О вечном. Избранная лирика (fb2) 
- О вечном. Избранная лирика (пер. Алев Шакирович Ибрагимов,Сергей Васильевич Шервинский,Юрий Николаевич Стефанов,Роман Михайлович Дубровкин,Вильгельм Вениаминович Левик, ...) 1764K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Пьер де Ронсар
ПЬЕР РОНСАР
О вечном
Избранная лирика
АВТОБИОГРАФИЯ
(Послание к Реми Белло)
Хочу, о мой Белло, чтоб ведал ты о том,
Кто связан волей муз с тобой тугим узлом,
Откуда он и кто: чтоб правнукам грядущим,
Что будут счет вести векам быстро бегущим,
В Ронсаре и в Белло не различать двоих
И знать, что общее стучало сердце в них.
Так, родом предок наш из тех краев, — мы знаем, —
Где с хладным Фракия соседствует Дунаем,
Пониже Венгрии, где солнце — редкий дар, —
Именовался ж он маркизом де Ронсар.
Людьми и золотом, землей и городами
Богатый, сын его, прельщаемый боями,
Отряд из юношей составил удалых
И, бросив родину, стал капитаном их.
Прошел он Венгрией и Нижней Алеманьей,
Прошел Бургундией и пышною Шампаньей,
И, храбрый, стал служить Филиппу де Валуа,
Что против англичан войною шел тогда.
И было Франции таким его служенье,
Что дал ему король обширные именья,
Где протекает Луар; и, позабыв совсем
Своих и родину, во Франции затем
Женился он и стал того семейства предок,
От коего и я родился напоследок.
Отец мой у Анри когда-то правил дом,
Рожденного Франсуа, великим королем, —
Тому же стольником в испанской был неволе.
Не должно ль, чтоб слуга усердствовал тем боле
Пред повелителем, не изменив себе,
Его изменчивой сопутствуя судьбе?
И материнскою я стороной не низок:
Тут род де ла Тримуй и дю Бумаж мне близок,
Руо и Шадрие тут родственники мне,
Что славной доблестью блистали на войне
И Марсом доблесть ту в бессмертье утвердили,
Там был и предок мой, и улица одна
По имени его теперь наречена…
Но ежели желать имеешь представленье
Ты не о роде лишь моем, но и рожденье,
Вот, мой Белло, тебе об этом правда вся
Про год и день, когда на свет я родился.
Когда король Франсуа был в Павии захвачен,
Субботний в сентябре был Богом день назначен
Одиннадцатого родиться мне числа:
Тут Парка нить мою чуть-чуть не порвала.[1]
Я не был первенцем. В семье отцовской было
Уж несколько детей; мать пятерых вскормила.
Два рано умерли, а на других троих
Я вовсе не похож в обычаях своих…
Лет девяти меня в коллеж определили,
Но там лишь полгода, не более, томили
Преподаванием регента де Вайи.
Так отбыл, не развив познания свои,
Я в Авиньон, — а там сбиралась той порою
Рать короля Франсуа с австрийским Карлом к бою,
И Орлеанского тут герцога я стал
Пажом; впоследствии в Шотландию попал
И в свите короля шотландского народа
Я пробыл в Англии тогда три полных года.
По возвращении меня вновь герцог взял,
Но долго на корму подножном не держал,
Послал во Фландрию, в Зеландию и снова
В Шотландию, когда в конце пути морского
Наш с Лассиньи корабль — немного б — и валы
У брега Англии разбили б о скалы!
И не могла три дня затихнуть буря злая,
Нам градом и водой и громом угрожая,
И, в безопасности достигнув берегов,
Разбился в гавани корабль на сто кусков.
Мы в порте. Убыли и не было б меж нами,
Когда бы не судно, покрытое волнами,
Да кладь, которая, разбита по частям,
Носилась по ветру игрушкою волнам.
Когда шестнадцать мне минуло, тогда же,
В сороковом году, отправился с Баиф
Я в Алеманью, с ним в соседстве изучив
Мощь доблести; болезнь тогда-то, пав на ухо,
Бог весть какой судьбой меня лишила слуха,
И был так тягостен постигнувший недуг,
Что от него хожу поныне полуглух.
В апреле через год в Блуа Кассандры взоры
Свершили надо мной Амура приговоры;
То имя подлинно иль нет, — его следа
На мраморе души не в силах смыть года.
В то время, подойти желая к знанью ближе,
Учеником Дора я сделался в Париже.
В латинском, в греческом, и там-то началась
Та дружественная впервые наша связь,
Которая в душе моей хранима вечно,
Как дружба и с Баиф, в ней будет бесконечна…
ПЕРВАЯ КНИГА ЛЮБВИ
Кассандра
ОБЕТ
Там, где кастальские струятся воды,
И там, на склоне геликонских круч,
Где под копытом конским хлынул ключ,
Водил я, Сестры, с вами хороводы.
То были дни ученья и свободы,
И стих лился, раскован и певуч,
Поэзии тогда блеснул мне луч,
Святилищ ваших озаряя своды.
Так пусть не медь, не бронза, не гранит,
А этот купол вечный сохранит
Слова мои, на сотни лет, быть может:
«Одной богине верен был Ронсар,
Свои стихи принес он музам в дар,
А сердце на алтарь любви возложит!»
* * *
Кто хочет зреть, как Бог овладевает мною,
Как осаждает он и как теснит в бою,
Как, честь свою блюдя, он губит честь мою,
Как леденит и жжет отравленной стрелою,
Кто видел, как велит он юноше, герою
Бесплодно заклинать избранницу свою,
Пускай придет ко мне: стыда не утаю,
Обиды сладостной от глаз чужих не скрою.
И видевший поймет, как дух надменный слаб
Пред яростным стрелком, как сердце — жалкий раб
Трепещет, сражено его единым взглядом.
И он поймет, зачем пою тому хвалу,
Кто в грудь мою вонзил волшебную стрелу
И опалил меня любви смертельным ядом.
* * *
Гранитный пик над голой крутизной,
Глухих лесов дремучие громады,
В горах поток, прорвавший все преграды,
Провал, страшащий темной глубиной.
Своим безлюдьем, мертвой тишиной
Смиряют в сердце, алчущем прохлады,
Любовный жар, палящий без пощады
Мою весну, цветущий возраст мой.
И, освежен, упав на мох зеленый,
Беру портрет, на сердце утаенный,
Бесценный дар, где кисти волшебством,
О Денизо, сумел явить твой гений
Всех чувств родник, источник всех томлений.
Весь мир восторгов в образе живом.
Комментарии к книге «О вечном. Избранная лирика», Пьер де Ронсар
Всего 0 комментариев