«Героическая борьба русского народа за независимость (XIII век)»

Владимир Терентьевич Пашуто

Героическая борьба русского народа за независимость

XIII век

Предисловие

Великий русский народ в течение своей многовековой истории не раз вставал на защиту родной земли. Его борьба за независимость против монгольских завоевателей, напавших на Русь с востока, и немецко-шведско-датских и венгерско-польских захватчиков, наступавших с запада, является одной из славных Страниц отечественной истории. Из народной среды вышли тысячи героев, совершивших бессмертные ратные подвиги.

Русские дворянско-буржуазные исследователи мало сделали для выяснения исторического значения героической борьбы народа. Они сводили историю общественного развития к действиям королей и полководцев, «завоевателей» и «покорителей» государств. Эти учёные описывали события на Руси в отрыве от освободительной борьбы, которую вели в то время другие народы нашей страны на огромном пространстве — от Прибалтики до Центральной и Средней Азии, от Кавказа до Карелии. Поэтому они были бессильны понять значение освободительной борьбы этих народов против татаро-монгольских захватчиков и оценить решающий вклад великого русского народа в борьбу, продолжавшуюся свыше. 30 лет (1207–1240). Сопротивление не прекратилось и после того, как над народами нашей страны было установлено татаро-монгольское иго.

Эти исследователи, наконец, рассматривали историю Руси в отрыве от событий общеевропейской и мировой истории и потому не могли раскрыть всемирно-историческое значение освободительной борьбы русского народа и других народов нашей страны, а также соседних народов Азии, Восточной и Центральной Европы.

В советское время проделана большая работа по созданию подлинно научной истории народов. Коммунистическая партия и Советское правительство поставили перед историками задачу: изучать объективные закономерности общественного развития и всесторонне освещать роль народа — создателя материальных и духовных ценностей, защитника независимости своей Родины, творца истории. К этому были направлены и специальные указания партии и правительства, касающиеся освободительной борьбы нашего народа против монгольских, немецких и иных захватчиков. Важное значение придавалось, в частности, правильной исторической оценке битвы на Чудском озере русских войск с немецкими феодалами, когда было приостановлено движение на восток тевтонских рыцарей, «осуществлявших колонизацию путем поголовного истребления и грабежа покоряемых народов»[1].

Советские историки, выполняя эти указания, немало сделали для изучения борьбы русского народа за независимость в XIII в. Работы Б. Д. Грекова, Н. П. Грацианского, С. В. Бахрушина, М. Н. Тихомирова, А. Н. Насонова, И. П. Шаскольского и др. во многом способствовали уяснению этой проблемы.

Яркий материал, относящийся к этой теме, собран советскими археологами — Б. А. Рыбаковым, М. К. Картером, Н. Н. Ворониным, А. Л. Монгайтом, А. П. Смирновым, В. К. Гончаровым и др.

Литературоведы и археографы В. П. Адрианова-Перетц, Д. С. Лихачёв, В. И. Малышев и др., работая в контакте с историками, изучили и опубликовали замечательные патриотические повести и сказания об освободительной борьбе народа.

Немало сделано по изучению освободительной борьбы других народов нашей страны. Достаточно назвать исследования А. Ю. Якубовского, посвящённые истории Средней Азии, И. П. Петрушевского — по истории Закавказья, наконец, обобщающие труды по истории Прибалтики.

Советские историки продолжают работать над изучением социально-экономического положения Руси того времени, над исследованием военно-политического, международного значения побед, одержанных русским народом. Однако, нужно признать, что эта работа ещё далеко не завершена: ценные письменные источники, а также фольклор народов нашей страны, отражающие их борьбу за независимость, их взаимную дружбу, их связь с великим русским народом, использованы недостаточно. Мало внимания уделено в историографии и роли в освободительной борьбе XIII в. других народов Восточной и Центральной Европы — поляков, венгров, чехов, словаков, болгар, сербов, хорватов, словенцев и др., хотя наши друзья — историки стран народной демократии начали разработку этой проблемы.

Требуется критически пересмотреть освещение событий XIII в. в славянской дворянско-буржуазной историографии, которая в националистическом увлечении игнорировала значение освободительной борьбы других стран Восточной Европы и Азии с монгольскими захватчиками. Упуская из виду борьбу народных масс — крестьян и горожан, эта историография одновременно не могла правильно оценить и историческую роль отдельных полководцев — чешского короля Вацлава I, польского князя Генриха Благочестивого, венгерского короля Белы IV и др.

