«В чужом обличье»

Samus, Мольфар

В чужом обличье

Карета медленно ползла в гору, подпрыгивая на ухабах и колдобинах и немилосердно скрипя. Кучер сморкался после каждого камня, хрипел ругательства на горском наречии, пытаясь откашляться, и щелкал кнутом, на что, впрочем, лошади никакого внимания не обращали. Родные скалы и вершины, ничуть не изменившиеся за прошедшие почти четыре года, вызывали в Реймонде одновременно лёгкую ностальгию и тянущее нетерпение — ну, когда уже? Но гораздо сильнее были тревога и давящее ожидание грядущих проблем, что нарастали с каждой минутой приближения к дому.

— Не видеть бы вас ещё четыре года, — пробормотал он себе под нос.

Его попутчица, дама средних лет, одетая как уроженка Каркадаса, при словах Реймонда посмотрела в его сторону. Всю дорогу дама молчала, и Реймонд искренне рассчитывал, что так оно и останется. Не то чтобы она была старой или уродливой, Даже Реймонду, не очень любившему смуглых южанок, она показалась вполне миловидной, да и выглядела дама не старше сорока лет. Дело было в её образе: всю дорогу попутчица Реймонда читала сразу три фолианта, один из которых был древним и ужасно ветхим, а также делала заметки, используя новомодный дорожный столик, позволяющий работать даже в карете. От неё исходил устойчивый запах алхимических субстанций, и, чего уж скрывать, она изрядно напоминала Реймонду профессоров магического университета Вагранта.

Того самого университета, из которого Реймонд Хатчет вылетел с треском, так и не сдав экзамены за третий курс, и ему неприятно было видеть такое напоминание собственной несостоятельности. Легче было молчать и смотреть в окно, делая вид, что поглощен разглядыванием заросших густым кустарником горных склонов.

— Простите, судя по одежде, вы студент? — спросила дама.

Её всеобщий язык тоже был южным, мягким, напевным. Он разительно отличался как от рубленого, короткого горского говора, так и от тараторящей и пришёптывающей речи жителей Вагранта, к которым привык Реймонд.

— Университет Вагранта, — со вздохом признал он.

Отмолчаться не получилось — оставалось только надеяться, что разговор будет коротким. И всем своим видом демонстрировать это попутчице.

— О, я знакома с тамошним профессором алхимии, доньей Ковински! — воскликнула дама радостно.