«Хранитель»

Которой я читал мои первые стихи

Приветствую тебя, читатель.

За непочтенье не сочти,

Что, словно близкий твой приятель,

Позволил я себе вести

С начальной строчки обращенье

К тебе на «ты». Ведь я посмел

Принять подобное решенье

По той причине, что хотел

С тобою сразу подружиться,

Чтоб ближе был мне образ твой,

Чтоб откровенней поделиться

Своим рассказом мог с тобой.

И я надеюсь, ты, читатель,

К моим стихам не будешь строг,

Ведь как поэт и как писатель

Я быть талантливей не мог

Тех, чьи творения хранятся

На книжных полках у тебя.

Всю жизнь пытался я равняться

На разных гениев, но я,

Как заключил мой друг, бездарен,

Достойных не создал стихов.

Ему за это благодарен —

И попытаться вновь готов.

Я не представился. Виновен.

(Не в этом лишь вина моя.)

Меня зовут Роман Коровин.

Вернее, звали, так как я

Расстался с жизнью… Да, читатель,

Я умер и обрел покой.

Теперь я вечный обитатель

Иного мира. За чертой.

Ты спросишь, как возможно это —

Писать поэму в вечном сне.

Представь письмо души поэта,

Пришедшее тебе извне.

Итак, мой друг, начну сначала:

Мне было восемнадцать лет,

Я написал стихов немало

И полагал, что я – поэт.

Я так хотел быть всем известен,

Чтоб каждый дом меня читал.

Решил, что буду крайне честен

В своих стихах… а сам лишь врал:

Писал о том, чего в те годы

Не понимал, не пережил,

Я лил в тетрадь мотив свободы

И мир, который не открыл.

            5

Я рос в семье с отцом и братом,

А матери своей не знал.

Всегда считал я виноватым

Себя за то, что жизнь забрал

У ней своим рожденьем жадным.

Считали так же брат с отцом.

Мой первый день стал беспощадным

Для давшей мне его с трудом.

О ней мне ведали ревниво,

Но главное, со слов отца,

Она меня нетерпеливо

Которой я читал мои первые стихи

Приветствую тебя, читатель.

За непочтенье не сочти,

Что, словно близкий твой приятель,

Позволил я себе вести

С начальной строчки обращенье

К тебе на «ты». Ведь я посмел

Принять подобное решенье

По той причине, что хотел

С тобою сразу подружиться,

Чтоб ближе был мне образ твой,

Чтоб откровенней поделиться

Своим рассказом мог с тобой.

И я надеюсь, ты, читатель,

К моим стихам не будешь строг,

Ведь как поэт и как писатель

Я быть талантливей не мог

Тех, чьи творения хранятся

На книжных полках у тебя.

Всю жизнь пытался я равняться

На разных гениев, но я,

Как заключил мой друг, бездарен,

Достойных не создал стихов.

Ему за это благодарен —

И попытаться вновь готов.

Я не представился. Виновен.

(Не в этом лишь вина моя.)

Меня зовут Роман Коровин.

Вернее, звали, так как я

Расстался с жизнью… Да, читатель,

Я умер и обрел покой.

Теперь я вечный обитатель

Иного мира. За чертой.

Ты спросишь, как возможно это —

Писать поэму в вечном сне.

Представь письмо души поэта,

Пришедшее тебе извне.

Итак, мой друг, начну сначала:

Мне было восемнадцать лет,

Я написал стихов немало

И полагал, что я – поэт.

Я так хотел быть всем известен,

Чтоб каждый дом меня читал.

Решил, что буду крайне честен

В своих стихах… а сам лишь врал:

Писал о том, чего в те годы

Не понимал, не пережил,

Я лил в тетрадь мотив свободы

И мир, который не открыл.

            5

Я рос в семье с отцом и братом,

А матери своей не знал.

Всегда считал я виноватым

Себя за то, что жизнь забрал

У ней своим рожденьем жадным.

Считали так же брат с отцом.

Мой первый день стал беспощадным

Для давшей мне его с трудом.

О ней мне ведали ревниво,

Но главное, со слов отца,

Она меня нетерпеливо