«Потолок мира»

А. ГАРРИ, Л. КАССИЛЬ

ПОТОЛОК МИРА

ЦК ВКП(б) — ТОВ. СТАЛИНУ

РЕВВОЕНСОВЕТ СОЮЗА ССР — тов. ВОРОШИЛОВУ

СОВНАРКОМ СССР — тов. МОЛОТОВУ

Первый экипаж первого советского стратостата успешно выполнил поставленную перед ним задачу и докладывает о благополучном завершении подъема стратостата «СССР» на высоту в 19 тыс. метров по приборам. Экипаж готов к дальнейшей общей работе по овладению стратосферой.

Командир стратостата «СССР» — Прокофьев

Пилот Бирнбаум

Инженер Годунов

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ЦЕНТРАЛЬНОГО ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО КОМИТЕТА СССР О НАГРАЖДЕНИИ ОРГАНИЗАТОРОВ И УЧАСТНИКОВ ПОЛЕТА В СТРАТОСФЕРУ

Отмечая блестящее выполнение задания правительств организаторами и участниками полета стратостата «СССР», вписавшими новые славные страницы в историю Советской авиации и изучение стратосферы, а также исключительную энергию и знание дела рабочих и конструкторов по постройке стратостата, Президиум Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР постановляет

НАГРАДИТЬ ОРДЕНОМ ЛЕНИНА:

1. ПРОКОФЬЕВА Георгия Алексеевича

командира-летчика — за выдающиеся заслуги в деле организации в руководства полета в стратосферу в качестве командира первого в Союзе ССР стратостата, достигшего мирового рекорда высоты.

2. ГОДУНОВА Константина Дмитриевича

начальника конструкторского бюро Научно-опытного института резиновой промышленности — за выдающиеся заслуги в конструкции стратостата и личное участие в полете в стратосферу.

3. БИРНБАУМА Эрнеста Карловича

помощника начальника 1-го сектора управления боевой подготовки УВВС РККА — за выдающиеся заслуги в деле организации полета в стратосферу и личное участие в полете в качестве пилота-воздухоплавателя.

4. МАРГОЛИНА Семена Леонтьевича

директора завода № 39 — за исключительные заслуги в деле организации полета в стратосферу и непосредственное личное участие в руководстве постройкой гондолы первого стратостата в Союзе ССР.

5. ЧИЖЕВСКОГО Владимира Антоновича

начальника бригады Центрального конструкторского бюро заводе № 39 — за выдающиеся технические заслуги при непосредственном конструировании гондолы первого в Союзе ССР стратостата.

6. МОИСЕЕВА Ивана Георгиевича

рабочего-бригадира завода № 39, проводившего собственноручно наиболее ответственные работы по изготовлению гондолы стратостата.

7. КУЗИНУ Елену Николаевну

начальника первой секции Научно-исследовательского института резиновой промышленности — за выдающиеся технические заслуги при разработке технологического процесса балонной ткани и личное изготовление рецептуры для нее.

НАГРАДИТЬ ОРДЕНОМ КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ:

8. ГАРАКАНИДЗЕ Владимира Георгиевича

инженера-пилота Дирижаблестроя — за исключительно умелую организацию всех работ на старте и заполнение стратостата водородом.

НАГРАДИТЬ ОРДЕНОМ ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ:

9. ДЕВИТИНУ Геку Аврамовну

инженера Научно-исследовательского института резиновой промышленности — за активное участие в изготовлении рецептуры оболочки стратостата и особо тщательную проверку материалов в лабораторных условиях.

Председатель Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР М. КАЛИНИН

Секретарь Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР А. ЕНУКИДЗЕ

Москва, Кремль

14 ноября 1933 г.

К чему стекается толпами наш народ;

Бегут без памяти, разинув каждый рот.

На кровли и на верх заборов возлезают,

И с нетерпением чего-то ожидают.

Народная молва гласила в мире так:

Что выйдет из-за туч небесный вскоре знак,

Новорожденная появится планета,

Которая у нас прибавит много света.

(Стихотворец М. Д. Чулков, 1769 г.)

И настежь отворяют дверь,

Пока Пикар шумит, хлопочет…

(А. С. Пушкин. «Граф Нулин»)

В ТРОПОСФЕРЕ

Даже лифтеры выглядели именинниками… Они, чья служебная жизнь качается вверх-вниз, они, управляющие своим аппаратом, подобно стратостату, лишь по вертикали, они, командующие нашими подъемами и спусками, по праву чувствовали некоторую родственную связь с теми, кто поднял сегодня человечество на высший этаж мира и познания.

После бессонной ночи, проведенной на аэродроме, один из нас подымался в лифте на верхний этаж четвертого дома Моссовета, что в Большом Гнездниковском переулке. Товарищ задремал, а очнувшись, потерял счет этажам. Лифт стоял.

— Выше не идет? — спросил товарищ у пожилой лифтерши.

— Десятый этаж. Куда же выше?.. Чай, не стратостат — с достоинством ответила лифтерша и поджала губы.

Стратостат, стратостат!.. Новое сложное, трескучее звучание — стремительно входило в обиходный словарь. Сопротивлялась лишь горсточка тугоухих, упорно названивавшая нам по телефону:

— Алло! Алло! Скажитя, ето старостат нонче летает, или еще чо?..

Но он был глубок, огромен и повсеместен, интерес к первому советскому кораблю «занебесья». Громадное заботливое внимание страны направляло поток звонков, писем, разузнаваний. Одни из них были полны наивных расспросов о том, во что соберут космические лучи, не сядут ли на обратном пути аэронавты «мимо земли», «как пройдут они через границу стратосферы и узнают ее…» Другие письма были согреты трогательным, искренним желанием помочь, облегчить трудную задачу:

«…Наличие прекрасной погоды в районе Харькова заставляет нас, группу рабочих — любителей науки и техники, — внести предложение о переносе старта к нам. Это великое научное дело…»

«Многоуважаемая редакция газеты центральных „Известий“. Мы, ученики шестой группы Баландинской школы Нижневолжского края, объявляем вам, что у нас хорошая погода. Мы просим, чтобы пустить стратостат у нас, потому что у вас напечатано, что в Москве погода не годится».

Были и такие письма:

«Уважаемый товарищ редактор! Прошу вас указать точно, когда предполагается дать старт стратостату „СССР“, дабы я мог согласовать с этим свой отпуск…»

Уже сам этот могучий интерес и живая активность говорили о том, как поднялась культурно наша «народная молва». Рабочий, колхозник и служащий в общем ясно представляли себе, какого света прибавит «новая планета», каково назначение стратостата, какова цель его полета.

Особенно волновались иностранные корреспонденты в Москве, в частности — американские. Они, для которых темпы работы определяются минутами, с регулярностью автоматов обзванивали по очереди все компетентные инстанции каждые полчаса.

Телефоны изнемогали… Две недели, предшествующие старту, мы, писатели и журналисты, «прикомандированные» к стратостату, были буквально мучениками. Мы стали «страстотерпцами стратостата». Еженощные посещения аэродрома вошли уже в наш быт. Обычное человеческое приветствие в обращении к нам было заменено однообразной формулой:

— Ну как? Летит? Нет? Эх, вы…