«Ястребы Утремера»

Ястребы Утремера (fb2) - Ястребы Утремера (пер. Роман Викторович Дремичев) 123K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Роберт Ирвин Говард

Дремичев Роман Викторович

Роберт Говард - Ястребы Утремера

Robert Howard: Hawks of Outremer 1931

'Вдаль убегает тихая, пустынная дорога.

Отмечена костями человека и зверей.

Какая красота и может быть покой

Легли в основу торгового пути Востока!

Падение и взлет династий древних.

Отголоски тысяч войн.

И множество сердец наивных,

Что стали пылью на дороге в Фарс.'

- Ванситтар

I. Возвращение

- Стой! - бородатый тяжеловооруженный всадник взмахнул копьем, зарычав, словно злой мастифф. Нужно быть осторожным на дороге в Антиохию. Звезды мерцали красным сквозь густую ночь, и света их было не достаточно для того, чтобы мужчина смог разглядеть человека, чья гигантская фигура маячила в темноте перед ним.

Одетая в броню кисть внезапно метнулась из тьмы и впилась солдату в плечо с такой силой, что онемела вся его рука. Из-под шлема гвардеец увидел блеск свирепых голубых глаз, которые, казалось, метали искры, видимые даже во мраке.

- Святые сохраните нас! - с трудом выдавил испуганный воин. - Кормак ФицДжеффри! Прочь! Возвращайтесь в ад, как хороший рыцарь! Я клянусь вам, сэр...

- Плевать мне на твои клятвы, - проворчал рыцарь. - О чем ты говоришь?

- Вы не бесплотный дух? - прошептал солдат. - Разве вы не убиты мавританскими пиратами на пути к дому?

- О, проклятые боги! - прорычал ФицДжеффри. - Считаешь, эта рука похожа на дым?

Он вонзил свои стальные пальцы в руку солдата и усмехнулся мрачно, услышав тихий вой.

- Этого думаю достаточно; скажи мне, кто находится в этой таверне.

- Только мой хозяин, сэр Руперт де Вейл, из Руана.

- Отлично, - пробурчал ФицДжеффри. - Он один из немногих людей, которых я считаю своими друзьями на Востоке или в каком-нибудь другом месте.

Большой воин подошел к двери таверны и вошел, ступая легко, словно кошка, несмотря на тяжелые доспехи. Солдат потер руку и посмотрел ему вслед с любопытством, отметив в тусклом свете, что ФицДжеффри несет с собой щит с ужасающей эмблемой его семьи - белым оскаленным черепом. Гвардеец знал его давно - бурный характер, дикий боец и всего лишь человек из числа крестоносцев, которые были почитаемы больше самого Ричарда Львиное Сердце*. Но ФицДжеффри поднялся на корабль, возвращаясь на родной остров, еще до того, как Ричард ушел из Святой Земли. Третий крестовый поход закончился неудачей и позором; большинство франкских рыцарей следовали к дому вместе с королем. Что этот мрачный ирландский убийца делает на дороге в Антиохию?

Сэр Руперт де Вейл, когда-то правитель Руана, а ныне лорд умирающего Утремера, повернулся к большой фигуре, возникшей в дверном проеме. Кормак ФицДжеффри был выше шести футов на несколько дюймов, но со своими могучими плечами и двумя сотнями фунтов железных мышц он казался несколько ниже. Норманн взглянул на него с удивлением и тут же вскочил на ноги. Его лицо засияло искренней радостью.

- Кормак, святые! Приятель, мы слышали, что ты мертв!

Кормак вернул ему сердечное приветствие, лишь слегка изогнув свои тонкие губы, что означало бы у обычного человека широкую улыбку радости. Сэр Руперт был высоким мужчиной и достаточно хорошо сложен, но он казался просто худым рядом с огромным ирландским воином, который сочетал в себе массу с характерной агрессивностью, что было заметно в каждом его движении.

ФицДжеффри был чисто выбрит, и множество шрамов, которые выделялись на его темном, мрачном лице, придавали его и так грозным чертам поистине зловещий вид. Когда он снял свой простой шлем и откинул на спину кольчужный капюшон, его подстриженные каре черные волосы, венчающие низкий широкий лоб, сильно контрастировали с его холодными голубыми глазами. Истинный сын самого неукротимого и дикого народа, что когда-либо ступал на окровавленное поле боя, Кормак ФицДжеффри выглядел, как безжалостный боец, прирожденный игрок войны, для которого тропы насилия и крови были так же естественны, как дороги мира для обычного человека.

