«Стихотворения»

Толстой Алексей Николаевич СТИХОТВОРЕНИЯ 

СОЛНЕЧНЫЕ ПЕСНИ

ВЕСЕННИЙ ДОЖДЬ[1]

КУПАЛЬСКИЕ ИГРИЩА[13]

ОСЕННЕЕ ЗОЛОТО

ЗАМОРОЗКИ

ПАСТУХ[18]

ПОЛДЕНЬ[20]

СВАТОВСТВО

ТАЛИСМАН[26]

САМАКАН[30]

ДОДОЛА[39]

ЛЕСНАЯ ДЕВА[41]

ЗА СИНИМИ РЕКАМИ  

КОЛЫБЕЛЬНАЯ[45]

ВО ДНИ КОМЕТЫ[46]

ЗМЕИНЫЙ ВАЛ[53]

СКОМОРОХИ[54]

МОСКВА[61]

ЕГОРИЙ - ВОЛЧИЙ ПАСТЫРЬ[62]

ВЕДЬМА-ПТИЦА[64]

ПРИВОРОТ[66]

КЛАДОВИК[69]

ДАФНИС И МЕДВЕДИЦА[76]

ДАФНИС ПОДСЛУШИВАЕТ СОВ[78]

КУЗНИЦА[84]

КОММЕНТАРИИ

Вспоминая о своих первых шагах в литературе, А. Н. Толстой писал: «Нет искусства, которое не было бы частицей твоей жизни» (ПСС, 13, с. 538). Ранние художественные опыты писателя в наиболее ценной части отмечены впечатлениями детских и отроческих лет Знакомство будущего писателя с фольклором в заволжском степном хуторе, а позднее - специальное изучение сказок и песен перекрыло в ранних книгах писателя действие всех других творческих факторов. В зрелые годы значение народа и народного творчества Толстой сформулировал в виде общего положения: «...в родстве с народом и близости к народу художник черпает свою силу, свое вдохновение» (ПСС, 13, с. 540). Говоря о себе, писатель заметил: «Я думаю, если бы я родился в городе, а не в деревне, не знал бы с детства тысячи вещей, - эту зимнюю вьюгу в степях, в заброшенных деревнях, святки, избы, гаданья, сказки, лучину, овины, которые особым образом пахнут, я, наверное, не мог бы так описать старую Москву» (ПСС, 13, с. 414). Толстой имел в виду описание Москвы в «Петре Первом», но мог бы отнести эти слова и ко всем тем произведениям, которые требовали соответствующего знания русского фольклора.

Когда известный литературовед и театральный критик С. Н. Дурылин в 1943 году неосторожно заметил, что, обратившись к темам заволжских рассказов и повестей, Толстой «отрекся» от предшествующего творчества (журн. «Октябрь», 1943, № 4 - 5, с. 114), писатель сразу возразил и назвал фольклорную книгу «За синими реками» своим дебютом в литературе: «От нее я не отказываюсь и по сей день. „За синими реками“ - это результат моего первого знакомства с русским фольклором, русским народным творчеством» (ПСС, 1, с. 84).

Конечно, нельзя забыть, что книге «За синими реками» предшествовал сборник стихов «Лирика» (Пб., 1907), в котором Толстой с намерением уяснить «современную форму поэзии» следовал за модными поэтами декадентами. И тем более важно подчеркнуть, что влияние фольклора помогло писателю найти свой путь в литературе. Освоение фольклора способствовало созданию подлинных художественных ценностей. Автор книги «За синими реками», по его собственным словам, уже через год «стыдился» (ПСС, 13, с. 493) «подражательной, наивной и плохой» книжки «Лирика» (ПСС, 1, с. 84).

