«Всё Ничего, или 1998...»

Белорусец Сергей Маркович

Всё Ничего, или 1998...

ВСЁ НИЧЕГО, или 1998...

Сергей Белорусец родился в 1959 году в Москве. Окончил ГЦОЛИФК (ныне - РГУФКСиТ).

Печатался в "Знамени", "Новом мире", "Октябре", "Дружбе народов", "Арионе", "Юности", "Литературной газете" и многих других изданиях.

Автор сборников лирических стихотворений "Магический квадрат" (2007) и "Чёрно-белая книга" (2015), однотомника прозы и поэзии "Год Кота и Тигра, или Без названья..." (2015), Прозаической р е т р о п и с и "Песни для чтения" (2013), около десятка детских книжек, среди которых "Игрослов" (2003, 2005), "Весёлая аРИФМетика" (2005), "Парикмахеры травы" (2011), "Пальцем в небо!.."(2013).

Лауреат национального конкурса "Книга года" в номинации "Вместе с книгой мы растём" (2011), а также ряда литературных премий, в том числе - премии имени Корнея Чуковского в номинации "Золотой крокодил"(2013)), премии имени Самуила Маршака (2011), премии "Венец" Союза писателей Москвы (2008), премии журнала "Кольцо А" (2000).

Обладатель почётной грамоты и памятной медали Всероссийского конкурса на лучшую книгу для детей и юношества "Алые паруса" (2006).

Финалист и дипломант премии "Новая детская книга" издательства "Росмэн"(2015).

Председатель Оргкомитета Фестиваля детской литературы имени Корнея Чуковского.

Президент Фонда поддержки творчества РАзножанровых Детских Авторов "РАДА".

Член Русского ПЕН-центра. Секретарь Союза писателей Москвы.

Открывшись вехам нерасхожим,

Себя по полочкам разложим -

И родовые спесь да ересь

Перегорят, с а м о п о х е р я с ь...

...И вновь зима, и летом пахнет,

И папа маму ночью трахнет,

И день бредёт без остановки,

И не приемлет забастовки,

И под окном орут вороны,

И чистят печень макароны,

И лыжи с честностью топорной

Который год стоят в уборной...

Всё ничего, всё ничего:

Есть время, хоть и нет его.

Всё ничего - и счёт: ноль - ноль,

Хоть жизнь тебя - как мяч - футболь...

И потолочный бег на месте,

И лестничный безличный топот,

И снова холодно в подъезде,

Хотя в квартирах вроде топят...

Не только ш и з н и-п о л у ш и з н и.

Мелькают - под завязку - всяки -

Детерминированной жизни

Опознавательные знаки.

А я учусь читать их вехи.

Читать их вехи в полной мере.

Без права на свои помехи.

С поправкою на все потери...

Из жизни сделали решето,

Хотя засорили мойку...

Убрали ёлку. В том смысле, что

Лишь вынесли на помойку...

...О, Бог ты мой, сколько лет и зим

Развеется облаками,

Пока безвременье отразим -

И станут века веками...

Поёт из телевизора монах,

Что злоебучий мартовский котище...

Приходит слесарь - в клоунских штанах,

Чтоб газосваркой подпалить жилище...

Сливает воду шоу-ассорти,

Размахивая палочкой вантуза, -

И легче понимание найти,

Чем телефонный код Экибастуза...

Трехнедельный старожил,

Воздух был сырым и волглым.

Ветер, то ли рыскал волком,

То ли гончею кружил.

Утопив январь в снегу, -

Через день пришли морозы, -

И текли по лицам слёзы,

Застывая на бегу...

Вовсю стоит работа,

И происходит что-то,

И ветки пляшут в окнах,

Под небом чуть обмОкнув,

И можно не мужаться, -

И за тебя держаться,

Притом что ты - корова,

А время - полвторого...

Разлетится феерическая медь, -

И финансы вновь романсы будут петь,

И станцует экстатический канкан,

В органайзере живущий таракан...

Посложнее, чем кульбит

Делая фигуру, -

Снег - сквозь форточку - клубит

На клавиатуру.

И - окно - как монитор,

И - тесна страница,

И - компьютерный набор

Вместе с жизнью длится...

Знакомыми уже гудками в спину -

До лифта -

Семенящий домофон

Тебя проводит.

(С ходу влезть в кабину

Успеешь прежде, чем затихнет он...)

