«Моряк Дорган и нефритовая обезьяна»

Моряк Дорган и нефритовая обезьяна (fb2) - Моряк Дорган и нефритовая обезьяна (пер. Роман Викторович Дремичев) 48K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Роберт Ирвин Говард

Дремичев Роман Викторович

Роберт Говард - Моряк Дорган и нефритовая обезьяна

Robert Howard: The Jade Monkey (Sailor Dorgan and the Jade Monkey) 1971

Я не пробыл в Гонконге и полутора часов, когда кто-то ударил меня по голове бутылкой. Я не особенно удивился этому - в азиатских портах полно людей, которые имеют претензии к Деннису Доргану, первоклассному матросу, из-за неосторожных знакомств с моими кулаками, - но я был раздражен.

Я шел по темному переулку, обдумывая свои дела, когда кто-то сказал: "Шшш!", а когда я повернулся и сказал: "Что?" - бац! удар бутылкой. Я был так взбешен, что бросился на невидимого противника, и мы сцепились и катались в темноте некоторое время. Это было музыкой для моих ушей, когда он охнул и начал тяжело дышать, хватая ртом воздух, когда я утопил мои большие кулаки в его неопытной туше. Наконец, войдя в клинч, мы, шатаясь, вышли из переулка под тусклый свет уличного фонаря, где я освободился и свалил его правым хуком, который мог запросто вышибить ему мозги, но в последнюю секунду я немного сдержал удар. И причиной этому было то, что я увидел, что передо мной был не враг, а товарищ по плаванию - позор "Питона", Джим Роджерс, если быть точным.

Я наклонился, пытаясь обнаружить какие-либо признаки жизни у него и привести в чувство - потому что остановить один из моих правых хуков в челюсть, даже если он и придержан в последнюю секунду, не легкое дело. Через некоторое время веки Роджерса медленно открылись, и он посмотрел вокруг и произнес:

- Это последнее море, должно быть, унесло все за борт.

- Ты не на борту судна, дурак, - ответил я раздраженно. - Поднимайся и объясни, почему ты напал на товарища, когда целый порт полон китайцев, о головы которых ты точно также мог бить бутылки.

- Я искал деньги, Деннис, - стыдливо сказал он.

- Ну, так почему ты сделал это? - потребовал я.

Я терпеть не могу эти увертки.

- Ты получил пятьдесят долларов, - обвинил он. - Но я уверен, ты бы не одолжить мне денег, чтобы купить нефритовую обезьяну, не так ли?

- Слушай, Джим, - сказал я, - ты не волнуйся так. После того, как я однажды ударил голландского борца также, как ударил сейчас тебя, он в течение нескольких недель думал, что он император Китая и носил рубашку поверх штанов. Но с ним теперь все в порядке, и с тобой будет тоже. Просто твой мозг еще не восстановился.

- Я не брежу, черт! - сказал он сердито. - Я встретил девушку, у которой есть нефритовая обезьяна, которая стоит целое состояние. Она просит за нее пятьдесят долларов. Я знал, что у тебя было пятьдесят баксов. И ну, я подумал, как-то неловко просить их у тебя, когда они были твоими, и тут ты отправился в увольнение на берег, и все, так что я просто думал легонько ударить тебя по голове и заплатить - я бы все вернул обратно, честно, Деннис.

Я посмотрел на него больше печально, чем гневно.

- Что тут думать, - сетовал я, - моя репутация так слаба и ничтожна, что товарищ по плаванию воображает, будто он может вырубить меня простой бутылкой, словно я обычный грузчик. Меня, закоренелого хулигана, грозу сотен кораблей! Кроме того, у меня нет пятидесяти долларов. Сразу после того, как я покинул доки, я просадил все деньги в фан-тан*.

Роджерс застонал и говорит:

- Горе мне! Всякий раз, когда я получаю чанс поднять большие бабки, судьба крадется следом за мной и пинает под зад ботинком двенадцатого размера. И она такая красивая девушка!

- Кто? - потребовал я, внезапно проявив интерес.

- Мисс Бетти Чисом, девчонка, которая владеет нефритовой обезьяной, - захныкал он. - Деннис, это раздражает меня до костей, видеть эту красоту в страдании. Она вынуждена продать свою нефритовую обезьяну, чтобы оплатить проезд в Австралию или Шанхай или куда-то еще, я забыл. Во всяком случае, она продаст ее за пятьдесят баксов.

- Где она? - потребовал я.

- Какая разница? - ответил он. - У тебя ведь нет пятидесяти баксов.

- Я чувствую свою вину, - нахмурился я. - Но я не вижу никакой белой девчонки томящейся в чужих землях среди разгоряченных китайцев.

