«Чудо»

Мария Буквина

Чудо

Глава 1. Зеркала

- Ээээаааайетит… чтоб… тебя… – вполне обычные звуки для болезненного пробуждения. Когда голова раскалывается, а тело вопит о неспособности пошевелиться.

Но похоже, что мужчина, издававший эти обычные звуки, обладал исключительной силой воли. Потому что после того как он обматерил кого-то и что-то, к данной истории отношения не имеющих, он смог не только пошевелиться, но и сесть.

- Чёрт, в какую дыру меня занесло сегодня?.. – простонал мужчина, осматриваясь.

Вот только яркое солнце уничтожало способность видеть. А шум людской суеты мешал сосредоточиться.

Но постепенно память возвращалась. Джеремайя Никс – имя, которое первым пришло в голову. Да, это было его имя. Единственное, что он получил от матери, которую никогда видел.

Интересно, думала ли она, что ребёнок погибнет сразу же, и просто не хотела пачкать руки? Или всё же надеялась, что он выживет?

Джеремайя предпочитал не думать об этом. Сирота, которым он был когда-то, давно исчез. А рефлексировать наёмнику упырей-слизней – непозволительная роскошь.

Джеремайя прикоснулся к лицу. Оно оказалось мокрым.

«Кровь?..» – подумалось Джеремайе.

И это было вполне логичным умозаключением, учитывая убийственную работу и пьянодрачное хобби. И всё же Джеремайя ошибся. После прикосновения на руке остались капли бесцветной жидкости. Вода? Или кто-то справил нужду?

Джеремайя лизнул ладонь. Определенно, вода. Фонтан, находившийся рядом с территорией, которую занял зад Джеремайи, подтвердил сделанный вывод. Центральная фигура была явно недовольна присутствием столь нелицеприятного элемента и, вроде как, пыталась брызгами его отогнать.

Конечно, мальчик-чертёнок и птица, которой он управлял, не были живыми в привычном понимании этого слова. Но в Городе, где многие слова теряют все свои привычные смыслы, шевелящиеся фигуры фонтанов не вызывают удивления.

Джеремайе было плевать на мнение какого-то каменного пацана. А тот продолжал брезгливо наблюдать за грязным мужиком и словно боялся, что Джеремайя вздумает прикоснуться к фонтану, или, что ещё хуже, осмелится испить водицы.

Ехидно ухмыльнувшись и прицелившись, мальчик-чертёнок снова натянул поводья птицы и обрызгал Джеремайю.

- Убери свою чёртову улыбочку или башку проломлю… – буркнул Джеремайя.

А затем встал. Это было непросто – найти центр равновесия и помириться с силой притяжения. Но Джеремайе надо были идти, надо было разобраться с этим проклятым заказом.

- Тпрух, тпрух, тпрух, – протпрухал малыш тпрухля.

Инстинктивно оглянувшись, Джеремайя посмотрел на зверушку. Пухлый розовощекий тпрухль тпрухнул в ответ. Джеремайя знал, что этих существ природа создала не напрасно. Будучи хорошей заменой зажигалки, тпрухли никогда не подводили. Стоило только хорошенько дернуть того за хвост, и нос тут же выдавал небольшую струйку огня.

Конечно, обычные зажигалки удобнее: они меньше по размеру, не пытаются выбраться из кармана и не кусаются. Но Джеремайю такие мелочи не волновали. Однажды он месяц проносил тпрухля во внутреннем кармане. И тот ни разу не смог навредить вынужденному хозяину.

Главное – знать, как справиться с непокорным существом. А Джеремайя знал. Магия, травы, амулеты, мощные удары рук… Обосновавшись здесь, в Городе, Джеремайя познакомился почти со всеми разновидностями существ, изучил их слабые места. И теперь мог справиться с любой работой по захвату или уничтожению. Ну, почти с любой… Долбанный бухгалтер!

Джеремайя поморщился. Ему захотелось курить. Но он не стал. Просто не стал.

- Доброе утро! – пошутил какой-то мужик, проходящий мимо.

Кажется, Джеремайя уже где-то его видел. Но смысла вспоминать где, попросту не было. Утро давно сменилось днем. И день этот был вовсе не добрым.

Раньше Джеремайя в ответ наверняка сострил бы или хотя бы показал неприличный жест. Но сегодня его мрачное чувство юмора взяло выходной.

Джеремайя дважды провел рукой по своим грязным волосам. Причесавшись, он глубоко вдохнул и медленно побрел в пивной бар.

- Ядрёного Вельзевула с солью безо льда, – сделал заказ Джеремайя.

- Как скажешь, детка… Бурная ночь? – поинтересовалась барменша Блатрикс.

- Обычная, наверное, – процедил сквозь зубы Джеремайя.

Он являлся в эту пивную и в худшем виде. И Блатрикс никогда не задавала вопросов. А сегодня не только спросила какую-то банальную фигню, но и назвала «деткой». Может, хочет повеселиться в дальней комнате?

Джеремайя задумался. Он уже два дня не был с женщиной. И хоть Блатрикс была не совсем в его вкусе, выбор – это роскошь, которую не всегда можно позволить.