По л у н а ж м ё ш ь вторую сверху кнопку,

И стенку п о л у п о д о п р ё ш ь плечом,

И бросишь бездну в медленную топку,

И снова пожалеешь ни о чём...

Ветхозаветные гримасы,

И сетевые прибамбасы,

И кто-то лезет вон из кожи,

И ты куда-то лезешь тоже,

И входишь в раж, как неврастеник,

И снова едешь мимо денег,

И время топчется на месте,

И пахнет кошками в подъезде,

И сны дневные, проступая,

Не говорят, что явь скупая,

И открывают наши дети

Свои странички в Интернете...

Быть или не быть - вопроса нет.

Есть резон - сказаться примитивом....

Ящичек для писем и газет

Доверху набит рекламным чтивом.

Чехов сделал стойку на руках,

Увидав небесные алмазы...

Если кто витает в облаках -

Только Дух Святой.

Другим - без мазы...

Заметишь выбоины общей колеи,

И отследишь все наслоения свои,

И до последнего - уверен будешь в том,

Что это - гомеопатический симптом...

То круговерть, то перекрестье

Ветров, гуляющих в подъезде,

Где сумасшедшая соседка

Не очень часто, даже редко -

В периодическом припадке

Всю ночь на лестничной площадке

Стучит, не созывая сходки,

Половником по сковородке...

Безветренная утренняя мгла,

Бредущая аморфно до угла.

Суть размягчённость, взятая взаймы,

У под ногами тающей зимы....

Не то чтоб мировая благодать,

Но можно в четверть глаза наблюдать

Олигофрена с мусорным ведром

И - сероватым фоном - ипподром...

Лезешь вон из морщинистой кожи,

А умеешь с годами всё то же:

Шевелить еле слышно губами,

И желающих сталкивать лбами,

И любое подручное свойство

Обращать между делом в изгойство,

И брести, по-сиротски, вразвалку,

Опираясь на лыжную палку...

День проснётся с похмелья -

И, на подъём тяжёл,

Выйдет из подземелья.

Глядь, а уже - ушёл...

Две полоски сомкнутся,

Явь застолбив на треть.

Как-то всё это - куце,

Если в окно смотреть...

Ночь начнётся с разведки -

И, до краёв полна,

Покачнётся - сквозь ветки -

Медленная луна...

Ни длинна, ни коротка,

Жизнь уходит с молотка.

Каждый день уходит, но

Вечно чудится одно:

Что аукнется вдогон

Давешний аукцион -

И откликнется Вчера,

А не чёрная дыра...

Приползёт гололедица,

Выкрутасы вия,

Но - сначала разъедется

Коммуналка твоя -

И - как память останется -

О некровной семье -

Ежедневная странница

На дворовой скамье...

К плечу пиджачному прибьёшься, глупая,

Глазами хлопая и носом хлюпая.

Сойдёшь за умницу в теченье месяца,

Пока гормончики не перебесятся...

П о л п о р ы до летнего исхода.

Отключили воду - благодать.

Ведь на бис ниспослана свобода

Чистый спирт кефиром разбавлять...

........................................................

Посмотри - сквозь марево заката -

И, теряя жизненную нить,

Объясни - желательно без мата -

Как умеешь родину любить...

Без невольной натаски

И слепого экстаза

Снег расклеится к Пасхе,

Чуть заметно для глаза,

Словно рамка витая,

Стает лёд еженощный,

Наяву обретая

Распорядок проточный...

В кипящий суп свалился попугай -

И там лежит, болтая потрохами.

Но ты его за это не ругай.

А, взявши ручку, опиши стихами,

Как может вегетарианский суп

В бульон из попугая превратиться,

Как через час твоих коснётся губ

Домашняя дымящаяся птица...

Не свисти,

Водопроводный кран!

А то денег не будет,

Чтобы тебя починить...

Жжёной резиною пахнет в метровском вагоне.

Подслеповатые круглые лампы горят.

Хладный металл - как ручной - прилипает к ладони,

Если сжимать его пять остановок подряд.

Я разучился о чём-нибудь думать под стуки

Метроколёс и под шелест лоскутных бесед.

Дело не в том, что мешают сторонние звуки.

Даже не в том, что плечом напирает сосед...

Снова готов - из какого такого протеста? -

Стоя балдой на своём, но чужом пятачке,

Пережидать это время как общее место,