«Начало пути»

Вильгельм Фог

Начало пути

О, эти глаза. Глаза бога, не иначе. Только вот откуда они появились у смертного? Как так вышло, что на наш мир этими глазами смотрит обычный мальчонка? И как он выжил в том аду, в который превратилась наша некогда прекрасная планета Земля? Неужто из-за этих самых глаз?..

Я сидел на спине крылатого монстра и, распахнув в стороны руки, радовался дующим в лицо потокам ветра. Вскочив в восходящий поток, Лаэндел весело зарычал и на безумных скоростях взмыл к облакам. А там, застыв в бреющем полете, восторженно крикнул и повернул в мою сторону усыпанную шипами голову. Встретившись взглядом со всеми пятью его озорными глазами, я поднял в стороны до этого крепко сжимающие его шерсть руки и расслабленно выпрямился. Такие пируэты мы с моим другом детства проделывали уже не раз, а потому наученное горьким опытом тело уже давно действовало на автомате. Вот и в этот раз, стоило и в спину, и в лицо ударить мощным потокам ветра, как тело вжалось в покрытую пушистой чешуей спину Лаэндела, а руки крепко обхватили его толстую шею.

Привычно оглядывая простирающуюся под нами землю, я умиротворенно сидел на спине друга и отсчитывал секунды до рассвета. Но на этот раз Лаэндел решил устроить мне сюрприз. И когда из-за горизонта показались первые лучи солнца, он предвкушающе заклекотал и сложил крылья. Мы стрелой устремились к земле. Вместе с громким криком из легких вырвался весь воздух, но его место тут же занял другой, насыщенный утренней росой и запахами трав. Буквально в последний момент, в метре от земли, Лаэндел резко распахнул большие кожистые крылья, и нас подорвало вверх. Крылатый монстр опять перешел на бреющий полет, давая мне возможность насладиться открывшимся видом. А был он просто умопомрачительным.

Медленно поднимающееся по небосклону солнце, чей край пока только-только показался из-за горизонта, окрашивало все вокруг в мягкие оранжевые цвета. Его лучи золотились на диких колосьях пшеницы, коими были устланы все ближайшие поля. Ветер ласково колыхал их, гоняя по неровной территории поля волны и придавая тем самым открывшейся картине некой торжественности. Мы любовались этим видом до тех пор, пока солнце полностью не проявилось над горизонтом и не пришло время нашего расставания. О моей дружбе с этим существом не знал, и не должен был узнать, никто. Ведь такие существа как он, считались нашим видом врагами. Да и не только нашим.