«Аз есмь царь. История самозванства в России»

Клаудио Ингерфлом

Аз есмь царь История самозванства в России

Памяти моих учителей —

Михаила Яковлевича Гефтера

и Наума Ефимовича Застенкера —

и друзей – Сени Рогинского

и Кивы Майданика

Владимир Короленко, автор великолепного рассказа о массовом ежедневном самозванстве в России конца XIX века, был удивлен, узнав, что по стране бродит лже-Короленко. Самозванцы становятся тенью своих летописцев. Объект догоняет субъекта. Не будучи романистом, субъект-историк находится в истории, большую часть времени без своего ведома, но бывает, что писание восстанавливает его собственную память.

Это было летом 1976 года. Станислав Андреевич Любшин, очень популярный в то время актер (культовые фильмы с его участием «Мне двадцать лет» и «Щит и меч» регулярно показывали по телевидению), звонит в Минторг в Москву, чтобы узнать, где можно купить чешские полки. Деревянные, застекленные, легко складываемые, они были очень популярны в Москве и особенно дефицитны. Даме, ответившей на звонок, Любшин объяснил, что не может дать свой номер телефона, потому что он на даче и звонит из деревенского телефона-автомата, но если товарищ узнает, он обязательно перезвонит… На следующий день он снова позвонил, дама-товарищ сдержала свое слово, и Станислав Андреевич, перед которым я здесь извиняюсь, имел адрес магазина, день и час прибытия товара. Информация оказалась верной, и после совместной с рабочими разгрузки грузовика – последнее условие для получения права на покупку – я приобрел прекрасную деревянную библиотеку, которая сейчас находится в Париже.

Лже-Любшиным был мой друг Илья Ф. Я рассказал ему о своем желании приобрести чешские полки и о досаде, что так не нашел их. Он был очень удивлен: «После шести лет в МГУ ты не знаешь, как это сделать?» И он применил известную хитрость советской молодежи, о которой я не думал.

Клаудио Ингерфлом

Аз есмь царь История самозванства в России

Памяти моих учителей —

Михаила Яковлевича Гефтера

и Наума Ефимовича Застенкера —

и друзей – Сени Рогинского

и Кивы Майданика

Владимир Короленко, автор великолепного рассказа о массовом ежедневном самозванстве в России конца XIX века, был удивлен, узнав, что по стране бродит лже-Короленко. Самозванцы становятся тенью своих летописцев. Объект догоняет субъекта. Не будучи романистом, субъект-историк находится в истории, большую часть времени без своего ведома, но бывает, что писание восстанавливает его собственную память.

Это было летом 1976 года. Станислав Андреевич Любшин, очень популярный в то время актер (культовые фильмы с его участием «Мне двадцать лет» и «Щит и меч» регулярно показывали по телевидению), звонит в Минторг в Москву, чтобы узнать, где можно купить чешские полки. Деревянные, застекленные, легко складываемые, они были очень популярны в Москве и особенно дефицитны. Даме, ответившей на звонок, Любшин объяснил, что не может дать свой номер телефона, потому что он на даче и звонит из деревенского телефона-автомата, но если товарищ узнает, он обязательно перезвонит… На следующий день он снова позвонил, дама-товарищ сдержала свое слово, и Станислав Андреевич, перед которым я здесь извиняюсь, имел адрес магазина, день и час прибытия товара. Информация оказалась верной, и после совместной с рабочими разгрузки грузовика – последнее условие для получения права на покупку – я приобрел прекрасную деревянную библиотеку, которая сейчас находится в Париже.

Лже-Любшиным был мой друг Илья Ф. Я рассказал ему о своем желании приобрести чешские полки и о досаде, что так не нашел их. Он был очень удивлен: «После шести лет в МГУ ты не знаешь, как это сделать?» И он применил известную хитрость советской молодежи, о которой я не думал.