«Вокруг Апокалипсиса»

От издателя

Дорогой читатель!

Представляя очередной том серии «AntiQuitas» авторства Гая Анонима, хотелось бы сказать несколько слов об этой книге.

На этот раз автор и издательство «Acta Diurna» решили поэкспериментировать не только с общим содержанием, но также с формой подачи материала и стилистикой. Во-первых, в отличие от наших предыдущих книг «С точки зрения Карфагена» и «После Рима», мы переносимся из Древнего мира и периода Античности в сравнительно близкую к нашим временам эпоху — в Средние века и даже отчасти в начальный период Нового времени.

Во-вторых, если прежние трактаты Гая Анонима были книгами «сюжетными», то есть последовательно отслеживающими цепочку исторических событий от одной даты к другой по восходящей, в случае с томом «Вокруг апокалипсиса» концепция изменена. Сюжетность сохранена лишь частично, главное внимание уделяется не беспрерывному течению исторического процесса, а частным явлениям эпохи, вокруг которых наблюдается колоссальное нагромождение всевозможных мифов, заблуждений и обычных выдумок, причем все они являются порождением следующих веков и вызваны соображениями политической, религиозной или даже личной выгоды.

Известно немало случаев, когда историки или публицисты XVIII–XXI веков намеренно извращали или перевирали события прошлого для достижения нездоровой популярности, повышения тиражей, а следовательно, и гонораров — лишь бы поскандальнее, пострашнее и побольше клубнички!

Значительная часть книги «Вокруг апокалипсиса» посвящена разбору подобных казусов — «случаев так называемого вранья», как говаривал булгаковский Коровьев. Впрочем, у широкой читающей общественности хватает и самых обычных устоявшихся стереотипов, касающихся Средних веков; стереотипов, вбитых со школьной скамьи и считающихся чем-то само собой разумеющимся, не подлежащим оспариванию или сомнению.

Спектр вопросов огромный и пестрый — гигиена и положение женщин в обществе, инквизиция и кулинария, социальные лифты и военное дело, судьбы Джордано Бруно и Жанны д’Арк и так далее по множеству позиций. Средневековье для современного человека, не увлекающегося эпохой и не читающего соответствующую литературу, это настоящая черная дыра. Наше издание призвано рассеять некоторую часть подобных заблуждений.

Подход Гая Анонима к созданию текста не изменился: в книге приводится огромный массив данных, взятых как собственно из средневековых источников, так и из современных непредвзятых исследований. Автор группирует их по темам и в доступной для каждого читателя — будь таковой слесарем или академиком! — форме старательно разъясняет, откуда взялся тот или иной миф и что же происходило на самом деле.

«Вокруг апокалипсиса» — это вовсе не сборник сенсационных разоблачений. Наоборот, вы держите в руках тщательный анализ наиболее одиозных предрассудков и недоразумений, формирующих искаженное и недостоверное представление о былых временах.

Наша цель — поиск истины.

Краткое предварение

Пожалуй, в истории человечества нет более оболганной и окруженной бесчисленными мифами эпохи, чем Средневековье. Период, который, по мнению значительной части историков, протянулся почти на полное тысячелетие — с 4 сентября 476 года по 29 мая 1453 года (отречение Ромула Августула и падение Константинополя соответственно), — с точки зрения среднестатистического. временного человека представляет собой непрерывную череду ужасов, войн, эпидемий и костров инквизиции.

Стереотипам и предрассудкам несть числа, причем, что забавно, в массовом сознании на фоне кошмаров наподобие тотального отсутствия гигиены, примитивной медицины, бродящих по дорогам прокаженных и грабящих всех подряд банд «ничейных» наемников в пейзаж отлично вписываются абстрактные «благородные рыцари» в сияющих доспехах, «прекрасные дамы», проливающие горькие слезы по возлюбленному в высокой башне грозного замка, и прочие менестрели с трубадурами. Все они чисто одеты, и от них не пахнет конюшней.

Но стоит покинуть стены замка из куртуазного рыцарского романа, как эпоха снова предстает во всей неприглядности — с текущими по улицам городов фекалиями, покрытыми паршой беззубыми маркитантками и шелудивыми псами, грызущими на перекрестье дорог косточки безвестного неудачника, убитого страшными лесными разбойниками…

Или — или, третьего не дано. Или куртуазнейший рыцарь, сошедший со страниц артуровского цикла, или бородавчатая ведьма, едва не закусившая Гензелем с Гретель. Черно-белое восприятие. Тут, конечно, следует поблагодарить советскую научную школу, именовавшую Средневековье исключительно словом «мрачное»: восприятие исторического процесса через призму марксистско-ленинской диалектики сделало свое дело. Исторический материализм Маркса — Энгельса, описывающий ход развития цивилизации как последовательную смену общественно-экономических формаций, обусловленную ростом производительных сил, вполне естественно рассматривал феодализм как отсталую и малоэффективную систему — по сравнению с таким прогрессивным и высокопроизводительным капитализмом.

