Корабль и другие истории (fb2) 
- Корабль и другие истории 2231K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Наталья Всеволодовна Галкина
Корабль
«Сириусу» посвящается
— Это корабль! — настойчиво повторил Маккавей.
Иван Давидков
ВСТУПЛЕНИЕ С ПЕЙЗАЖЕМ
Двери и щели.
Верещат дщери.
Ящерицы — какие ящерицы перед городской чертой?! —
Селезни с утками, определившиеся в парки на пруды на постой.
Далее — дале и дале.
Реи и тали.
Оборотные Янусы медалей.
Медузы-Горгоны.
Фрегаты и препоны.
Горельефы и галионы.
Озелененные балконы.
Цыганская побежка бронзовых жеребцов
И патинированных меринов с иллюминированных дворцов.
Зачеканенные крупы кобыл с арок.
Походки перестарков и супер-старок.
Шелест кожанок.
Скрип кобуры.
Пылающие на перекрестках костры.
Гвалт мирской
На Тверской и на Морской.
Разворачивающиеся на парад
Кортик, бескозырка, фуражка и бушлат.
Морзянка светофоров. Уличных знаков номерных нечет и чет.
Сказала бы, что люблю тебя, но это не в счет.
Бронзовые скульптуры —
Сидящие на постаментах деятели культуры
С постными лицами и в партикулярном платье.
Монстры с порогов восприятия.
Образы с болевых порогов.
Маски добродетелей и пороков.
Девочка в красном и мальчик в голубом.
Пыль столбом.
Асфальт, диабаз, диоритовые плиты.
Ветром биты.
Лыком шиты.
Чем только не крыты.
Бурун, буек, буян.
Задумавшийся с прошлого века капитан Иван.
Над ним чайка Джонатан.
За ним — выход в мировой океан.
Он же вход.
Сболтнула бы, как люблю тебя, но это не в счет.
Окраины —
кроили, кроили, да и сметали.
Неоглядные дали.
Нагородили и гордимся городьбой
Оптом и в розницу, поодиночке и гурьбой,
Соло и хором.
Пустыри ни с чем и свалки, наполненные сором.
Бульвары, где на счету каждый куст.
Город уходит в топь. Идет в рост и в руст.
Но без тебя он пуст.
С детства до старости этот урбанистический сон:
На четыре стороны с четырех сторон:
стогны и стены
залы и сцены
зрители, они же актеры
авторы, они же суфлеры…
Ночь и фонарь.
Вечер и гарь.
Утренние мосты.
А главное — день и свет.
Но свет — ведь это и ты…
Не оставляющие за собою следов
Караваны судов.
Призраки парусов баркентин и бригантин.
Близнецы-голландцы: Летучий номер два
и Летучий номер один.
Сцепленные норд-остом и зюйд-вестом голые ветки.
Наводнений отметки.
Хранящие отношения ущелий и гор
Флигель с нагретой крышей
и холодный колодец-двор.
И с диаметрально противоположными рожами —
забитой и нахальной —
Кот чердачный и кот подвальный.
ВСТУПЛЕНИЕ С НАТЮРМОРТОМ
Бесконечный натюрморт жизни городской.
Обессмертившийся торт
и томат с треской.
Все консервные пиры
В жестяных зубцах,
Все кухонные пары
Как при праотцах.
Да та свеча, огарок тот,
Который все не догорит,
Которым жизнь-то и корит,
Пока идет.
Этот старый торг — залог, золото, ломбард,
То осенние листы, то фиалки — март!
Этой древней мишуры перстенек с перста
И нательное тепло желтого креста…
Тут развал привычный книг,
Карточных колод,
Раритетов белый клык
Да жемчужный грот.
Судовых часов лицо и клепсидр вода,
Утекающая сквозь дни и невода,
Электронное табло с чоком на года
И песочные часы — пропуск в никогда.
Просветленный абажур
Лампы со стола.
То есть, жизни нашей сюр —
Да и все дела!
Бесконечный натюрморт — то фарфор, то пыль,
То селедка, то цветок, то есть быта быль,
Где нейтральной полосы для забвенья нет:
Отпечатки пальцев сплошь
или слепки лет!
ВСТУПЛЕНИЕ С ПОРТРЕТОМ
С утра садишься на кровать,
Проспав зарю.
Давно пора бы мне вступать —
А я смотрю…
Касается твоей щеки
Какой-то фон.
Там то ли полки не с руки,
А то ли сон.
Ты как в пустыне, как в степи,
Дюж по гужу.
Давно пора бы мне вступить —
А я гляжу…
И на плечах твоих сей куб
Воздушных масс.
И плещется у самых губ
Глоток «сейчас».
И по скуле гуляет блик —
Не морщи лба… —
И целый мир к окну приник
И вся судьба.
Давно пора бы мне вступить
И честь бы знать;
Но прохожу я образ твой
За пядью пядь.
В окне лазурь на небеси,
И ты, родной,
Вращаешься вокруг оси,
Оси земной.
Земной юдоли карусель,
Вседневный спуд.
И ни отселе, ни досель —
Вся жизнь-то тут…
Движений или поз игра,
Числа им несть.
Давно бы мне вступить пора —
Глаз не отвесть!
Перетекаешь ты, как ртуть,
В мирке стенном,
Твоих следов не смыть, не сдуть
В миру земном.
В застенках комнат и квартир,
На складе лет…
И календарь, как конвоир,
И сладу нет.
То клонит в явь, то клонит в навь,
То к сентябрю.
Давно бы мне отбыть хоть вплавь —
А я смотрю!
Так — интерьер! Обвычья длань,
Обычьям дань.
Портрет (в такую глухомань,
В такую рань…)
То локоть острый, то колен
Хрупчайший сброд,
Голубоватых дельты вен
И рта обвод,
И эта легкая рука —
Во все глаза! —
И паруса издалека.
И паруса.
И уходя, не ухожу:
Запомнить тщусь,
Хоть знаю — сколько ни гляжу,
Не нагляжусь!
1. ГОЛУБАЯ ЛУЖА
Ну, давай, давай, забегай, бежал-то во весь опор.
А теперь — во двор!
Ибо фасады любила я до поры.
Предпочитаю ныне дворы.
Намек не пространство: замкнули!
Накат на простор: кубистический недомерок.
Колодец, в который мы все нырнули
И прогуливаемся наподобие водомерок.
Раньше — плиты и трава,
Раньше — во дворе дрова,
Прежде — войн ребячьих плац,
А теперь — асфальт под пляс!
Все дворяне во дворе,
А придворные в окне;
Из каких ты там дверей
Появляешься вовне?..
Комментарии к книге «Корабль и другие истории», Наталья Всеволодовна Галкина
Всего 0 комментариев