«Рекордсмены запрещенного советского кино (1951-1991) в зеркале кинокритики зрительских мнений»

Александр Федоров

Рекордсмены запрещенного советского кино (1951–1991) в зеркале кинокритики зрительских мнений

В монографии дается широкая панорама мнений киноведов, кинокритиков и зрителей о полнометражных игровых советских фильмах (1951–1991), которые были на длительные сроки (свыше пяти лет) запрещены к показу в кинотеатрах и по телевидению или остановленные еще в процессе съемок.

Выбор именно такого временного интервала (1951–1991) был обусловлен тем, что в 1995 году была опубликована книга киноведов Евгения Марголита и Вячеслава Шмырова «Из'ятое кино», в которой дана широкая панорама запрещенных и утраченных советских фильмов 1920-х — 1940-х годов (Марголит, Шмыров, 1995).

Отдельные части текста книги «Рекордсмены запрещенного советского кино (1951–1991) в зеркале кинокритики зрительских мнений» были предварительно апробированы на платформах Яндекса, порталов «Кинопресса. ру», «Кино-театр. ру» и «Пикабу. ру», на Facebook (где автор нередко получал дельные поправки и замечания; в частности, я благодарю за конструктивные замечания Сергея Кудрявцева и Игоря Аркадьева).

К сожалению, доступны прокатные данные не по всем советским игровым фильмам, поэтому у кинофильмов количество зрителей за первый год демонстрации указано не во всех случаях. Число миллионов зрителей за первый год кинопроката (в среднем на одну серию, если их было несколько) приводится, согласно ряду источников (Беленький, 2019; За успех! 1967; 1968; Кудрявцев, 1998; Землянухин, Сегида, 1996; Фуриков, 1990; Что смотрят зрители, 1987; 1988; 1989 и др.).

В качестве иллюстраций мнений зрительской аудитории о тех или иных фильмах в книге использованы фрагменты зрительских отзывов на порталах «Кино-театр. ру», «Кинопоиск» и др.

В книгу включены только полнометражные игровые фильмы, так как запрещенные советские короткометражные (например, «Званый ужин» Фридриха Эрмлера, «Входящая в море» Леонида Осыки, «Ангел» Андрея Смирнова, «Родина электричества» Ларисы Шепитько), анимационные, документальные фильмы — тема отдельного разговора…

Я не стал также включать в данное издание и полнометражные игровые фильмы, поначалу вышедшие в широкий прокат, но затем по разным причинам (изменения политической и иной конъюнктуры, чиновничий волюнтаризм, эмиграция режиссеров или исполнителей главных ролей и пр.) были сняты с экранов («Серебристая пыль» Абрама Роома, «49 дней», «Лебедев против Лебедева» Генриха Габая и др.).

Исходя из критериев реального выхода на советские экраны 1950-х -1970-х пришлось отказаться от включения в книгу таких фильмов, как «Человек ниоткуда», «Тридцать три», «Источник», «Последний жулик», «Короткие встречи», «Мальчик и девочка», «Похождения зубного врача», «Асино счастье» («История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж»), «Первороссияне», «Да будет жизнь! — Ave, vita!», «Дорога домой», «Мы и наши горы», «Держись за облака», «Иванов катер», «Долгие проводы», «Любить», «Среди серых камней», «Цвет гранта», «Мольба», «Осень», «Зеркало», «Сталкер», «Три дня знойного лета» и др., которые, пусть и вторым-третьим экраном (нередко малым тиражом и на недолгий срок), но все-таки были выпущены в кинопрокат.

Не вошли в книгу и такие этапные для советского кинематографа фильмы, как «Мне двадцать лет» (1962, кинопрокат — 1965) и «Андрей Рублев» (1966, кинопрокат — 1971), «Мой друг Иван Лапшин» (1982, кинопрокат — 1985), «Покаяние» (1984, кинопрокат — 1987), вышедшие на экраны спустя 3–5 лет после их съемок.

Список выбранных фильмов — рекордсменов «полки» — составлен, исходя из того, что они были недоступны зрителям свыше пяти лет (нередко такого рода запреты длился и в течение двух десятилетий).

В ходе написания этой книги выяснилось, что иногда устоявшаяся вроде бы информация о тотальном запрещении того или иного советского фильма на поверку оказалась ложной.

Так во многих источниках (Википедия, порталы «Кино-театр. ру», «Кинопоиск» и др.) до сих пор утверждается, что драма Киры Муратовой «Долгие проводы» (1971) на всесоюзный экран не выходила, так как была запрещена и пролежала на «полке» до перестроечного 1987 года. Аналогичная информация содержится даже в таких авторитетных изданиях, как «Свое кино» (Кудрявцев, 1998: 55), «Домашняя синематека.

Отечественное кино 1918–1996» (Землянухин, Сегида, 1996: 127), «Кино России. Режиссерская энциклопедия» (Кино России…, 2010: 330).

Однако это не так. Вот что пишет по этому поводу автор сценария «Долгий проводов» Наталья Рязанцева: «картина вышла небольшим количеством копий. Благодаря Герасимову. А потом ее вдруг по всем кинотеатрам в приказном порядке сняли с экрана. Она недолго шла. Копий было больше пятисот» (Рязанцева, 2008).

Однако «Долгие проводы», по-видимому, были в прокате 1971 года не день-два, а куда более длительный срок, так как в результате анкетирования читателей журнала «Советский экран» эта картина Киры Муратовой была признана худшим фильмом года: 27,3 % из видевших его зрителей признали его плохим, 7,3 % — слабым, 30,9 % — посредственным, 21,8 % — хорошим и только 7,2 % — отличным (Конкурс-71. Итоги, 1972: 19).

