«Древний Восток. У начал истории письменности»

Домокош Варга

Древний Восток У начал истории письменности

Сыновья рек-близнецов

Царь, жаждавший бессмертия

«На две трети бог, на одну треть — человек», — говорится о Гильгамеше в воспевающем его подвиги древнем героическом эпосе. Согласно ему Гильгамеш больше, чем полубог, но все еще в достаточной мере человек, чтобы умереть.

Животные, даже самые смышленые, не знают, что их ждет смерть. Им не знакомы понятия «прошлое» и «будущее»; они не раздумывают о будущем, не ломают себе над ним головы. Часто предчувствуют они грозящую опасность, жалобно повизгивают, проявляют беспокойство, но и тогда не разделяется для них сегодня и завтра, жизнь и смерть, земной и потусторонний мир. Человек — единственное существо на земле, которое может — и вынуждено — размышлять о подобных вещах. Об этом уже 4600 лет назад размышлял и Гильгамеш, царь Урука, города-государства в Шумере.

Боевой строй шумеров. Деталь рельефа, найденного в развалинах города Лагаш.

Мысли о смерти — вечная боль для каждого человека. Мы не животные, мы обладаем сознанием, чувствуем, видим, как мелькают минуты, проходят часы, протекают дни, недели, месяцы, годы… и однажды кончается жизнь. Жизнь других, но и наша тоже. Нет исключений, нет пощады, нет утешения.

Или, может быть, все-таки есть?

Многие тысячелетия ищет бессмертия ненасытная человеческая душа — то в религии, культах, мифах, легендах, то в героических деяниях, возвышенных сказаниях. Ищет вечной жизни как милости, как исключения, а если она невозможна, ищет хотя бы утешения, что жалкому смертному есть ради чего жить.

По свидетельству древнего эпоса, подобным исканиям посвятил свою жизнь и Гильгамеш. От пенящихся вод Буранунны — так называли в древности Евфрат — отправился он со своими воинами в глубину гор, поросших кедрами, чтобы снискать себе непреходящую славу. Затем, после смерти своего друга Энкиду, раненного в битвах, отправился он один-одинешенек, чтобы бродить по пустыням, всходить на хребты гор, пробираться сквозь пропасти, сойти во тьму чрева земли, вновь выйти под пламенеющее небо, перебраться через море смерти и, наконец, из уст своего предка Утнапишти, ставшего богом, услышать то, что он и так уже знал: