«Мы, аристократы-6»

Бастет Бродячая Кошка

Фанфик по Гп, Аристократы-6, прода

Хеллоуин, канун Дня Всех Святых у католиков. Он же Самайн, канун кельтского нового года. Межмировые границы в этот день истончаются, что приводит к взаимопроникновению миров. В первую очередь - телесного мира со смежным бестелесным, куда уходят нематериальные останки после гибели или распада материальных сущностей, не обязательно живых. Поэтому, если маг желает взаимодействовать с нематериальной сущностью, это самый подходящий день в году.

Маглы используют этот день, чтобы почтить предков, и у кого-то даже получается пообщаться с ними. Маги делают то же самое, только успешнее. В ночь Хеллоуина родовые маги общаются с предками - отдают дань уважения, просят советы и подсказки. Целую ночь в слизеринской гостиной не затухает камин, чтобы все, кто встречает Хеллоуин не дома, могли проделать сокращённый ритуал - бросить в огонь подношение и проговорить слова памяти и почтения.

Я никогда не проделывал его. В Хеллоуин душа смотрит в душу, а я не знал, кем себя считать, и был не готов к общению с предками. Вот кто я - Поттер? Гонт? Гриффиндор, Певерелл или вообще Слизерин? Я не знал, к кому себя причислить, и никого из них не чувствовал родным. У Дамблдора получилось вырастить меня не помнящим родства, в этом я был равен с сиротой Томом Риддлом.

Возможно, когда-нибудь это изменится. Может, в семнадцать лет, когда я войду в Поттер-манор, встречусь с портретами предков и они перестанут быть мне чужими. Может, позже, когда я глубже ознакомлюсь с наследием великих магов прошлого и почувствую духовное сродство с кем-то из них. Вот тогда я встану в Самайн у ритуального костра и открою свою душу кому-то из тех, кто приходил в этот мир до меня.

Но не сейчас.

Удивительно, но хеллоуинский праздник в Хогвартсе обошёлся без происшествий. Большой зал был традиционно украшен в чёрно-оранжевых тонах, под потолком кружили трансфигурированные летучие мыши, со стен скалились полые поддельные тыквы с волшебной подсветкой изнутри. Хогвартское хеллоуинское меню оставалось неизменным со времён Основателей: каша с тыквой, тыквенный сок, пироги с тыквенной начинкой, традиционные злодейские тыквенные печеньки с оттисками черепов - дешёвый и яркий стол, который могла себе позволить любая беднота. Я уже не мог, как в прошлые годы, потихоньку заказать что-нибудь не тыквенное себе, Теду и нашим леди - весь Слизерин смотрел на меня и ждал чуда.

Пришлось обеспечить им чудо. Я проконсультировался с Ромильдой и сделал Фиби праздничный заказ. Через несколько минут на столах Большого зала появились запечёные целиком гуси с яблоками, фаршированная щука, кувшины с клюквенным морсом и печёночный паштет - всё в скелетно-могильном оформлении. Первый тост клюквенным морсом слизеринцы подняли за меня, пока остальные факультеты шумно допытывались, откуда им свалилось это благо.

За ужином призраки устроили представление для живых, а затем ушли в глубины Хогвартса, где у них была своя тусовка. Я не посещал её со второго курса, хотя ежегодно получал приглашения - Кровавый Барон объяснил, что приходить мне вовсе не обязательно, это от них этикет требовал пригласить юного Лорда.

Но на этот Хеллоуин я собирался ввести Тома-из-дневника в компанию призраков, и лучше всего было представить его на празднике. Поэтому за час до полуночи я спустился в хогвартские подземелья, в тот самый зал, где призраки ежегодно отмечали свой самый главный праздник в году. Столы у них, как и в прошлое моё посещение, были накрыты протухшей праздничной едой, только без юбилейного торта в честь смертенин Почти Безголового Ника.

Я освободил Тома-из-дневника и привязал к Хогвартсу на том же самом постаменте, где на втором курсе жертвовал свою кровь. Кровавый Барон, Серая Леди, Почти Безголовый Ник и Толстый Монах приняли у него клятву верности и представили его обществу хогвартских призраков, а я отправился в главный ритуальный зал.

Я не переживал на тему, кого я выпустил в замок. Учитывая, что ему всего шестнадцать, Том в этой призрачной компании был далеко еще не самым отъявленным негодяем. И что бы он там про себя ни задумывал, клятва всё равно не даст ему навредить.

Ритуал не был слишком уж затратным, нужно было только знать, что, как и с чем делать. Я начал его ровно в полночь и управился минут за пятнадцать вместе с подготовкой. Магия замка была восстановлена, дневник перестал быть хоркруксом и стал обыкновенной общей тетрадкой, которую я уничтожил невербальным Эванеско, а мой статус Лорда Магии Хогвартса сменился на статус Основателя Хогвартса.