Выдав из себя подобие улыбки, Джеремайя почувствовал резкую боль. Кажется, вчера ему хорошо врезали. Джеремайя не помнил удара, он вообще мало что помнил о вчерашнем вечере.

Странное тревожное чувство… Незнакомое… Неприятное…  Джеремайя умел бухать. И чтобы вырубиться так надолго, он должен был выпить ну оооочень много. А Джеремайя никогда не напивался, пока работа не была выполнена.

А может, он и вправду справился? Может, бухгалтер уже того, и Джеремайя зря волнуется?

- Держи, – произнесла Блатрикс, протягивая бокал Ядрёного Вельзевула.

Коктейль пришёлся как нельзя кстати. Джеремайе надо было срочно прочистить мозги, а Ядрёный Вельзевул был просто спецом по этой части.

Как же он ошибся! Высокий градус спиртного не улучшил его мозговую деятельность, а вот рот, горло и желудок явно не были готовы к подобному. На мгновение Джеремайе показалось, что это конец. Его внутренности сгорали, а потушить пожар было невозможно. Джеремайя закашлялся. Ему не хватало воздуха. А Блатрикс даже не пошевелилась. Она скрестила на груди руки и укоризненно качала головой.

Джеремайя взбесился. Он поспешил покинуть пивной бар и бросился к фонтану с фигурой ехидного мальчика-чертенка.

Но у мальчика оказалась чертовски хорошая реакция. Вновь увидев грязного мужика, он дёрнул за поводья. Его птица послушалась и, оторвавшись от остальной композиции, взлетела ввысь.

- Ублюдок рогатый! Я до тебя доберусь! – прохрипел Джеремайя, махая мальчику кулаком.

Но мальчику было пофиг. Он кружил над землёй и ждал, пока злой грязный мужик уберется подальше.

К счастью, на дне фонтана воды оказалось достаточно. И Джеремайя тут же засунул туда голову. Открыв рот, он жадно глотал воду. А когда внутренний пожар был потушен, выпрямился и побрёл в поисках ответов.

Джеремайя Никс появился на свет сорок шесть лет назад. В катакомбах поселения Нгум от матери, которую Дангур когда-то взял силой. Это был жестокий мир, где о существовании добра позабыли очень давно. А Дангур, славившийся своей силой и жестокостью, был типичным его представителем.

При таком раскладе Джеремайя не мог винить свою мать. Он бы тоже на её месте бросил вечно голодный груз. С ребенком на руках выжить в поселении Нгум практически невозможно. А рисковать своей жизнью ради нежеланного чада – для подобного надо напрочь лишиться рассудка.

Поэтому Джеремайя никогда не пытался найти мать. Он даже не хотел знать, жива ли она. Да и зачем? Чтобы сообщить, что он выжил и унаследовал от отца силу и жестокость?

А вот с Дангуром Джеремайя с удовольствием разобрался. С этим уродливым человеком огромных размеров. Хотя вряд ли Дангур был обычным человеком. То, что в жилах его текла кровь какого-то монстра, не подаётся сомнению. К сожалению, о каком именно монстре идёт речь, Джеремайя так и не узнал.

Даже Марта, невероятно сильный медиум, не смогла определить, чья ещё кровь, кроме человеческой, течёт в его жилах. Или просто не захотела помочь. Марта никогда не скрывала своего презрения. Это было легко разглядеть в её взгляде – желание, чтобы Джеремайя ушел и больше никогда не попадался ей на глаза.

Но с Мартой Джеремайя встретился намного позже, в Городе, в новом мире, куда он попал не по своей воли, а остался уже по своей.

А до тех пор он выживал в поселении Нгум. Зарабатывал шрамы, убивал и искал способ прикончить Дангура.

Помог случай. Будучи раненым в ногу, Джеремайя шёл по полю. И вдруг почувствовал нестерпимое жжение. Эта боль была намного сильнее, чем та, которую доставляла рана. В глазах потемнело, и Джеремайя рухнул.

Падение оказалось удачным. Свались он чуть правее, туда, где цвели парники сероперые, и всё завершилось бы очень печально. Но Джеремайя свалился чуть левее. И потому после нескольких часов мучений, смог очухаться и даже обнаружил цветок, являющийся ядом для его вида.

Парники сероперые. Кто бы мог подумать?! Ни серебро, ни магия, ни зелья не смогли убить Дангура. А маленький цветочек с синими лепестками и серыми перышками смог.

Джеремайя получил свою месть. И с тех пор больше не думал о Дангуре. Вопреки морализаторским разглагольствованиям, некоторым месть всё же приносит облегчение.

А потом случилось нечто удивительное. Катакомбы поселения Нгум переместились в иной мир и стали основой Города теней. Вместе с ними в Городе оказался и Джеремайя.

Вот это была удача! Выбраться из мира, где царит беззаконие, а правила диктует самый сильный и жестокий. И попасть в Город, в котором возможно всё.

Новое пристанище не было безопасным. Призраки, вампиры, мумии и почти все остальные существа, в человеческом мире считающиеся лишь плодом фантазии. Вороватый туман, который окутывает большую часть Города и заодно похищает память его жителей. Поиск предназначения, всегда сопряжённый с риском.