На некоторых и фольклорных стихах Толстого заметно влияние А. М. Ремизова, М. А. Волошина, Вяч. И. Иванова. Стихотворение Толстого «Ховала» (1907), к примеру, было посвящено Ремизову и, несомненно, навеяно его одноименной сказкой. Молодой писатель следовал за своими наставниками и в ряде своих общих идей. Так, в заметке «О нации и о литературе» Толстой писал о необходимости связать «представления современного человека и того, первобытного, который творил язык» (журн. «Луч», 1907, № 2, с. 16). Важно и другое: «Я начал с подражания... - вспоминал Толстой. - Но пока еще это была дорожка не моя, чужая» (ПСС, 13, с. 411). Книга «За синими реками» явилась результатом наиболее ясно выраженного внутреннего несогласия молодого писателя с декадентской эстетикой. «Я любил жизнь, - писал позднее Толстой, - всем своим темпераментом противился абстракции, идеалистическим мировоззрениям» (ПСС, 1, с. 85). Искажение ясных жизнеутверждающих идей и образов фольклора встречало у автора книги «За синими реками» резкое осуждение. В рецензии на сборник М. Н. Багрина «Скоморошьи и бабьи песни» (СПб., 1910) Толстой писал о «высоком художественном вкусе народа» и осудил неудачную книгу. Ее составитель, по словам писателя, «преподнес - вместо острой, пахнущей землей мудрой народной песни - обсосанные свои слащавые романсики» (ПСС, 13, с. 273).

Сборник «За синими реками» принципиально отличен от декадентского восприятия фольклора и его искажения в литературе. Книга лишь внешне следует за «концепцией обновления мифа», изложенной Вяч. Ивановым в «Письмах о русской поэзии» (журн. «Аполлон», 1910, № 7). В 1914 году Толстой писал о себе как авторе: «Мне казалось, что нужно сначала понять первоосновы - землю и солнце. И, проникнув в их красоту через образный, простой и сильный народный язык, утвердить для самого себя - что да и что нет, и тогда уже обратиться к человеку, понять которого без понимания земли и солнца мне не представлялось возможным. Верен ли этот выбранный, быть может бессознательно, путь - укажет дальнейшее» (Книгоиздательство, IV, с. 5). Замысел автора понять человека через родство со стихиями и природой выразился в разбивке стихотворений на циклы: первый цикл природный круговорот: «Весенний дождь» - «Купальские игрища» - «Осеннее золото» - «Заморозки»; за этим циклом следуют стихотворения с непосредственной трактовкой человеческих переживаний, а равно стихотворения на исторические темы. Но циклизация не доведена до конца, уже второй цикл оказался сломанным, а самая разбивка на «отделы» была устранена при переизданиях стихотворений, начиная с Книгоиздательство, IV. Что же касается самих стихотворений, то при всем том, что в них постоянно перемежается описание людских чувств и природы, раскрытие поэтических тем дано в полном отвлечении от мнимой природной «первоосновы». В особенности показательны стихотворения на исторические темы, безотносительные к идейно-философскому замыслу всей книги (к примеру, «Скоморохи»). В сущности не имеют отношения к общему замыслу и многие стихотворения о природе: «Золото» - картина жатвы, выдержанная и по форме в реалистическом стиле, «Лель» - стихи о лесной чаще, источающей сильные запахи в горячий день, и проч. Общий пафос книги - в радостном приятии природного и человеческого бытия. Он-то и роднит Толстого с жизнеутверждающими традициями фольклора.

Книга «За синими реками» свидетельствует о глубокой осведомленности молодого писателя: он воспроизвел многие мотивы русского фольклора с точным знанием календарных обрядов, песен, сказок, преданий, былин. В стихотворениях ощутимо присутствие концепции А. Н. Афанасьева, других фольклористов-мифологов. Обращает на себя внимание первая в творчестве писателя попытка художественно осмыслить летописные сказания («Обры» и др.), исторические предания («Во дни кометы», «Суд» и др.). В этих опытах обнаруживаются некоторые черты будущей исторической прозы писателя.

Стихотворения стоящего несколько особняком малого антологического цикла «Хлоя», как и стихотворения «Фавн», «Зори», свидетельствуют о широте творческих интересов Толстого, о его проникновении в мир фольклора и литературы других народов.

