«Сквозь пласты времени. Очерки о прошлом города Иванова»

В. Герасимов

СКВОЗЬ ПЛАСТЫ ВРЕМЕНИ

Очерки о прошлом города Иванова

Вместо предисловия

Богата история нашего города! С малых лет впитывал я рассказы родных и близких о героической борьбе иваново-вознесенских рабочих за свои права.

Сколько знали старожилы былей и легенд об ивановской старине, о диких нравах текстильных фабрикантов!

В годы журналистской работы захотелось обо всем, услышанном в детские и юношеские годы, узнать подробнее. Так были написаны очерки о прошлом Иванова, его местечек, площадей, улиц и переулков, о происхождении их названий. Эти очерки в течение ряда лет печатались в областной газете «Рабочий край». Именно они — переработанные, дополненные, уточненные — легли в основу книги, которую вы держите в руках.

Было бы неверно видеть в ней систематизированное изложение истории нашего областного центра или путеводитель по его достопримечательностям. В книгу вошли очерки лишь о некоторых, в основном наиболее древних частях города, о том, какую роль в его развитии сыграли водные источники — река Уводь и ручьи. За рамками книги осталось многое, например, целиком Вознесенский Посад, хотя о нем можно было поведать тоже немало любопытного.

Тем не менее искренне надеюсь, что и в нынешнем ее составе книга будет полезна для каждого, кто интересуется прошлым родины первого Совета.

Выражаю глубокую признательность всем, кто помог мне в подготовке очерков советами, консультацией, сообщением новых сведений. Столь же сердечно буду благодарен читателям за любые замечания, уточнения, дополнения к книге.

Стал славен безвестный Иван

«Первое упоминание о селе Иванове встречается в 1561 году». Так, или примерно так, говорится во множестве книг, посвященных нашему городу. Часто авторы к сказанному добавляют, что именно в том году царь Иван Грозный «пожаловал» село своей родне — князьям Темрюковичам-Черкасским.

Вроде бы все ясно, и спорить тут не о чем. Тем более, что хорошо известен источник этих сведений — книга историка В. Борисова «Описание города Шуи и его окрестностей», увидевшая свет в 1851 году в Москве.

Однако не столь давно краеведы Ю. Глебов и Т. Лешуков[1] усомнились в правильности утверждения историка. И выяснили, что оно, по сути дела, голословно. Документ о «пожаловании» села не был опубликован ни тогда, ни позднее. И вообще неизвестно, существовал ли он.

Вот почему, как это ни огорчительно, следует все же признать, что первые, действительно достоверные, сведения о селе относятся к более позднему времени — началу XVII века, ко времени крестьянской войны и польско-шведской интервенции.

К сожалению, ни в одном из сохранившихся до наших дней документов о первых веках существования села нет и намека на то, когда, кем и при каких обстоятельствах оно было основано, откуда получило свое название. Возможно, авторов документов это совсем не интересовало. Но возможно также, что обстоятельства, при которых возникло селение, были столь обыденны, столь общеизвестны, что о них и упоминать не стоило.

Интерес к происхождению названия села возник только в середине прошлого века. Возник не случайно. Ведь современники столкнулись с настоящим феноменом: рядовое русское селение, расположенное на несудоходной реке, вдали от важнейших торговых путей, стало одним из крупнейших промышленных центров России. Как свидетельствует исторический опыт, господствующие классы и их прислужники всегда стремились использовать подобные явления в своих целях. Они объясняли феномен «божьим предопределением», связывали его с именами «святых», исторических личностей, коронованных и владетельных особ и т. п.

Так произошло и в данном случае. Начало положил все тот же В. Борисов и в той же книге — «Описание города Шуи и его окрестностей». Он сообщил о предании, согласно которому село получило свое название от существовавшей здесь древней деревянной часовни, а позднее церкви «во имя святого Иоанна Предтечи».

Но следом автор дал и другое объяснение: название пошло от существовавшего в селе при Крестовоздвиженской церкви придела «во имя святого Иоанна Богослова». Ни одной из этих версий автор не отдал предпочтения, ни одну не подкрепил фактами.

Рассмотрим сначала первую из них.

Документальных данных о существовании древней часовни Иоанна Предтечи не найдено. Но церковь такая была. Больше того, она существует и поныне. Это хорошо известный ивановцам памятник архитектуры XVII века — деревянная Успенская церковь в Минееве. Первоначально она находилась в Покровском монастыре (на месте Дворца искусств), затем была перенесена на Успенское кладбище (в конце нынешней улицы Смирнова), а уже оттуда — на кладбище в Минеево.

И все же нет никаких оснований считать, что село получило имя по этой церкви или часовне. Ведь монастырь со слободкой находился в стороне от села и слился с ним только в XVII веке. В течение долгого времени это были совершенно самостоятельные поселения.