Экономическая «отсталость», соответственно, проецировалась и на другие области жизни: скульптуры по сравнению с Античностью безобразные, литература обслуживает интересы эксплуататоров и церковников, живопись примитивна, народ сер и забит, феодальная верхушка погрязла в интригах, праздности, несправедливых войнах и, как писали в протоколах инквизиции, иных неисчислимых мерзостях.

Давайте провозгласим главный постулат: сравнивать Средневековье с другими эпохами, и уж тем более с современностью, неэтично. Надо понимать, что после ухода в небытие античного мира варвары на развалинах поверженного Рима построили свою, уникальную и неповторимую цивилизацию, которая пускай и унаследовала многое от погибшей империи, но тем не менее не являлась ее прямой преемницей во всех сферах. Язык, культура, ментальность, образ мысли, религия, экономика — абсолютно все кардинально отличалось от Рима.

Скульптуры на фасаде кафедрального собора постройки 1215–1263 годов в Сиене по сравнению с образцами древнеримских статуй угловаты, диспропорциональны и уродливы? Да ничего подобного! Они просто другие! Они созданы принципиально другими людьми, в другую эпоху, для совершенно иных целей, нежели статуя Цезаря Августа в Риме!

Постулат второй, не менее важный. Ни в коем случае нельзя оценивать рассуждения, поступки и действия людей того времени с точки зрения человека XXI века. Усредненный обыватель, какой-нибудь бондарь Жак из Арраса, родившийся в 1300 году, внешне ничем не отличался от нас — две ноги, две руки, голова. Он, так же как и мы, ел хлеб, иногда с мясом, пил вино, растил детей, трудился, отдыхал.

Однако тут есть одно существенное «но» — ознакомившись поближе с ходом его мыслительного процесса, устоявшимися и общепринятыми воззрениями на мироустройство и культурным кодом, мы бы пришли к однозначному выводу: перед нами инопланетянин, не имеющий вообще ничего общего с привычными нам людьми.

Да и условный «попаданец», персонаж, столь распространенный в современной беллетристике, очутившись в том же 1300 году, моментально получил бы оглоблей по хребтине с последующим утоплением хладного трупа в омуте от греха подальше — лишь потому, что он абсолютно непонятный, а потому опасный чужак.

Используем ученое слово «менталитет», означающее, как гласит толковый словарь, «совокупность умственных, эмоциональных, культурных особенностей, ценностных ориентаций и установок, присущих социальной или этнической группе, нации, народу».

Вернемся к упомянутому выше Жаку из Арраса, уважаемому цеховому мастеру, человеку небогатому, но вполне обеспеченному, доброму прихожанину и отцу семейства. Навскидку определим совокупность его ценностей.

Бог есть, и это не оспаривается. Бог проводит Свою волю в мир через Святую Мать Римско-католическую церковь, руководимую и направляемую Святейшим папой и его епископами. Не подлежащее никаким сомнениям существование Господа Бога доказывает и обратное — присутствие Его противоположности, того, ком лучше не поминать к ночи. Тот, о ком не упоминают, учиняет всеразличные козни во зло людям через своих прислужников — ведьм, евреев и еретиков.

Итак, основой менталитета средневекового человека является глубокая и искренняя религиозность — скажем больше, людей неверующих в те времена попросту не существовало. Верил каждый, в той или иной степени, а искать агностика пришлось бы с фонарем, собаками и королевскими сержантами, причем безрезультатно. Религиозный менталитет подразумевает и менталитет мифологическо-мистический. Святые творят чудеса — все об этом знают. Ведьмы летают на метлах в Вальпургиеву ночь — тому есть бесчисленные свидетельства. (Заметим, что инквизиция, о которой мы еще расскажем, полагала «неверие в ведьм» серьезным проступком по вполне понятной причине — как можно не верить в очевидное?!)

Мифологический менталитет Жака из Арраса — тема для отдельного и обширного исследования. Постараемся быть краткими. Вне обязательного христианского мировоззрения, привитого младенчества, существовали еще и реликты язычества — кстати, отлично сохранившиеся и до наших времен: домовые, лешие, священные деревья (об одном таком дереве мы расскажем в главе о Жанне д’Арк), целебные источники, некогда посвященные «духам», и так далее.