Книга «За синими реками», если судить по обозначению на титульном листе, вышла в 1911 году, но фактически - в конце 1910 года (М., изд-во «Гриф»). В книгу вошло 39 стихотворений: «Весенний дождь», «Купальские игрища», «Осеннее золото», «Заморозки», «Пастух», «Полдень», «Золото», «Земля», «Трава», «Сватовство», «Талисман», «Лешак», «Зори», «Самакан», «Лель», «Семик», «Додола», «Лесная дева», «Колыбельная», «Плач», «Беда», «Обры», «Змеиный вал», «Скоморохи», «Суд», «Казнь» (позднее названо «Москва»), «Ведьма-птица», «Приворот», «Заклятие смерти», «Портрет гр. С. Толстой», «Мавка», «Хлоя. Весенние стихи», «Гроза», «Дафнис и медведица», «Дафнис подслушивает сов», «Утро», «Фавн», «Кот», «Обитель». Большинство стихотворений публиковалось впервые, но многие увидели свет в журналах, газетах и альманахах в 1908 - 1909 годах.

Переиздавая стихотворения в 1914 году (Книгоиздательство, IV), Толстой внес в них стилистическую правку, но сохранил их состав и порядок (за исключением незначительных перестановок). Самым существенным было разделение стихотворений на два цикла: «Солнечные песни» и «За синими реками».

Стихотворения печатаются по тексту Собрания сочинений ГИЗ, I и идентичному изданию Недра. Все иные случаи оговорены. В комментариях к стихотворениям отмечены интересные в творческом отношении редакции, изменение текста в разных публикациях и, напротив, отсутствие изменений в публикациях, разделенных десятилетиями, - устойчивый показатель соответствия текста высоким требованиям писателя и в зрелые годы. Важно было объяснить в комментариях трудные для понимания места текста, мимо чего, как правило, проходили комментаторы ранних произведений писателя.

При составлении комментариев учтено все существенное из комментариев Ю. А. Крестинского к ПСС, 1.

Примечания

Весенний дождь - Включено в книгу «За синими реками», в первый раздел, имевший общий заголовок «Солнечные песни» (в этом разделе, охватывающем годовой цикл, кроме «Весеннего дождя», были: «Купальские игрища», «Осеннее золото», «Заморозки»).

Ой, ладога, ладога... - В припеве народных песен ладо («Ах и люли», «ладо мое» и проч.). Ладо - муж, супруг. Однокоренные слова: лад - согласие, мир, любовь; лада - уговор; лады - помолвка, родительское благословение молодых. Ладога - поэтическое новообразование. 

Гроза гремит, жених идет. - Согласно толкованиям исследователей восточнославянских мифов, грозу представляли брачным союзом бога-громовика с облачной девой (см. А. Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу, т. I. М., 1865, с. 435 и след.).

...косу расплету я - Расплетание косы свадебный обряд, символика перехода девицы в замужество.

...река Бугай - Название воображаемой реке дано по связи с названием племенного быка, мифического существа. Перевоз через воду, переправа - в фольклоре символ брака.

 Вено - приданое.

 ...от притыки, от глаза двуглазого, от двузубого, лешего, банника, от гуменника, черного странника, от шишиги и нежитя разного. - В этом перечне, традиционном для магического заговора, притыка - притка, внезапная болезнь; глаз - здесь: либо сглаз, либо недобрый человеческий взгляд; двузубый - человек с выступающими зубами - «волчьими», считался опасным; банник - особый домовой, живущий в бане; гуменник - мифический покровитель гумна; черный странник - прохожий, недобрый бродяга, возможно, раскольник; шишига - кикимора, бес, нежить - нечистая сила.

 ...хороводами купальскими... - Праздник летнего солнцестояния Ивана Купалы (24 июня) отмечался в старину хороводными играми и обрядами. 

 Мавки - русалки.

 ...ключ-кремень к алому замочку... - Фольклорная, любовная символика в загадках и песнях.

 Ярила - мифический покровитель браков у древних славян.

 ...червленый бык. - Червленый - багровый. Грозовые облака в мифах представлялись быками и коровами (см. А. Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу, т. I, с. 660 и далее).

