Что за бред? Неужели помню четко
Сорок лет этот голос и чечетку?
Мочи нет — страх опять ползет в середку,
Я от страха давнего продрог.
До тоски, до отчаянья, до крика
Не желаю назад и на полмига!
Не пляши, не ори, молчи, Марика!
Ну прошу: заткнись, Марика Рокк!
Провались, всех святых и бога ради!
Нагляделся сполна в своей досаде
На роскошные ядра, плечи, стати
Со своей безгрешной высоты.
Ты поешь, ты чечетничаешь бодро.
Дрожь идет по подросткам и по одрам,
Длиннонога, стервоза, крутобедра,
Но не девушка моей мечты.
Не заманивай в юность — эту пору
Не терплю безо всякого разбору,
Вся она мне ни по сердцу, ни впору,
Костью в горле стала поперек…
Там на всех на углах в усах иконы,
В городах, в деревнях тайги законы,
И молчат в серых ватниках колонны,
Но зато поет Марика Рокк.
Крутит задом и бюстом иноземка,
Крупнотела, дебела, хоть не немка —
Вожделение рейха и застенка —
Почему у нас в цене она?
Или то, что с экрана нам пропела,
Было впрямь восполнением пробела?
Или вправду устала, приболела
Раздавившая врага страна?
Ты одно мне по нраву, наше время,
Для тебя мне не жаль ни сил, ни рвенья,
Только дай мне еще раз уверенья,
Что обратных не найдешь дорог.
Ты пойми: возвращаться неохота
В дальний год, где ни проблеска восхода,
В темный зал, где одна дана свобода —
Зреть раздетую Марику Рокк.
На старой улице Погодинке
Во имя мира и добра
Собачий лай трясет питомники
С полуночи и до утра.
По тихой медицинской улице
Осенней полночью бреду
И слышу: узники и узницы
Опять почуяли беду.
Их лай то явственней, то глуше —
И вот уж, черт его дери! —
Не разбираешь: он снаружи,
А, может, и во мне, внутри…
И постигая боль собачью,
Я словно сам в стальном лесу
Истошно лаю, горько плачу
И клетку истово грызу.
Не сыщешь доводов для сердца,
Ему неведомо досель,
Что незачем глядеть на средства,
Когда так благородна цель.
Но как беспомощно и сиро
Вдруг станет — отвлечешься чуть —
И все несовершенство мира
Обстанет, и не продыхнуть…
Кто она — черту известно.
Взор из-под челки сердит.
Вечно напротив подъезда
С вечной работой сидит.
Выйду — посмотрит подробно,
Строчку заполнит крючком,
И отчего-то под ребра
Вновь саданет холодком.
Бред?
Несусветная дикость?
Полный в мозгу кавардак?..
Что ж мне мерещится Диккенс —
«Повесть о двух городах»?
(В Сент-Антуанском предместье
Тоже плела приговор,
Тоже вязала из шерсти
Комментарии к книге «Музыка для себя», Владимир Николаевич Корнилов
Всего 0 комментариев