Таким образом, «Долгие проводы» в советском кинопрокате 1971 года были, причем отпечатанные не таким уже маленьким тиражом — свыше 500 копий (кстати, в справочнике «Домашняя синематека. Отечественное кино 1918–1996» отмечается, что тираж у этой картины был 535 копий, но при этом, как уже указано мною выше, ошибочно утверждается, что, несмотря на это, фильм в прокат в 1970-х не выходил) (Землянухин, Сегида, 1996: 127).

А ведь тираж в 500–535 копий вполне соизмерим с тиражными показателями таких известных фильмов, как «Нежность» Эльёра Ишмухамедова (508 копий и 9,3 млн. зрителей за первый год демонстрации в кинотеатрах), «Девочка и эхо» Арунаса Жебрюнаса (501 копия и 5,8 млн. зрителей), «Я родом из детства» Виктора Турова (504 копий и 7,6 млн. зрителей), «Мне 20 лет» Марлена Хуциева (535 копий и 8,8 млн. зрителей на серию), «Синяя тетрадь» Льва Кулиджанова (483 копии и 8,5 млн. зрителей), «Сюжет для небольшого рассказа» Сергея Юткевича (420 копий и 8,1 млн. зрителей), «Степь» Сергея Бондарчука (552 копии и 3,2 млн. зрителей на серию), «Не болит голова у дятла» Динары Асановой (544 копии и 6,6 млн. зрителей), «Полёты во сне и наяву» Романа Балаяна (502 копии и 6,4 млн. зрителей), «Охота на лис» Вадима Абдрашитова (499 копий и 5,9 млн. зрителей), «Валентина» Глеба Панфилова (496 копий и 5,4 млн. зрителей), «Голос» Ильи Авербаха (533 копии и 2,3 млн. зрителей).

И это значительно больше тиражей таких выдающихся фильмов, как «Июльский дождь» Марлена Хуциева (164 копии и 3 млн. зрителей), «Долгая счастливая жизнь» Геннадия Шпаликова (89 копий и 1,5 млн. зрителей), «Похождения зубного врача» Элема Климова (78 копий и 0,5 млн. зрителей), «Первороссияне» Евгения Шифферса и Александра Иванова (32 копии и 0,5 млн. зрителей), «Андрей Рублёв» Андрея Тарковского (277 копий и 2,9 млн. зрителей), «Иванов катер» Марка Осепьяна (197 копий и 1,0 млн. зрителей в прокате 1974 года), «Жил певчий дрозд» Отара Иоселиани (320 копий и 2,6 млн. зрителей; «Пиросмани» Георгия Шенгелая (209 копий и 1,5 млн. зрителей), «Мольба» Тенгиза Абуладзе (179 копий и 1,2 млн. зрителей), «Цвет граната» Сергея Параджанова (143 копии и 1,1 млн. зрителей), «Пой песню, поэт…» Сергея Урусевского (265 копий и 2,2 млн. зрителей), «Осень» Андрея Смирнова (261 копия, 9,8 млн. зрителей), «Зеркало» Андрея Тарковского (84 копии и 2,2 млн. зрителей), «Сталкер» Андрея Тарковского (193 копии и 4,3 млн. зрителей), «Смешные люди!» Михаила Швейцера (215 копий и 1,6 млн. зрителей), «Прощание» Элема Климова (270 копий и 1,3 млн. зрителей на серию), «Парад планет» Вадима Абдрашитова (263 копии и 2,2 млн. зрителей), «Мой друг Иван Лапшин» (118 копий и 1,3 млн. зрителей) (эти цифры по тиражам и числу зрителей приводятся в книге кинокритика Сергея Кудрявцева «Свое кино» и в его интернет-блоге).

И поскольку в ходе повторного проката «Долгих проводов» в 1987 году их посмотрело 1,7 млн. зрителей, можно предположить, что в 1971 году зрителей у этого фильма Киры Муратовой было никак не меньше, а значительно больше. Здесь я исхожу из того, что столь же далекий от развлекательности и тоже черно-белый фильм «Жил певчий дрозд» (1972) Отара Иоселиани даже при существенно меньшем тираже — 320 копий сумел собрать 2,6 млн. зрителей, а «Июльский дождь» (1967) Марлена Хуциева увидели 3 млн. зрителей при тираже в 164 копии.

При этом понятно, что от таких неразвлекательных фильмов, как «Долгие проводы», обычные кинотеатры стремились избавиться как можно раньше, они шли там максимум неделю, а дальше плавно переходили в клубные залы — на пару дней, на один-два сеанса.

Поэтому можно смело утверждать, что даже если «Долгие проводы» во всесоюзном прокате шли только две недели, то они успели собрать свои 2–3 млн. зрителей, часть из которых потом и отметила в анкете «Советского экрана» эту психологическую драму как худший фильм года.

Аналогичный пример — обычно считающийся тотально запрещенным фильм Марка Осепьяна «Иванов катер» (1972). Получив так называемую четвертую категорию и тираж 197 копий, эта драма в 1974 году вышла в советский прокат и собрала 1 млн. зрителей за первый год демонстрации.

Любопытно, что когда во времена «перестройки» (в 1987 году) «Иванов катер» вышел во всесоюзный прокат повторно, сопровождаемый теплыми рецензиями в прессе, то зрителей за первый год демонстрации собрал зрителей даже в меньшем количестве: всего 0,9 млн. (источник — интернет-блог кинокритика С. Кудрявцева).