 Напечатано в книге «За синими реками».

 ...травник. - В ночь на Ивана Купалу и на утренней заре собирали лечебные травы.

 ...Купало в Козла воплощается: - Купала - плодотворящее божество лета у древних славян. По свободной художественной ассоциации Купала соединен с Козлом покровителем хлебного поля в демонологических представлениях многих индоевропейских народов.

 Панева - шерстяная юбка; носили только замужние женщины или просватанные девушки.

 Финист - персонаж русской сказки, суженый героини.

Пастух. - Впервые - журн. «Остров», 1909, № I. Печаталось без изменений в последующих публикациях. Пастух. - Впервые - журн. «Остров», 1909, № I. Печаталось без изменений в последующих публикациях.

 «Бык на цепи золотой»... «Вон и корова плывет». - См. коммент. к стихотворению «Весенний дождь».

Впервые - журн. «Весы», изд. «Скорпион», 1909, № I, под заглавием «Косари». В книге «За синими реками» - под заглавием «Полдень».

 Кошнина - кошанина, выкошенное место.

Впервые - журн. «Остров», 1909, № I. В последующих публикациях без изменений.

Впервые - журн. «Остров», 1909, № I. С изменением некоторых строк вошло в книгу «За синими реками».

Кто суму приподнимет, князь?.. - Свободное поэтическое переложение былинного мотива о суме с тягой земной. Кто суму приподнимет, князь?.. - Свободное поэтическое переложение былинного мотива о суме с тягой земной.

 Микула - былинный богатырь-пахарь.

Впервые - журн. «Русская мысль», 1909, № 3. А. Н. Толстой вписал стихотворение в литературную тетрадь В. И. Кривич-Анненского с пометой: 26 декабря 1908 года.

Стихотворение навеяно угро-финскими мифологическими сказками, которые нередко пелись (см. об этом: В. Чернолуский. О саамах и их сказках. - В кн: «Саамские сказки». М., 1962, с. 12). Таким образом, переложение сказочной темы в стихи у Толстого явилось как бы продолжением фольклорной традиции. Неслучайны и имена персонажей стихотворения.

Койт - ср. финское koitta - светать, рассветать.

 Эммарика - от ёма - матка, самка; rikkaus - богатство.

Впервые - журн. «Весы», изд. «Скорпион», 1909, № I. Без разночтений опубликовано в книге «За синими реками». В сборнике «Приворот» заменен последний стих: вместо «Сыпь же, вей же серебром, буран» - «Запевай за мной, подхватывай, буран».

 Царевна Самакан - вероятно, Самакан - слегка измененное Шамахан; имя царевне дано по связи с «Шамаха», «Шемаха».

 Словут-гора - славная (знаменитая) гора - по аналогии с выражением из «Слова о полку Игореве»: «О Днепре словутицю»; словутичь - славный, знаменитый (сын словута, т. е. славного). Ср. также летописное «Словутьный певец».

Впервые - Журнал театра Литературно-художественного общества, 1909 - 1910, № 4. С исправлениями вошло в книгу «За синими реками».

 Лель - имя мифического покровителя любви у древних славян, выведенное преимущественно из песенных припевов: «лель - люли, леля, лелеюшки» и проч.

Впервые - журн. «Весы», изд. «Скорпион», 1909, № I. Со сборника «Приворот» идет незначительная правка первого стиха: вместо «во лесу» - «в лесу».

 Семик - весенний народный праздник растительности: семик - седьмой, седьмая неделя после пасхальной. В семик чествовали березу.

 ...выгнал из бучил, водяниц с водою чистой разлучил. - Бучило, бучало - омут, водоворот. Водяница - русалка.

По воде венок плывет. - Девушки гадали по венкам, брошенным в воду. Плывущий венок означал замужество, направление, куда он плыл, указывало, в какой стороне живет жених.

Напечатано в книге «За синими реками». Время написания - лето 1909 г.

 Додола - девушка, участница обряда магического вызывания дождя у славян. Раздетую донага, украшенную цветами, додолу водили по селу. Она плясала и пела. Ее обливали водой (см. А. Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу, т. I, с. 172 - 179).

