрести величие?

Я оторвал взгляд от неряшливо исписанного листка бумаги, уставился на сидевшую передо мной женщину и осторожно переспросил:

— Извините?

Собеседница поджала губы, а затем едва заметно покачала головой:

— Мне интересно, Воронцов, ты хочешь получить зачет или нет?

— Да, конечно.

— Тогда попробуй ответить на мой вопрос.

— Да, сейчас…

К сожалению, лекцию, во время которой объяснялись схемы расстановки знаков на топографических картах, я пропустил. А выучить эту абсолютно бесполезную по меркам современного мира информацию в рамках подготовки к экзамену не позволила банальная лень.

— Ну, здесь… э…

— Ясно. В таком случае жду тебя на пересдаче. Следующий!

Мое место заняла смутно знакомая девушка из параллельной группы, а я вышел из аудитории, оказавшись в набитом сокурсниками коридоре.

— Сильно валит? Лысый говорил, она сегодня злая, как урюпинский бомж.

— Билет неудачный вытащил. Тупо мимо кассы все.

— Счастливчик ты, Макс.

— Не то слово.

Кое-как отвязавшись от любопытных товарищей, я спустился на первый этаж, купил в буфете две слойки с ветчиной, после чего миновал проходную и направился в университетский сквер.

Вокруг царила весна. Омытая утренним дождем трава сияла всеми оттенками зеленого цвета, в воздухе витал тонкий аромат распустившейся сирени, а из ближайших кустов доносилось радостное воробьиное чириканье. Рядом с облюбованной мною скамейкой было еще оживленнее — прямо у моих ног деловито крутились два упитанных оранжево-черных шмеля и невзрачная бабочка.

Отогнав чересчур любопытное насекомое, я стряхнул с колен крошки, поморщился и начал рассматривать проходивших мимо девушек. К сожалению, это занятие не принесло ожидаемой радости — новый «хвост» говорил о том, что ближайшие пару недель мне придется провести в общежитии, копаясь в потертых учебниках и выцеживая дефицитную информацию из сети. С другой стороны, можно было одолжить пару конспектов, дополнить их собственными воспоминаниями, положиться на удачу…

— …тоже закрыла сессию, — донесся до меня чей-то звонкий и радостный голос. — Теперь мы обретем величие и станем…

Я недоуменно вскинул голову, прислушался, но болтавшая с подругами студентка уже миновала сквер и скрылась за углом здания, оставив после себя едва уловимый флер клубничного парфюма.

— Эй, Макс, чего затаился? Домой идешь?

— Да, иду…

Как выяснилось спустя несколько минут, мой сосед по комнате успешно сдал последний экзамен и теперь его буквально распирало от счастья и нездорового энтузиазма. Это серьезно действовало на нервы.

— Алиска вечером в гости зовет. Днюха, все дела. Пойдешь? Если пойдешь, с тебя бутылка.

— Наверное, нет.

— Не вешай нос, иначе что-нибудь другое тоже повиснет. А это для будущего солдата нашей доблестной армии просто неприемлемо!

— Офигенная шутка, Дэн. Восхищен твоим гениальным чувством юмора.

— Забей ты на эту картографию, — сменил тон собеседник. — Все ее сдают, рано или поздно. Время есть.

— У меня еще геофизика висит.

— Тут да, тут учить надо…

В общежитии нас встретил традиционный бардак, сидящий на столе и меланхолично шевелящий длинными усами таракан, а также включенный телевизор.

— За последние месяцы в Москве и Подмосковье пропали без вести больше двадцати тысяч человек, — сообщила одетая в строгий костюм ведущая, пристально рассматривая меня сквозь пыльный экран. — Большинство из них уже найдены, однако примерно две тысячи остаются в розыске. Все эти люди обрели величие и стали…

— Какого черта?

— В смысле? — рассматривавший мятую рубашку сосед удивленно обернулся. — Ты о чем?

— Слышал, что она сказала?

— Какую-то фигню о пропавших без вести. А что?

— Ничего, забей.

В течение следующего часа я внимательно прислушивался к телевизору, доносящимся из общего холла разговорам и даже собственным мыслям, но ничего подозрительного так и не заметил. Все шло своим чередом, зацепившее меня словечко никто не повторял, копошившийся в дальнем углу комнаты Денис вызывал ровно столько же раздражения, сколько и прежде…

— За чипсами пойду, — внезапно заявил сосед, направляясь к двери. — Тебе взять что-нибудь?

— Нет, спасибо. На тренировку пора.

— Про Алису не забудь. В десять вечера.

— Да не собираюсь я к ней, отвянь…

Тренировка стала еще одним испытанием — из-за проваленного зачета мои мысли витали где-то очень далеко, тренер быстро это заметил, а поскольку я ходил на его занятия всего два месяца, то не получил никакого снисхождения. Расплата за недостаточную концентрацию оказалась мгновенной.

