«Волна 300 метров»

К. Н. Колосов

ВОЛНА 300 МЕТРОВ

Советская авантюрно-фантастическая

проза 1920-х гг

Т. XXIХ

1

Редактор с треском повесил телефонную трубку и откинулся в кресле. Помолчал, несколько раз провел рукой по лысине и энергично выругался.

Звонил его закадычный друг Вильям Джойс, директор кооперативного завода радиоприборов, сообщал о крупных происшествиях на заводе и просил, если не помощи, то совета.

Заводу грозила полная остановка.

Джойс был сильно взволнован, а редактор знал его, как человека, обладавшего достаточным хладнокровием — значит, дело принимало серьезный оборот, надо было выручить Джойса из беды, как выручали они друг друга не раз за свою долгую жизнь.

Редактор откинулся в кресле.

Редактор закурил и, задумчиво глядя на синеватые струйки дыма, вспоминал далекое прошлое, такое сумбурное, подчас тяжелое, но всегда яркое, красочное.

Вот они вдвоем, только что окончившие высшую школу, перебрались в Нью-Йорк искать счастья, строить жизнь. Без гроша в кармане, перебиваясь случайной и самой разнообразной работой, они начали медленно, но упорно осуществлять свои заветные мечты.

Один занялся журналистикой и, после долгих странствий из газеты в газету, остановился, наконец, и начал неуклонно идти в гору, занимая все более и более значительные должности.

О, теперь он — персона, к его голосу прислушиваются многие. Его боятся, его уважают. Довольная улыбка на мгновение разгладила морщины на лице редактора.

Джойс — тот пошел совсем по другой дороге. Отказывая себе во всем, скопил немного денег, открыл небольшую мастерскую… а затем — затем уже начинаются странности Джойса, которых до сих пор не может понять редактор.

Мастерская начала давать хороший доход, все до копейки тратилось на ее расширение, а когда предприятие уже твердо встало на ноги, Джойс пригласил на самых льготных условиях в пайщики всех рабочих мастерской.

Много споров вызвала тогда эта затея: беднягу Джойса совсем было заклевали его друзья. Они подсмеивались над ним, величали филантропом и утопистом, но Джойс был упрям и в конце концов мог торжествовать.

Маленькая мастерская — теперь уже солидный завод.

Он пользуется громадным доверием и непрерывно развивает и увеличивает свое производство.

А теперь Джойс вдруг бьет тревогу.

Редактор самодовольно улыбнулся: похоже на то, что он был прав, считая Джойса неисправимым фантазером.

Однако, не время пускаться в рассуждения — надо как-нибудь действовать.

Редактор потянулся к кнопке звонка.

— Попросите мистера Арвинг.

Через несколько секунд в кабинет вошел молодой человек и, по приглашению редактора, сел против него.

— Дорогой Джек, я знаю, вы скучаете эти дни, сидя в редакции. Что же поделать — сенсации не бывают каждый день и не делаются по заказу… Ладно, знаю, знаю вашу скромность! — замахал редактор руками, заметив протестующий жест Джека.

— Дело не в этом… Я могу вас обрадовать: если хотите поработать и, вероятно, не только карандашом, поезжайте на радиозавод к мистеру Джойсу и дайте статью о его новых передатчиках. Непременно повидайте самого Джойса и скажите ему, что, вместо помощи и совета, я дал ему вас на неопределенный срок. В чем дело — расскажет Джойс… Ступайте, мой дорогой, и не ударьте лицом в грязь. Чем скорее там будете — тем лучше.

Редактор и Джек Арвинг…

И редактор уткнулся в лежащие перед ним на столе бумаги.

«Не так уж много ты мне сказал, старина, чтобы понять, в чем тут дело» — подумал Джек. Но он знал по опыту, что расспрашивать редактора бесполезно, и, не говоря ни слова, вышел из кабинета.

— Алло, Джек, ловите!

Телефонная книжка полетела через всю комнату в руки Джека.

— Хорошо брошено, браво, мисс Петерс! — одобрил сосед по столу, не отрывая рук от клавиатуры пишущей машинки.

— Дорогие друзья, забудьте хоть здесь, на службе, о ваших баскетболах, футболах и акробатике, — забрюзжал старый конторщик, но его слова ни в ком не встретили сочувствия.

Джек разыскал номера телефонов Джойса — их оказались три — и снял трубку телефонного аппарата.

— 5-92-18.

— Снята трубка — ответили ему с центральной.

— 6-32-12.

— Звонок не звонит.

— Ну, а для третьего остается только неисправность на линии! — усмехнулся Джек и назвал последний номер.

— Неисправность на линии! лаконически ответили ему с центральной.

Джек потер руки: начало ему понравилось. Он послал воздушный поцелуй по направлению кабинета редактора и стал собираться в дорогу: завод Джойса был расположен на окраине, километрах в пятнадцати.