Рукописный текст - в архиве писателя, датирован 1909 годом (см. примеч. к ПСС, 1, с. 624).

 В издании Книгоиздательство, IV и в последующих «Плач» завершал цикл «Солнечных песен», отделенный от цикла «За синими реками». См. коммент. к «Колыбельной» наст. тома.

 Кладенец - сказочный меч-булат.

 В море лонённом. Лоненное - лонное, здесь: в смысле - сокровенное, тайное.

В издании Книгоиздательство, IV произведена перемена места с «Плачем». Соответственно, «Колыбельной» открывался малый цикл «За синими реками», отделенный от остальных стихотворений. Такой порядок сохранен и в ГИЗ, I.

Впервые - журн. «Русская мысль», 1909, № 3, под названием «Беда». Напечатано в книге «За синими реками» под тем же названием - «Беда». В Книгоиздательстве, IV и ГИЗ, I - под названием «Во дни кометы».

Приблизительное время написания - февраль - март 1909 г. (см. примеч. к ПСС, 1, с. 625). В Книгоиздательстве, IV и в последующих публикациях произведено изменение одного стиха: вместо «Трубят черные олени» - «Воют черные олени».

 Обры - древнерусское название аваров - завоевателей.

Дулеб - дулебы, союз восточнославянских племен в Западной Волыни. В VII в. были завоеваны аварами-обрами.

Жены, взнузданны на вожжи... - В летописи сказано об издевательстве обров над женами дулебов: «...если поедет куда обрин, то не позволял запречь коня или вола, но приказывал впречь в телегу три, четыре или пять жен и везти - обрина» («Повесть временных лет», ч. 1-я, текст и перевод. М. - Л., 1950, с. 210; перев. Д. С. Лихачева).

Беленою трут колени... - Вероятно, речь идет о том, что обры пытались лечиться беленой. Белена издавна служила лечебным средством, упоминается в старинных травниках.

С землей сравнялись... - В летописном известии об обрах говорится, что они сгинули, не оставив по себе ни племени, ни потомства. Летописец упоминает народное присловье: «Погибоша аки обре» («Повесть временных лет», ч. 1-я, с. 14 и с. 210).

В рукописи первоначально называлось «Змий», время написания - май - июнь 1909 г. (см. примеч. к ПСС, 1, с. 625). В книге «За синими реками» шестой, седьмой и восьмой стихи читаются:

Змеиный вал - народное предание связывает с ним победу героя-кузнеца над змеем: побежденный, запряженный в плуг змей проводит борозду до самого Черного моря (см. А. Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу, т. I, с. 560 - 561).

Впервые - журн. «Образование», 1907, № 11. В последующих изданиях произведена замена стиха «Дожидается яма в бурьяне» на стих «Да чернеется яма в бурьяне». Время написания - осень 1907 г. (см. примеч. к ПСС, 1, с. 625).

 Хозяйку, хозяюшке - слава!.. - воспроизведен величальный мотив народных песен.

 Впервые - журн. «Русская мысль», 1909, № 3.

Включено в книгу «За синими реками» и без изменений оставлено в последующих изданиях.

 Сарынь-гора. - Так на Волге называют толпу, буйную ватагу.

...грянет мой Ясак. - Ясак - знак тревоги, клич.

Две змеи заклятые к векам присосутся... - По представлениям патриархальных крестьян, Степана Разина не приняла земля и он страшно мучится - его сосут змеи (А. Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу, т. II. М., 1868, с. 451 - 452).

 И придут Алаписы с песьими главами... - Алапис - змеевидное чудовище с собачьей головой. Название, вероятно, дано по латинскому allapsus (причастие) от соответствующего глагола - приближаться, тихо, незаметно подползать.

Напечатано в книге «За синими реками» под названием «Казнь». В Собрании сочинений Книгоиздательства, IV и в сборнике «Приворот» - под заголовком «Москва». Исправлен один стих: вместо «И мне, вольному кречету» - «Вот и мне, вольному соколу». В Собрание сочинений ГИЗ не вошло. Печатается по тексту: Приворот.

