«Есть слово»

Ольге Рудковской

Бывают дни, когда осознаешь -

Такой, как все.

Пылинка перед Богом.

Ты человек, ты дышишь, ты живешь,-

И ты уже не будешь одиноким.

Твой город тихо дышит сквозь туман.

Чернеют влажные дорог изломы,

И ангелов неслышно реют сонмы.

Людской оберегая океан…

Родительская суббота

… И те, кого уже нет с нами,

Возникнут в памяти

На небесах – иное знанье,

Там наши мысли –

громко дышат.

Все те, кого уже нет с нами,

Прощенья у кого не спросишь, -

Там, где молитва,

свечки пламя,

Там, где любовь,

что в сердце носишь.

Они, кого уже нет с нами,

И обнимают нас крылами,

Оберегая, провожая

Дорогой грешною

земной....

Мы рвёмся сомненьями, дышим страстьми,

Никак быть не можем просты…

Возможно, поэтому между людьми

Незримые есть мосты?

Бывают прямые, надёжная сталь.

Бывают – верёвки, труха.

Иные уходят мосты в небеса.

Иные – в бездну греха.

Один их сжигает в последнем бою,

В попытке остаться в живых,

Другой просто молча стоит на краю.

А третий – прыгает с них.

Четвёртый по рухнувшему мосту

Ползет из последних сил,

Спасая свой свет, любовь и мечту,

И – заново строит свой мир!

Ах, если б на каждом земном шагу

Мы были легки и чисты....

Я тоже стою на своём берегу -

И вижу свои мосты.

Убегу, закружусь в лепестках снов,

Тёмны сумерки до зари,

В парке тихо, не шепчут ненужных слов

Мармеладные фонари.

Там не сыплет снег ледяную крупу

Издевательски за воротник…

Я сегодня все брошу – и убегу

Туда, где лишь сны и огни.

Там не может луна обвинить без вины,

Не сверлит одинокий глаз,

Не грызёт пустота. Лишь огни. Только сны.

Там все так хорошо у нас.

Перемелется ночь в жерновах вековых.

Солнце день поведёт вперёд.

Снег, заплакав, уйдёт под напором весны,

Всё пройдёт. Это тоже пройдёт.

Потихонечку время шуршит за стеклом

И стирает всех смыслов смысл.

Я хочу, чтоб тебе со мной было тепло.

Вот моя основная мысль.

Есть внутренняя тишина.

Сосредоточенность

Когда на паутинке сна,

Переливаясь,

миг дрожит.

Когда в наушниках повис

космический

Когда идёшь то вверх, то вниз,

И тень твоя

с тобой идёт,

Души безмолвный водоём -

сказочного

Бывает миг, когда во всем

внутренняя

Александру Сазанову

Всему на свете – свой удел.

Итог. Планида.

Меняют вахту ночь и день,

Сходя с орбиты,

И, незаметно для других,

Из бренной были

Среди планет и звёзд,

Средь вакуумной пыли,

Метеоритов и комет, -

Как по бумаге,

Оставит в небе светлый след

Ушедший ангел.

Милисекунды пронеделю,

Запру будильник на засов.

Завоют гневные метели,

Напустят в лес сердитых сов,

Распустят шарф. Сломают спицы.

В тетрадку начеркают строк.

Шепнут: "Что, ждёшь себе, тупица,

Когда придёт заветный срок?"

Бесчинство засекундных кружев

Утонет в шуме белых крыл.

Зачасно год обезоружен,

Дремучий век себе не мил…

Ты выгонишь песок из колбы,

Порвав запутанную нить

И загадаешь время, чтобы

Счастливой наконец-то быть.

Ода колбасе

Когда б без колбасы прожить могла,

Поверьте, не была бы я счастливой.

Пусть не совсем мясной она была,

Но сущностью своей к себе влекла,

Такой упругой, розовой, красивой.

Она мне снится по ночам диет

И в руки прыгает средь бела дня в Ашане…

В пути духовном – я иду к себе,

Но колбаса, увы, препятствует нирване.

Заклеить рот мне пластырем грозит

Которую неделю тренер личный -

Ведь чтоб меня такую похудить,

Не хватит мужу никаких наличных.

Я, как мой пёс, жру всяческую дрянь,

И это нас роднит весьма печально

Мне говорят – доешь уже и встань!

Молчите. В курсе я. Слыхали, знаем.

Свои печали в чае утоплю.

Без устали себя я проясняю,

И, хоть периодически туплю,

Когда я наконец-то разлюблю -

Я напишу вам. Честно. Обещаю.

Когда весна войдёт в свои права,

А это все-таки произойдёт,

Сквозь пыль и свалку прорастет трава

И свет сквозь темень тоже прорастет.

И мы друг в друга прорастем ещё.

Ещё одной весной любовь длинней.

Ведём мы свой безустальный подсчёт

Движения бездонных общих дней.

И, паруса надув ещё в порту,

Догоним ту, рассветную, мечту.

К себе тяну рукой одной

И этот спазм непрекратим

Страх заплатить большой ценой

Пространство превращает в дым.

Другой рукой я отдаю,

И не умею по чуть-чуть.

В своей любви я не боюсь

Куда-то не туда свернуть.

Тот спазм и страх – мои враги,

Наручники на светлых крыльях,

Любимых, близких, дорогих

Срывающие в недосилье,

Но я смогу сменить шаги,

Инерцию остановить.

Я выберу – принять других.

И выберу других – простить.

Я рассмеюсь при свете дня.

Что, милый? Нет, я не ревную…

..... Все в этом мире – про меня,

Даже когда и про другую.

Иди и помни – все пройдёт,

И превратится в пыль и прах.

Но – белый эдельвейс растёт

В высоких девственных горах,

Но чистый утренний рассвет

Приносит краски в нашу жизнь,

И, сколько б ни промчалось лет,

Здесь нет повторов, нет реприз,

Из космоса дожди летят,

Мерцают звезды и планктон,

А на Земле – одни не спят,

Другие выбирают сон.

Однажды, глядя в синеву,

Я, зовом Вечности томим,

Спрошу – а как же я живу?

Как оправдаюсь перед Ним?

И скушно сразу. И темно.

Тоска на миллионы лет.

Но все равно в моё окно

Божественный ползёт рассвет....

Лист, весь исчёрканный,

Рву на клочки.

Светлое пламя

Бьётся в зрачки.

День перечеркнутый -

Тоже итог.

Криво ли, чётко ли -

Всё между строк.

Текст зашифрован.

Соль между слов.

Смысл замурован

Средь облаков.

Кружит и манит

Пьянящая высь.

Да, так бывает-

Это же – Жизнь…

Не все быть может, но

возможно – все…

Идешь по перекрестьям магистралей,

Шаги, углы и линии

Позавчерашним снегом занесён.

И этот день прыжком

уйдёт в канву

Мир прежним больше никогда не будет,

Ты в яростном переплетеньи судеб

Напишешь жизни

новую главу.

В степных сугробах чистого листа,

В неровостях земли плутает строчка.

Казалось бы, ещё чуть-чуть – и точка....

Но нет. Продолжи путь. Тут- запятая.

Я залью мезозой в монолит

Запорошенных порохом дней.

Может, станет когда-то светлей.

Может, стоило бы подрасти,

Может, просто зима на носу.

Я прошу, не считай до пяти

В этом теплом весеннем лесу.

Я и бирку сейчас приколю.

И не в том дело,

что не болит.

Дело в том,

что есть слово –