Сын женщины из рода O'Браенов и норманнского рыцаря-ренегата, Джеффри-бастарда, в чьих венах, как он говорил, текла кровь Вильгельма Завоевателя*, Кормак редко обретал часы спокойствия и тишины за свои тридцать лет бурной жизни. Он родился в разорванных враждой и пропитанных кровью землях и получил в наследство лишь ненависть и жестокость. Древняя культура Эрина давно погибла из-за частых нападений скандинавов и датчан. Окруженная со всех сторон жестокими врагами, развивающаяся цивилизация кельтов поблекла перед жестокой неизбежностью постоянных набегов, а беспощадная борьба за выживание сделала гэлов такими же дикими варварами как те, кто нападали на них.

Теперь, во времена Кормака, война за войной багрянцем охватывали остров, где кланы сражались друг с другом, а норманнские авантюристы рвали чужакам глотки или отбивали атаки ирландцев, выходя племя против племени, в то время как земли Норвегии и Оркнейских островов все еще беспристрастно опустошали язычники-викинги.

Смутное понимание всего этого промелькнуло в голове сэра Руперта, когда он стоял, глядя на своего друга.

- Мы слышали, ты погиб в морском бою близ Сицилии, - повторил он.

Кормак пожал плечами.

- Многие погибли тогда, это правда, и я валялся без чувств, сраженный камнем из баллисты. Вероятно, после этого и пошли какие-то слухи. Но вы видите меня сейчас более живым, чем когда либо.

- Садись, старый друг, - сэр Руперт выдвинул вперед одну из грубых скамеек, которые составляли часть мебели таверны. - Что происходит на Западе?

Кормак взял бокал с вином, протянутый ему темнокожим слугой, и залпом выпил.

- Отмечу немногое, - сказал он. - Во Франции король считает свои пенсы и ведет склоки со своими дворянами. Ричард - если он еще жив - томится где-то в Германии, думаю. В Англии Шейн - то есть, Джон, - угнетает народ и предает своих баронов. А в Ирландии - Черт! - он засмеялся коротко и безрадостно. - Что я могу сказать об Ирландии, кроме тех же старых историй? Гэлы и иноземцы режут друг другу глотки и плетут интриги вместе с королем. Джон Де Курси*, поскольку Гуго де Ласи* вытеснил его с места правителя, бушует, как сумасшедший, поджигает и мародерствует, в то время как Донал О'Брайен скрылся на западе, уничтожая реликвии. Тем не менее, дьявол, я думаю, что сейчас здешняя земля стала немного лучше.

- Да, сейчас здесь своего рода спокойствие, - пробормотал сэр Руперт.

- Да - спокойствие, пока этот шакал Саладин собирает свои силы, - проворчал Кормак. - Думаете, он будет отдыхать пока Акра*, Антиохия и Триполи остаются в руках христиан? Он ищет лишь предлог, чтобы захватить остатки Утремера.

Сэр Руперт покачал головой, его глаза потускнели.

- Это голая земля, омытая кровью. Если бы это было не сродни богохульству, я бы проклинал тот день, когда последовал за своим королем на восток. Сейчас я мечтаю о фруктовых садах Нормандии, темных прохладных лесах и грежу о виноградниках. Мне кажется, мои самые счастливые часы жизни были, когда мне было всего двенадцать лет...

- Двенадцать, - проворчал ФицДжеффри, - в этом возрасте я был дикарем с копной нечесаных волос и скитался на голых болотах - я носил волчьи шкуры, весил около четырнадцати стоунов и уже убил трех человек.

Сэр Руперт с любопытством посмотрел на своего друга. Родные земли Кормака находятся за широким морем и землями Британии, но норманн немного слышал о том, что творится на том далеком острове. Он смутно знал, что жизнь Кормака не была легкой. Ненавидимый ирландцами и презираемый норманнами, он отплатил им презрением и жестоким обращением, дикой ненавистью и беспощадной местью. Было известно, что у него осталась лишь тень верности большому роду Фицджеральдов, который, как и многие уэльсцы и норманны, уже тогда начал перенимать ирландские обычаи и ирландские раздоры.

- Ты носишь сейчас другой меч, не тот, что был у тебя, когда я видел тебя в последний раз.

- Они ломаются в моих руках, - сказал Кормак. - Три турецкие сабли пошли на ковку меча, которым я владел в Яффе* - тем не менее, он разбился как стекло в морском бою у Сицилии. Этот я взял с тела норвежского морского короля, который возглавил рейд на Мюнстер. Он был выкован в Норвегии - видишь языческие руны на стали?