— Ты здесь отдохнуть решил?

— Нет, Игорь Алексеевич, мне…

— Скакалка, десять минут. Пошел!

Разумеется, я выдохся гораздо раньше. Благодаря чему навлек на себя еще больший гнев учителя.

— Ты зачем сюда ходишь? Для галочки?

— Тогда спарринг. Карим, выбей-ка из него лишнюю дурь.

Поединок с лучшим бойцом школы имел чрезвычайно мало смысла — Карим занимался смешанными единоборствами с самого детства, являлся призером нескольких региональных соревнований и я на его фоне выглядел обычной грушей для битья. Но включать заднюю передачу, отказываться от схватки или сдаваться раньше времени было нельзя.

— Давай, Макс, — донесся из-за спины чей-то ободряющий возглас. — Главное, за ногами следи!

Все закончилось очень быстро. Хорошо понимая, с кем имеет дело, Карим рванулся вперед, я попытался встретить его коленом, но опоздал, пропустил захват и был опрокинут на спину. В следующую секунду голова загудела от тяжелого удара, перед глазами вспыхнули крохотные огоньки…

— Брейк, — послышался резкий голос тренера. — Хватит!

— Вставай, брат, — ловко вскочив на ноги, бородатый здоровяк добродушно улыбнулся и протянул мне руку: — Не сердись на Алексеича, он хорошему учит. Просто долго надо. У тебя хорошо получается.

— Ты здесь не для того, чтобы дохлой амебой ползать вокруг штанги, — вмешался в наш задушевный разговор наставник. — Ты здесь для того, чтобы стать мужчиной и обрести величие. Поэтому…

— Стойте, стойте! Тренер, что вы только что сказали?

— Я сказал, что ты пришел сюда не для того, чтобы беременной амебой ползать вокруг штанги. Ты пришел, чтобы стать нормальным мужиком, который может защитить себя и близких. Если это не так, выметайся прямо сейчас.

— А дословно? Про величие?

— Какое еще величие? Карим, ты ему не слишком сильно по башке настучал?

— Совсем аккуратно, тренер.

— Надеюсь. Так, парень, иди-ка ты на тренажеры. Если начнет тошнить — говори сразу же, не строй из себя героя.

Когда тренировка закончилась и я снова оказался на улице, вокруг успели сгуститься длинные вечерние тени. Впрочем, их наличие никак не мешало столичным обитателям радоваться жизни — из расположенного неподалеку парка доносилась музыка и веселый детский смех, устроившийся посреди тротуара торговец демонстрировал растрепанному мужику букет полевых цветов, рядом с ними увлеченно грыз мороженное толстый мальчишка…

Чувствуя, что пока не готов к возвращению в общежитие, я перешел дорогу, свернул на идущую параллельно парку аллею, а затем принялся гулять по ней взад-вперед, думая о непонятно откуда взявшихся слуховых галлюцинациях. То, что это были именно галлюцинации, не вызывало сомнений — вряд ли моя преподавательница, тренер и диктор новостного канала стали бы использовать одни и те же фразы. А вот из-за чего они вообще появились у меня в голове, вызывало определенные вопросы.

— Переутомление, — рассеянно пробормотал я, изучая крупный цветок редкой в наших краях сакуры. — Или реально мозги отбили?

Мимо прошел полицейский, смеривший меня долгим оценивающим взглядом, но воздержавшийся от каких-либо комментариев. Аллея в очередной раз опустела.

— Хочу ли я обрести величие… идиотский вопрос. Ну да, хочу. И что?

Звуки города неожиданно отдалились, превратившись в тихий шелест, быстро меркнущий где-то на краю сознания. Мир подернулся неопрятной серой пеленой, в которой начали растворяться привычные контуры и формы. Возникло чувство падения, полета сквозь бесконечность… а затем все неожиданно и резко оборвалось.

— Какого черта…

Я стоял посреди огромного темного зала. Справа и слева возвышались гладкие ребристые колонны, уходящие к далекому потолку и теряющиеся там в непроглядном сумраке. Впереди маячили исполинские статуи каких-то неизвестных мне деятелей. У стен виднелись аккуратные круглые жаровни — наполненные горящими углями и разбрасывавшие во все стороны блики неверного трепещущего света.

Вокруг меня стояли одетые в непонятную одежду люди. Целая толпа людей.

— Тарха нос лотар? — поинтересовался щеголявший меховой безрукавкой громила, внимательно рассматривая мой собственный наряд. — Тарха никта шанхан эс?

— Не понимаю, — я рефлекторно отодвинулся в сторону и наткнулся на худощавую пожилую женщину в строгом черном платье. — Извините.

— Тарха нио?

— Альбиэль силли чью, — брезгливо произнесла женщина, кривя тонкие губы. — Силли чью.

— Простите…

— Тарха нос вейч. Эс никта.

— Не понимаю…