Весело посвистывая, Джек складывал в ящик стола разбросанные бумаги, по-видимому, очень довольный, что может оставить их в покое.

Старый конторщик опять что-то говорил по поводу ветренности молодых людей. Джек не слушал его — недомолвки старика-редактора и история с телефонами вернули ему обычное расположение духа.

Живые смеющиеся глаза, открытый лоб, волнистые волосы, крепкая мускулатура — все гармонировало в нем. Он был общим любимцем редакции. Полный жизни, он всех заражал своим весельем, всегда у него были интересные новости, всегда он преподносил их остроумно и эффектно.

Но долгое сиденье в редакции без живого дела нагоняло на него хандру и тогда он становился скучен и молчалив. Не надолго, правда, — до тех пор, когда удавалось снова вырваться и окунуться в мир приключений.

Конан Дойль был любимым писателем мальчика-Джека. Теперь в его работе самыми интересными были так называемые «таинственные» происшествия. Несколько раз он оказывал большие услуги следствию, и не раз ему предлагали постоянную службу. Но Джек считал, что в этом случае пропадет вся прелесть приключений, и продолжал работать в газете.

Уходя из редакции, Джек пожал руки товарищам, поклялся старому конторщику исправиться в самом недалеком будущем, а, закрывая за собой дверь, почему-то обернулся и еще раз поклонился мисс Петерс.

Маленький форд быстро домчался до цели.

Впервые приходилось бывать на радиозаводе Джеку, и теперь он предвкушал удовольствие поближе познакомиться с приборами радиотехники. Правда, дома у него стоял детекторный приемник. Джек исправно слушал концерты по вечерам, но это был простенький неинтересный приемник и, конечно, не мог удовлетворить запросов радиолюбителя.

Еще издали увидел Джек двухсотметровую, ажурную, как кружево, мачту — гордость завода — и решил попросить у Джойса разрешение забраться на нее.

Мачта эта служила для подвеса воздушной сети проводов — антенны заводской широковещательной радиотелефонной станции. Она ежедневно передавала для своих абонентов концерты, лекции, биржевые сводки и даже сказки для детей.

Подъезжая к заводу, Джек заметил несколько мачт…

Подъезжая ближе, Джек заметил еще с десяток меньших мачт самой разнообразной высоты; по-видимому, они были предназначены для испытания выпускаемых заводом приборов.

Заводская контора была расположена в конце двора.

Джек обратил внимание на строгий порядок, который царил на заводе: его долго выспрашивали в проходной, к кому именно он идет, по какому делу, потребовали его визитную карточку и только тогда пропустили. Один из сторожей довел его до дверей конторы.

Джек прошел по пустынному коридору; в конце его на одной из дверей висела дощечка: Директор.

Комната оказалась всего лишь приемной.

Секретарь директора — блондинка с миловидной физиономией, нехотя подняла глаза.

— Скажите, пожалуйста, мисс, как мне пройти к мистеру Джойсу?

— Сегодня директор никого не принимает.

По-видимому, девушка решила, что разговор окончен. Она снова взялась за перо.

Но с Джеком сговориться было не так-то просто. Ему нужно было повидать Джойса, во что бы то ни стало. «Чем скорее, тем лучше», — вспомнил он слова редактора, а старик не говорил ни одного слова зря.

Джек достал визитную карточку и попросил передать ее мистеру Джойсу. Барышня прочитала карточку и подала ее обратно, отрицательно покачав головой.

Джек сдержался. — «Будь на ее месте мужчина, научил бы его вежливому обращению».

— Ну-с, милая барышня, увидеть мистера Джойса мне необходимо сегодня же, а потому я вынужден обеспокоить вас своим присутствием.

Джек решительно опустился на диван и закурил папиросу.

— А если я позову служителя и прикажу вас вывести? — совершенно спокойно спросила девушка.

Джек решил продолжать разговор в том же тоне:

— Видите ли, я очень хорошо боксирую и боюсь, что служителю придется пострадать за ваше упрямство.

— В таком случае придется позвать двоих! — и барышня протянула руку к звонку.

Неизвестно, чем кончилась бы эта история, если бы в комнате не появилось новое лицо. Это был главный инженер завода — мистер Хольд, — Джек несколько раз встречал его в спортивном клубе.

Невысокого роста, коренастый и плотный, аккуратно одетый, мистер Хольд производил приятное впечатление.

Мистер Хольд.

Узнав, в чем дело, он сухо, но очень вежливо сообщил Джеку, что на заводе сегодня не все в порядке, осмотр завода придется отложить на некоторое время; мистер Джойс в данную минуту находится в одной из мастерских; надо надеяться, что в ближайшее время будет возможно дать исчерпывающие сведения о заводе.

Джеку ничего не оставалось делать, как откланяться.