«На перекрестке цивилизаций»

Однажды я изменил обычному маршруту прогулок и свернул с проторенных торговых магистралей в ущелья старого города. Это было открытием нового мира. Оказалось, что район, зажатый полуразрушенными древними стенами, — настоящая «доисторическая столица», как назвал Дамаск побывавший здесь в конце прошлого века французский поэт Ламартин. Эта часть города вместила в себя римскую цитадель, роскошный дворец турецкого наместника Азема, чудо арабской архитектуры — мечеть Омейядов, развалины древнеримских построек, мавзолей великих арабских правителей и многое другое, включая мощный культурный слой почвы, еще совершенно не изученный.

Когда исчезает безразличие, появляется любознательность. Любознательность требует пищи. Начинаются книги и музеи. Они раскрывают глаза, а глаза — горизонты. Поездки по стране стали для меня одновременно и путешествием по времени. Оказалось, что достаточно было отъехать от Дамаска на несколько десятков километров, чтобы попасть в деревню, население которой изъясняется по-арамейски, то есть «на языке Иисуса Христа», или увидеть невдалеке от оживленного, забитого машинами шоссе черный шатер бедуина. Точно в таком же виде он мог стоять и сто, и пятьсот, и тысячу лет назад на обочине караванного пути, по которому не раз проходил погонщик верблюдов Мухаммед. Над ущельями, хранящими следы сандалий солдат фараонов, возвышаются средневековые замки, а рядом с ними — современные стремительные виадуки для строящейся железной дороги. В порту города Тартус, у древней стены, с которой когда-то прыгали в лодки удирающие отсюда крестоносцы, сейчас стоят суда с товарами почти всех стран мира.

Я видел тракториста сирийского сельского кооператива, завтракавшего в поле на обломке античной колонны, неизвестно кем, когда и откуда сюда завезенного.

На моих глазах встречались цивилизации. Иногда они оставляли после себя величественные следы, иногда лишь намеки, порождающие догадки. Царство хеттов. Царство шумеров. Много ли о них известно?