Долгое время историки заимствовали традиционное объяснение причины срыва монгольского похода на Европу у восточных и европейских придворных хронистов XIII в., полагавших, что смерть великого хана повлекла за собой отступление монгольских войск.

Прежняя историография не могла научно опровергнуть те искажения истории славян, которые были допущены немецкой националистической исторической школой[2]. К их числу относится неверная трактовка целей монгольского похода на запад и роли народов Восточной и Центральной Европы в борьбе с татаро-монгольским вторжением. Оба эти вопроса тесно связаны между собой.

Немецкие националистические историки, с одной стороны, утверждали, что монгольские феодалы ставили целью своего европейского похода завоевание лишь Венгрии; с другой стороны, согласно их концепции, западноевропейская цивилизация была обязана своим спасением не героической борьбе народов Европы и Азии, а осторожной политике немецких правителей и мощи их вооружённых сил. Этот взгляд на события имеет весьма давнюю традицию.

Возьмём работу такого автора, как Г. Стракош-Гроссманн. Он писал: «Как же все-таки произошло, что, хотя со стороны Германии было сравнительно так мало сделано для отпора монголам, они, в свою очередь, не напали на Германию», и отвечал, что прежде всего «целью монгольского наступления была лишь Венгрия, вопреки всем приписываемым монголам планам завоевания мира (которые существовали лишь в народной молве, а не у осмотрительных политиков), и потому, поскольку немцы не выступали против монголов, у последних тоже отпала необходимость связываться с опасным противником»[3].

Этот же автор и уход монгольских войск из Польши «объяснял» тем, что вторжение на территорию Германии грозило татаро-монголам полным уничтожением и они не осмелились вступить в столкновение с немецкими вооружёнными силами[4]. Стракош-Гроссманн фальсифицировал историю борьбы с монгольским нашествием; для него Русь — лишь база монгольского наступления на остальную Европу[5], он заявлял, будто ни гунны, ни монголы никогда серьёзно и не угрожали существованию западноевропейской (в частности, германской) культуры и политической жизни[6].

Эти взгляды получили признание и дальнейшее развитие в новейшей реакционной историографии. Так, один из представителей этой историографии — Б. Шпулер написал специальную книгу, посвящённую истории Золотой орды, истории «монголов в России». Книга Б. Шпулера представляет собой апологию монгольских ханов-завоевателей[7].

Понятно, что в этой книге монгольское вторжение в Европу получило извращённое освещение. Б. Шпулер не менее «смело», чем Стракош-Гроссманн, препарировал исторический материал: он полностью игнорировал борьбу народов нашей страны, Восточной и Центральной Европы с монгольским нашествием, утверждая, в частности, что для монгольских ханов завоевание Руси было лишь «эпизодом»[8]; спасителями западноевропейской культуры от монгольского разорения он выставлял… немецких рыцарей на том основании, что им якобы принадлежала решающая роль в битве при Легнице[9]. Определяющее значение для судеб Польши и Венгрии имела, по его мнению (как и по мнению Стракош-Гроссманна), смерть великого хана Угедея в Каракоруме[10]. Последующая история русско-монгольских отношений подверглась им столь же откровенному искажению.

Мы упомянули об этой книге потому, что заключённые в ней концепции нашли новых последователей за океаном, в американской буржуазной историографии. Имеем в виду, в частности, книгу Г. Вернадского «Монголы и Русь».

Г. Вернадский, следуя за Шпулером, полностью растворил историю России как «субвассала» Монгольской империи в истории великих и золотоордынских ханов[11].

Произвольно рассматривая Монгольскую империю на протяжении её истории как нечто целое, автор в то же время не нашёл места в своей книге для экономической, политической и культурной истории русского и других народов нашей страны.

В своей книге Вернадский, как и Шпулер, обращается к истории Руси лишь тогда, когда речь идёт о монгольской администрации завоёванных территорий. Ханжеские рассуждения о разорении Руси сочетаются в его книге с домыслами о якобы благотворных последствиях монгольского властвования. Понятно, что Г. Вернадский игнорирует историю борьбы народов против татаро-монгольского ига.

Совершенно несостоятельно и заявление Вернадского о причинах отступления монгольских полчищ из Европы. Признавая, что дарившие в Западной Европе раздоры правителей лишали её шансов на отпор врагу, он заключает: «Запад был неожиданно спасен благодаря событию, происшедшему в далекой Монголии», — умер великий хан. «По сообщению Карпини, он был отравлен «теткой» его сына Гуюка. Эта женщина, кто бы она ни была, должна рассматриваться как спасительница Западной Европы»[12].

Объективный, научный анализ материала позволяет вскрыть несостоятельность подобного рода заявлений.