Макс «проснулся» в своей комнате. Возвращение, как всегда, отозвалось сильной пульсирующей болью в правом виске. Игрок коснулся пальцами круглого, в полтора сантиметра диаметром, пухлого диска у себя над ухом, и отнял его от кожи. Обнажилось крошечное, обрамлённое металлом отверстие разъёма, которое Макс тут же по привычке прикрыл волосами. Диск, аккуратно протёртый мягкой тряпочкой, отправился в пластиковую коробочку на полупустом столе.
Макс нажал на центр столешницы, и та засветилась, приветствуя хозяина водоворотом бирюзовых искр. Следующее нажатие — на ярлык с надписью «PS», и ещё одно — на папку. Тут же открылся огромный, в тысячи картинок, фотоальбом, но его тут же заслонил подгрузившийся редактор.
Вскоре Макс смотрел на другого себя, что стоял, облокотившись на перила моста. Отличный задний план: закатное солнце играет бликами на воде и золотит крыши зданий — не то позднего средневековья, не то раннего Возрождения; но совсем не чернит кадр, как иногда бывает, если сфотографироваться напротив источника света... Гиперреалистичная улица, не отличишь от настоящей. Только вот дуэлянты эти, оба в мантиях, джедаи недоделанные! Один завис в прыжке с какой-то бандурой в руках, из которой хлещет пламя, что твоя файер мэджик, другой инстинктивно закрывается руками — за секунду до того, как превратиться в гору головёшек. На следующем кадре второго бойца уже не было, только торжествующий недоджедай с огнемётом на куче пепла.
— Просил же его, чтоб без дуэлянтов сфотал, — пробормотал Макс, обрезая скриншот. Жаль, кадр и вправду был хорош. Слева — огонь в сумеречном полумраке улицы, справа — солнце. Равновесие.
Следующий шаг Макс отдал на откуп нейросети. Та заменила фейс его персонажа Орфеуса на истинное лицо Макса, собранное с множества живых фотографий. Ведь виртуальный двойник, хоть и был весьма похож на геймера, всё же неуловимо отличался, «слепленный покрасивше»: разрез глаз, ширина скул... Миллиметры, но они решают. А когда дело было сделано, на фотографии стоял Макс, как настоящий.
Парень отодвинулся от стола, изучая творение рук своих издалека, как художник картину. Вроде всё гладко, можно и отправлять.
Дилин-дин-дин. Входящий звонок.
На экране появилось узкое лицо матери на фоне бамбуковой стены с пришпиленными розовыми цветочками.
— Привет, — сказала она, спуская чёрные очки на кончик носа. — Всё ещё Амстердам?
Комментарии к книге «Вендетта», Мерлин Маркелл
Всего 0 комментариев