- Ну, - ответил он. - Я оставил ее в задней комнате американского бара, когда отправился на поиски бабок. Я думаю, что она все еще там и ждет меня. Я не сказал ей, когда вернусь.

- Я хочу поговорить с ней, - сказал я. - Мне не нужна нефритовая обезьяна, но, возможно, я смогу помочь чем-то ей самой.

- Ты хочешь получить ту обезьяну, - обвинил он.

- Я ничего не хочу, кроме надлежащего уважения бандита, который только что попытался ограбить меня! - проворчал я. - Если я получу прибыль от этого дела, ты получишь половину того, что добуду я. Теперь отправляйся в какое-нибудь другое место, пока я прогуляюсь до американского бара и помогу той красивой владелице обезьяны в ее горе.

Так что я направился в этот бар в сомнении, и в задней комнате нашел девушку, которая терпеливо ждала. Она была привлекательной девушкой, изысканной и все такое, и совсем не такой, какую я ожидал найти. Я был ошеломлен, снял шапку и стоял смущенный, в то время как она смотрела на меня с любопытством.

- Ваш друг Джим не смог прийти, мисс Чисом, - наконец, запинаясь, проговорил я. - Так что я пришел вместо него.

- О, дорогой, это очень плохо! - сказала она. - Относительно мистера Роджерса, я имею в виду. Он - он собирался достать деньги, чтобы купить кое-что у меня...

- Да, он собирался взять их у меня, - сказал я. - Но я тогда не имел ни чего, не более чем имею сейчас. Но он сказал о том, что вы в беде, и может быть - ну, подумал я, - то есть...

Я путался в словах, как дурак, и потел, и думал, что драться с целой бандой скандинавов на полубаке гораздо легче.

- Вы имеете в виду, что хотите помочь мне? - спросила она.

- Вот именно, - согласился я. - У меня нет денег, но...

- Пожалуйста, сядьте, - попросила она. И когда я сел, она положила локти на стол, а подбородок на руки и спросила:

- Почему вы хотите помочь мне?

- Ну, здорово, - сказал я. - Ни один белый человек не оставит девушку, севшую на мель, среди этих многочисленных китайцев. Это место не для вас. Если бы я был при деньгах...

- Я ценю вашу доброту, - сказала она, - но я не могу принимать пожертвования от кого-либо. Мы Чисомы гордые, это наш образ жизни. Но у меня есть кое-что, что я могу продать, и это стоит во много раз больше, чем я предложила мистеру Роджерсу. Не имеет смысла рассказывать эту скучную историю о том, как я оказалась здесь на мели. Но если бы у меня были пятьдесят долларов, я могла бы сбежать и вернуться с кем-то, кто - кто позаботится обо мне. Смотрите! - Она поставила что-то на стол передо мной. Это была зеленая обезьяна со стеклянными глазами около четырех дюймов высотой.

- Знаете ли вы, что это такое? - спросила она. Затем, помолчав мгновение, благоговейным голосом она сказала:

- Это обезьяна Ю Хи Ю!

- Не может быть? - сказал я неопределенно. - Как она к вам попала?

- Это секрет Мандарина Танг Ву, - сказала она. - На протяжении тысячи лет этот идол был олицетворением силы и власти императорского Китая. Это был символ маньчжуров, а до них - кумир Чингисхана, он был Божеством, которому поклонялись. Его действительная цена - тысячи долларов, а так как он является музейным экспонатом, то владелец его может назвать свою цену. Как символ Китая, он бесценен. Конечно, вы слышали о Мандарине Танг Ву, полководце из Кантона?

Я не слышал, но ничего не сказал, не желая показаться безграмотным.

- Ну, - сказала она, - идол хранился у него. С его помощью он руководил войсками, привязывал его к королевскому знамени, когда его армии проходили перед ним - это психология, вы знаете. Потом идол был украден. Знаменосец упал, и прежде чем знамя вновь было поднято, маньчжурский бандит срезал идола и убежал с ним.

Бандит был казнен японцами, и они забрали нефритовую обезьяну себе. Затем ее украли индусы и продали моему брату, как сувенир, никто из них не знал его реальную стоимость. Мой брат послал идола ко мне, и я узнала, что это нефритовая обезьяна Ю Хи Ю! Я собиралась сама отвезти его Танг Ву - у меня есть нужные знакомства, он предложил мне десять тысяч долларов за его возвращение, - но с этой войной я все не решалась. А теперь я должна вернуться в Австралию так быстро, как только смогу. Поэтому я решила продать обезьяну за бесценок.