Впервые - журн. «Образование», 1908, № 4, под заглавием «Егорий (Волчий пастырь)». В ГИЗ, I устранена последняя строфа:

Пастырь Егорий - славянский мифический предводитель, владыка волков, раздает им пищу, о чем говорится и в пословице: «Что у волка в зубах, то Егорий дал».

Ведьма-птица. - Время написания - январь - февраль 1909 г. (см. примеч. к ПСС, 1, с. 626). В издании ГИЗ, I произведена замена одного слова: вместо «медный рог» - «турий рог». Правка существенна с точки зрения исторической достоверности изображения.

 Взлетела ведьмица на щегл. - Щегла, шагла - мачта, шест для флага.

Впервые - журн. «Русская мысль», 1909, № 3. В последующих публикациях печаталось без изменений.

Приворот - заговор, знахарское снадобье, чем привораживают; растение - росянка, костянец и др.; приворотный столб. В стихотворении слово представлено во всех этих смыслах.

За болотом в мочежине. - Мочежина - мочажинина - болотная трава. Лесовик леший.

Впервые - ГИЗ, I. Ранняя публикация не установлена.

Время написания - осень 1909 г. (см. примеч. к ПСС, 1, с. 626). В последующих публикациях оставлено без изменений.

Впервые - журн. «Аполлон», 1909, № 2 (ноябрь), с подзаголовком «Весенние стихи» в составе цикла: «Зеленые крылья весны...», «Гроза», «Дафнис и медведица», «Дафнис подслушивает сов», «Утро». Перепечатано в книге «За синими реками» и в других изданиях с незначительной правкой.

 Хлоя - имя сказочно-мифической пастушки, героини романа греческого писателя Лонга (II - III вв. до н. э.) «Дафнис и Хлоя». Хлоэ в древнегреческом языке означало свежую зелень, молодые побеги.

 Дафнис - имя легендарного сицилийского пастуха: по одному из мифов, он поклялся не знать любви и умер от безнадежной любви к нимфе; герой античного романа «Дафнис и Хлоя».

Гроза. - Впервые - журн. «Аполлон», 1909, № 2 (ноябрь).

 Пан - в древнегреческой мифологии покровитель пастухов, козлоногое существо, наводил безотчетный страх (отсюда «паника») на нарушителей его покоя.

Дафнис и медведица. - Впервые - журн. «Аполлон», 1909, № 2 (ноябрь).

 Сыта - напиток на меду, медовый взвар.

Дафнис подслушивает сов. - Впервые - журн. «Аполлон», 1909, № 2 (ноябрь).

По содержанию перекликается с мотивом предыдущего стихотворения:

 Утро. - Впервые - журн. «Аполлон», 1909, № 2 (ноябрь).

 Единорог - созвездие, а также однорогий конь - в средневековых поверьях и сказаниях соединил в себе черты коня, слона и кабана.

 Напечатано в книге «За синими реками» со строфой, опущенной в томе IV Книгоиздательства и в сборнике Приворот, в Собрании сочинений ГИЗ, I. Приводим опущенную строфу по книге «За синими реками»:

Фавн - римский бог лесов и полей, покровитель пастухов и стад.

 Окоем - горизонт, видимая окрестность.

В рукописи есть посвящение Елизавете Николаевне Толстой, сестре писателя, озаглавлено: «Черный кот», «Сестра» (перечеркнуты), «Родимое пятно». В книге «За синими реками» с заглавием «Кот» и в последующих публикациях - без изменения.

Впервые - газ. «Речь», 1909, 20 апреля. В рукописи названо «Эскизы». В книгу «За синими реками», в том IV Книгоиздательства включено не было. Печатается по тексту ГИЗ, I.Впервые - газ. «Речь», 1909, 20 апреля. В рукописи названо «Эскизы». В книгу «За синими реками», в том IV Книгоиздательства включено не было. Печатается по тексту ГИЗ, I.