Историк и краевед, ключарь Суздальского собора Анания Федоров оставил рукопись, относящуюся к середине XVIII века. В ней содержится географическое, экономическое и этнографическое описание Суздальской епархии. Сообразно положению священнослужителя, Федоров отметил все, что так или иначе связано с церковью. Он не забыл упомянуть даже те храмы и монастыри, от которых, по выражению автора, и «следа не осталось». В немногих строчках, посвященных селу Иванову, он указал его местонахождение, занятия жителей, сообщил, что они «полотна знатные сострояют», упомянул Покровский монастырь, но и словом не обмолвился о том, что село названо в честь какого-то святого. А ведь это ему вроде бы «по чину» было положено.

Есть и другие соображения против «церковной» версии, о некоторых из них будет сказано ниже.

Видимо, все это и принял во внимание ивановский фабрикант Я. Гарелин, когда, спустя тридцать с лишним лет после В. Борисова, вернулся к тому же вопросу в своей книге «Город Иваново-Вознесенск или бывшее село Иваново и Вознесенский Посад». Он отбросил версию о часовне и церкви Иоанна Предтечи, даже не упомянул о ней, зато воспользовался другим соображением своего предшественника. Он писал: «Название свое Иваново получило, как говорят, по церкви Иоанна Богослова, которая была здесь. Действительно, и теперь существует при Воздвиженской церкви придел во имя Иоанна Богослова, и в старину весьма распространено было обыкновение давать селам названия по существующим в них церквам».

Итак, Борисов писал о приделе Ионна Богослова, Гарелин — уже о церкви его имени. Разберемся внимательнее и в этих версиях.

На том самом месте, где сейчас находится памятник Борцам революции, издавна стояла церковь, сначала деревянная, а с конца XVII века — кирпичная. Полное ее наименование — «Церковь воздвижения честного креста господя с престолом Иоанна Богослова». Но чаще ее называли Крестовоздвиженской или просто Воздвиженской. Слово «придел» означало, что у церкви имелась пристройка, в которой стоял дополнительный алтарь (престол).

Известны селения, названные по возведенной там церкви (например, город Покров Владимирской области). Но чтобы дать имя селу по пристройке, по второстепенному алтарю… Такой случай, если он действительно имел место, можно отнести к числу редчайших, вызванных какими-то необычайными обстоятельствами, о которых, однако, нам ничего не известно.

Это, очевидно, и учел Я. Гарелин, сославшись, как на источник названия села, уже не на придел, а на церковь, подкрепив свой тезис ссылкой на то, что в старину таково было «распространенное обыкновение». Но так ли это?

Раскрываю изданный в 1955 году справочник «Ивановская область», где перечислены все ее населенные пункты. Итак, Тейковский район. Какие же в нем значатся села? Крапивново, Морозове, Богатырево, Елховка, Зернилово, Шумилово… Все чисто русские, народные названия. Правда, есть село и с языческо-мерянским именем — Сахтыш, есть с татарским — Якшино. А вот и с «церковным» — Золотниковская Пустынь. Одно на весь район.

Беру область в целом. В ней значатся: единственное Рождествено, два — Богородских, три — Церковных, несколько больше — Воскресенских. Как видим, совсем не густо. Менее одного процента от общего числа селений. К тому же это в основном не села, а деревни, где не было церквей.

Если взять более давние, дореволюционные списки, то цифра, конечно, изменится, поскольку в советское время некоторые селения были переименованы. Но изменится весьма незначительно, не настолько, чтобы поколебать главный вывод, который напрашивается сам собой: утверждение Я. П. Гарелина несостоятельно. «Церковные» названия сел были не «весьма распространенным обыкновением», а скорее исключением.

Известный ивановский краевед И. Власов в начале нашего века потратил немало времени на изучение первоначальной истории села. Он просмотрел десятки первоисточников, обширную литературу. Итогом этой работы стала обстоятельная статья «Село Иваново до 1700 года», опубликованная уже в советское время в «Иваново-Вознесенском губернском ежегоднике» (1921 год). Касаясь происхождения названия села, автор повторил то, что сказал до него Я. Гарелин. Возможно, сделал он это «по инерции», так как не привел в подтверждение никаких новых фактов. Более того, само содержание статьи доказывало как раз нечто противоположное.

И. Власов писал, что одним из древнейших селений нашего края является Кохма. Об этом свидетельствует мерянское[2] название. Со временем возле Кохмы возникли тяготеющие к ней деревни, сельцо (не село!) на ручье Поток. Называлось оно Иваново-Кохма. Вторая часть названия говорила о принадлежности селения к Кохомской волости.