«Ля Тортуга. От Аляски до Огненной Земли»

Элен и Фрэнк Шрейдер

Ля Тортуга

От Аляски

до Огненной Земли

Всем, чьи имена

здесь названы и не названы,

но без чьей дружбы и участия

это путешествие

закончилось бы совсем иначе

Глава первая

Впервые мы пали духом после встречи с капитаном Паркером. Многие и раньше утверждали, что у нас ничего не выйдет, но мы с необычайной легкостью рассеивали их сомнения. Отставному армейскому офицеру, у которого в тихую погоду джип-амфибия ушел ко дну буквально из-под ног, мы сказали: «У нашего водонепроницаемый кузов». А морякам в Панаме, пугавшим нас chocosanos, легкомысленно заявили: «Мы не будем выходить в море в шторм».

Но сейчас, после четырех дней ожидания хорошей погоды на крошечном островке Карибского моря, где пальмы от ветра пригибались к самой земле; море вздувалось огромными валами, а побелевший под черным небом песок искрился, точно соль, все наши бойкие ответы казались сплошной чепухой.

Когда в нашей бухточке укрылось рыбацкое судно, мы сразу же поспешили к нему, страстно мечтая услышать хоть несколько ободряющих слов по-английски. Но, увы! то, что мы услыхали, отнюдь не прибавило нам храбрости. Только мы подплыли к трапу, как огромный верзила в морской фуражке с фокстерьером величиной с крысу на плече перегнулся через поручни и выпалил единым духом:

— Я капитан Паркер с «Морского конька» и ставлю десять против одного, что у вас ничего не выйдет. Если не укатает шторм, то прикончат рифы.

Я оглянулся на нашу маленькую «Черепаху», стоявшую на песчаной косе. Пятнадцатифутовый джип-амфибия казался таким крошечным, что на мгновение я и сам усомнился: «Неужели он прав?»

Потом мы с Элен сидели возле джипа под хлопающим на ветру брезентом и раздумывали над словами капитана. Все шло совсем не так, как мы предполагали. Май считался самым спокойным в Карибском море: сезон дождей только что начинается и до chocosanos еще далеко. Моряки очень красочно описывали этот бич панамского побережья — короткие яростные штормы чуть ли не ураганной силы, свирепствующие здесь во второй половине июня. Вокруг нас творилось нечто неописуемое. Неужели chocosanos еще хуже?