Да, я стал пятым создателем, а потому и пятым совладельцем магического сооружения под названием Хогвартс. Поскольку четверо были уже мертвы - считай, единоличным владельцем. Разница с предыдущим статусом определялась тем, что повелитель - это еще не собственник. Прежде я мог только командовать магическими функциями замка, но теперь это был мой личный, полностью подвластный мне архитектурный артефакт. Мне уже не требовалось находиться на территории замка, чтобы видеть его карту и управлять его структурами, и стало достаточно мысленного приказа, чтобы сделать с ним или из него что угодно.

А главное, я вложил в этот замок частицу своей души и теперь он останется волшебным, пока его держит её сила. Надеюсь, что на тысячу лет.

На следующий день, в пятницу, первым уроком у нас стояла лекция Нормы Ранкорн. Её лекции я старался не пропускать и ставил в план обязательных дел, не столько ради обучения - книги пока еще никто не отменял - сколько ради удовольствия.

Удовольствие - это ведь кому что. Кто-то пьёт, кто-то курит, а я вот слушаю лекции профессора Ранкорн. Я почти не подвержен стрессам, чтобы посвящать свою жизнь их снятию, а интеллект нужно хоть иногда ублажать.

Поэтому я, в отличнейшем настроении от успешно выполненного накануне дела, вместе с другими слизеринцами отправился на историю магии и на полтора часа полностью отрешился от насущных забот.

Минут за пятнадцать до конца лекции на столе передо мной появилась записка, доставленная хогвартским домовиком. Я развернул пергамент и прочитал, что директор просит меня явиться к нему в кабинет на ближайшей перемене, чем скорее, тем лучше.

Разумеется, меня охватило предчувствие. Разумеется, дурное - я вообще не помню, чтобы меня посещали хорошие предчувствия. Великолепная лекция мадам Ранкорн заскользила мимо моего рассудка, полностью загруженного предположениями, что же такое могло случиться и не связано ли оно с моими полуночными чародействами. Слушать дальше было бесполезно, я отпросился с лекции и поспешил в кабинет директора.

Ранкорн был не один, он общался с Малфоем-старшим и лица у обоих были весьма напряжённые. В первое мгновение я расслабился - если что-то и случилось, то не из-за меня, но уже в следующее пожалел - лучше бы из-за меня, тогда я по крайней мере владел бы ситуацией.

- Гарри? - обрадовались оба, когда я вошёл.

- Добрый день, директор, лорд Малфой, - поздоровался я. - Чем могу быть полезен?

- Гарри, присаживайся, - Ранкорн кивнул на свободное кресло. - Тут кое-что произошло этой ночью, Люциус пришёл предупредить меня и поговорить с тобой.

Я обернулся к Малфою, и тот стал рассказывать.

- Знаешь, этой ночью был налёт на родовой особняк Селвинов. Семья отсутствовала, все они, кроме древней прабабки и трёхмесячной младшей внучки Ксавьера, отправились в дикий лес, чтобы провести ритуал Самайна. Налётчики убили старуху и младенца, навели погром в доме и забрали заключённых из подвалов особняка. По словам Ксавьера - оборотня из Лютого, который поздно вечером вышел грабить в Косой и нарвался на его сына, двоих авроров, следивших за особняком, ну, и Крауча-старшего. Вторжение было обнаружено, только когда семья вернулась с ритуала.

Крауча-старшего, значит. А я-то размечтался, что обошлось - но нет, Хеллоуин, похоже, был моей личной немезидой. Я вырос, и её масштабы выросли со мной.

- А что случилось с защитой? Неужели дом был совсем не защищён? - спросил я первое, что пришло в голову.

- Нет, стояла обычная повседневная защита. В усиленной уже много лет не было необходимости, о ней даже не вспомнили, когда уходили на ритуал.

- Домовики?

- Были на ритуале.

- Почему глава не среагировал на сигнал защиты?

- Сигнальные чары были отключены первыми. У налётчиков должен быть весьма квалифицированный взломщик, чтобы справиться с селвиновскими родовыми чарами.

- Возможно, невыразимец?

- Я уже поговорил с Рэдфордом. Он утверждает, что предателей в его команде не осталось, но обещал поискать.

- Почему он так уверен в них?

Люциус хмыкнул.

- Знаешь, я спросил то же самое. Оказывается, этой зимой у них была чистка, после того, как они поймали некоего Бродерика Боуда в зале пророчеств за попыткой подкинуть туда подделку. Боуд и ещё двое оказались людьми Дамблдора, от них потихоньку избавились. Всё осталось внутри отдела, ибо репутация.

- И о чём была эта подделка?

- Я не спросил, не до этого было. Дамблдор всё равно уже мёртв.

Я согласно покивал, продолжая обдумывать услышанное. Про Крауча вряд ли кто знал, мелкий бандит из Лютого был никому не нужен, из-за него к Селвинам не полезли бы, а вот авроры...

- Как давно эти двое авроров оказались у Селвинов?

- А вот этого я уже не спрашивал. Мне было важнее предупредить и мобилизовать - но ты прав, в аврорате обязательно нужно покопаться. Это всё еще дамблдоровский рассадник, им и присяга ни о чём. К сожалению, там у меня нет связей.